Добро пожаловать на DORTON. Dragon Dawn

Вы попали на авторский проект, смешавший в себе фентези и псевдоисторию. Время королей, рыцарей и дам, магов и охотников, драконов и пиратов - здесь каждый найдет себе место. Давайте напишем историю вместе!

Время в игре: 844 год, 15 экуос - 15 элембиуос.
1x01 Священные узы (pr.1) - Surma
1x01 Священные узы (pr.2) - Reynir Blóðøx
1x02 Нельзя приручить зверя - Edward Richmond
1x03 Грехи отцов - Feline Fane
1x04 La Cara de la Guerra- Philip Aberhol
1x05 Crimina belli - Odilia Rivers
1x06 Мой ход, брат -Nathaniel Richmond
Лучший эпизод: куда отправляются шлюхи?
АСТА ∙ АРИ ∙ НАТ ∙ ФЭЛ ∙ ЭЛЛ


Семь лет назад на Драконьем Острове было найдено яйцо, с помощью магии, подарившее миру дракона. Его владельцем стал пиратский барон, желающий подчинить себе весь Дортон. Палата Лордов выдвигает решение о сотрудничестве с магами, чьи силы с возрождением дракона стали расти. Но для этого нужно пойти на радикальный для всей страны шаг – легализацию магии.
Сюжет Библиотека Список героев Гостевая Внешности Акции Нужные Объявления АМС Отношения Набор в мафию Запись в квесты

DORTON. Dragon Dawn

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » DORTON. Dragon Dawn » ИСТОРИИ В РЕАЛЬНОМ ВРЕМЕНИ » 1x01 Священные узы (part 2)


1x01 Священные узы (part 2)

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

Хочешь мира - готовься к войне
1x01 Священные узы
Часть втораяЯрл Скьёльдхалла прибыл к Хранителю севера и обе стороны выдвигают свои условия, и решают закрепить союз свадьбой Дарии, сестры Брандона, и Рейнира, сына ярла Ульвальда. Однако, как только оба лидера сказали свое слово, стало ясно как белый день, что договор гораздо выгоднее для Вустерлинга, чем для скайгордцев. Кому-то, в любом случае, предстоит поступиться своей гордыней и принципами. К чему приведут эти переговоры? Сможет ли Брандон добиться мира на своей земле и согласятся ли скьёльдхалльцы с предложением Хранителя севера? Ведь пока свадьба не состоится - договор заключен не будет.

Время и место16 экуос 844 г.
Замок "Снегопад", Вустерлинг

ОчередностьBrandon Harte(Edmure Harte), Hervor, Úlfvaldr Hilditönn(Edward Richmond), Reynir Blóðøx

► Время ожидания поста - 3-ое суток, после которых очередь переходит к следующему игроку. Тот, кто не успел написать пост вовремя не должен ждать круг, чтобы сделать это - он может написать его вне своей очереди.
► Мастер эпизода Arianna Richmond. Мастер эпизода будет уведомлять в ЛС о вашей очереди писать пост каждый круг.

0

2

[NIC]Brandon Harte [/NIC] [STA]Граф Вустерлинга[/STA] [AVA]http://savepic.ru/12659233.png[/AVA]
Брандон Харт в свои тридцать с лишним лет был высоким мужчиной с широкой костью, длинными волосами и ледяными глазами, с резкими чертами лица и широким длинным носом, похожим на птичий клюв. И все же, многие на Севере считали его привлекательней многих здешних мужчин, и за счет своего обаяния у него были весьма гармоничные отношения во своими подданными. Впрочем, это обаяние было достаточно поверхностным. Все знали, что, добиваясь своего, он становился безжалостным. Граф Вустерлинга не относился к людям, пробуждающих в других преданность, его власть держалась на страхе и уважении. Бароны северных земель не слишком то жаловали его, считая человеком жестким и жадным, прорвавшимся к власти за счет вероломства и предательства, но зато простой народ его обожал. За то время, пока Харты из Вдовьего Леса правили Вустерлингом, налоги для простолюдин снизились в двое, из под церковного запрета вышли множества традиционных ритуалов, а несколько крупных торговцев получили дворянские титулы. Лорд Харт умел быть благодарным и щедрым, но за каждым его благим делом стоял скупой расчет.
Когда было принято решение о переговорах с скайгардцами, лорд Харт дал себе слово быть осторожным, однако, его советники так сильно хотели отомстить за похищение сына барона, что не могли думать не о чем, кроме ярости и отчаянья, когда граф приказал отправить к ним гонца. Барон смог даже выпросить несколько минут графского внимания, дабы переговорить лично. Этот барон был человеком широкого кругозора и много путешествовал, он даже вел торговлю в племенами, поэтому неплохо знал язык и нравы тамошних народов.
- Кто он таков? Этот ярл... - спросил Брандон у барона.
- Он, он... Вроде графа, мой лорд...
- Это я и сам знаю. Каков он из себя? - осведомился Брандон.
- Его положение чрезвычайно важное среди свои людей. Он, а ранее его предки, уже много веков контролируют переход между Вустерлингом и заснеженными землями. С одной стороны они, а в соседнем графстве - их, если можно так назвать, кузены. В общем, эти два отряда не подпускают к себе военные отряды, а вот торговые караваны привечают с должным уважением. Честные люди им не помеха. За долгие годы Керры нажили на этом проходе немалое состояние, мой лорд...
- В самом деле? Состояние? - внезапно заинтересовался граф. Почему ему об этом ничего не известно? Хотя, конечно, скайгардцы - народ сложный и независимый. Уже много лет северные лорды не могли обрести над ними власть. И теперь, по-настощему заинтересовавшись, он спросил:
- Так что же тебя так тревожит, мой друг? Для Вустерлинга эти переговоры пойдут только на руку...
- Этот ярл весьма непрост. Но вот у него есть наследник, его сын - Рейнир Кровавая Секира. Он уже вступил в брачный возраст, но узами брака так и не связал себя. Если ярл умрет, что будет с пограничными землями? Нужно во что бы то не стало закрепить наши отношения с скайгардцами браком, чтобы они получили достойное приданое, а Вы - смогли управлять таким ценным для Вустерлинга переходом. Они могут согласиться на договор, но если Рейнир возьмет в жены девушку из другого племени? Они все так близкая родня и привыкли прислушиваться к друг другу...
Барон солгал, этого он достоверно не знал, но хотел произвести на графа достойное впечатление, дабы тот помог выудить из плена сына барона.
- В самом деле? - растерянно произнес Брандон. - Пожалуй, я знаю, как решить эту дилемму. А сейчас ступай. Тебе нужно как следует отдохнуть, завтра ты нужен подле меня в качестве переводчика. Надеюсь, ты понимаешь, что я не могу доверять этим дикарям приводить только своего человека...


Брандон Харт мог обойти верхом на коне, перегнать в беге, победить в сражении, перепить за столом и перещеголять в сквернословии любого северянина, однако, даже этого было мало, когда речь шла об ярле племени скайгардцев.
Замок "Снегопад"  окружал глубокий узкий ров, а на севере его закрывали пограничные горы Гронда. Никто не мог припомнить времена, когда этот замок брали силой или он переходил во владение не северянам. Каждый путник, ступающий сюда, незамедлительно платил пошлину графу Вустерлинга. В течение нескольких столетий существовало негласное соглашение, по которому замок считался больше, чем просто домом графа. Это еще и приют для любого северянина, если у него есть звонкая монета и нет с собой меча. С годами Харты только укрепляли свою крепость, сложив в нее не мало средств и сил. Правда, своей неприступностью они не хвастались - у северян так не принято. Нужно доказать свою удаль в бою, а замок не знал сражений уже очень давно. Но этот дом, построенный на высоком холме, скорее походил на высокую неприступную гору, чем на обычный замок. Он не отличался грациозностью или архитектурными изысками, зато был безопасен для своих обитателей. Харты из Вдовьего леса хранили верность королю и всегда были готовы прийти на помощь соседу. Только если этот сосед не имел злого умысла... Они считались людьми благородными и заслуживающими доверия. Харты были на хорошем счету у Его Величества, отдах двоих своих детей на службу королевской семье. И хоть никто из них не состоял в совете, стоило Брандону Харту о чем то попросить короля, тот, скорее всего, благосклонно соглашался. Сейчас на уме у графа была идея присоединить к Вустерлингу новые земли...
Молодой граф Брандон Харт наслаждался своим положением. Он был законным представителем Вустерлинга, а его дражайшая жена, упрямая, но прелестная леди Алисса, имела над ним огромную власть. Граф ощущал, что должен удержать эти земли и приумножить их для своего единственного сына, которого ему родила Алисса. Непростая задача, но граф Вустерлинга точно знал, что ему делать. Вот только, чтобы все прошло как положено - другое дело... А еще ему придется завоевать уважение скайгардцев, потому что этот народ гордый.
- Ты должен суметь обойти их в смекалке, перегнать в силе мысли и победить в переговорах! - заявила леди Алисса.
- Полагаю, ты права, женушка. - коротко улыбнувшись, ответил Брандон. - Но сделать это будет не так уж и легко.  Мне придется ради этого много молиться.
Граф Вустерлинга хохотнул. Он обожал, когда жена ведет себя так серьезно, будто она сама - владычица этих земель.
- Да, безусловно, придется...
- Но я уже решил, что собираюсь предпринять. Устрою пир, куда приглашу всех баронов и соседей, а там объявлю о своих намерениях о переговорах. Там и гости подоспеют...
Алисса покривилась. Она была весьма брезглива к незнакомцам, не слишком мила с соседями, и это графу даже нравилось. Хозяйство графа идет так гладко благодаря ей. Она знает, как руководить слугами, заботится о больных. И никогда не боялась тяжелой работы. Брандон своими глазами видел, как она работала в поле, вместе с другими женщинами солила на зиму мясо и варила варенье. И все же, ей больше шло быть истинной леди, чем готовить на кухне. Она было отличной женой для него, и Брандон не верил, что ему досталось такое сокровище. Учитывая, как он обошелся к ее семьей...
Однако, они должны были начинать.


- Мой лорд, зал полон! - сказал графу управляющий замка.
- Еще бы, - язвительно отозвался Брандон, - все явились, чтобы набить себе животы и напиться допьяна за мой счет...
С утра он слегка повздорил с женой и сейчас чувствовал себя виноватым и раздраженным.
Вудсы и Форестеры, Кроулы и Дугласы, все они похваляются своим происхождением и длинной историей рода, тем, как король пожаловал им земли, тем, как не посрамили свою честь во время восстания. Но не один из них не достоин даже того, чтобы грясти грязь с башмаков графа Вустерлинга.
- С Вашего позволения,  я к ним не выйду. - откланялась леди Алисса Харт.
- Алисса! - резко поднял на нее голос муж, но не смел более ничего молвить. По ее взгляду все было и так понятно. Жена не желала выходить к гостям, и он не хотел ей перечить. Оставалось только проводить ее взглядом, разглядывая с вожделением темно-красное бархатное платье с высокой талией и глубоким вырезом, обнажавшим плечи, так эффектно облегающее фигуру женщины. Графу пришлось нехотя смириться с тем, что к гостям он выйдет один. Она такая своенравная, его Алисса. Брандон гордился ею, в особенности потому, что даже и не надеялся, что хрупкая и слабая девушка, потерявшая всю свою семью, сможет подарить ему наследника, и быть может, полюбить всем сердцем.
Он вышел из покоев,  спустились по винтовой лестнице и вошел в малый чертог. Слуги растолкали перед ним заполнивших огромное помещение мужчин, чтобы господин мог пройти к столу на возвышении. Он знал, что за ним следят глаза поданные. В сердце графа пылала гордость, и губы его изогнулись в усмешке. Он сумел пробудить зависть своим видом во многих гостях, но шел, не опуская глаз, и не смущаясь гостей. Истинный лорд Севера.
Брандон Харт взял серебряный кубок, украшенный зеленым малахитом, и сделал большой глоток красного вина. Затем сделал знак слугам, что можно подавать угощение гостям. Они потянулись в зал, неся исходящие паром блюда, тарелки и миски с едой.
- Мои уважаемые лорды! - произнес громогласным басом Брандон Харт, - Приятно видеть Вас всех здесь сегодня.
Как уже было упомянуто, ему было слегка за тридцать. Но годы сказались на его лице, он выглядел старше, восстание его согнуло, но он по прежнему оставался статным мужчиной, внушающим страх. Чисто выбритый, с аккуратно уложенными волосами, длинным лицом и пронзительными карими глазами.  Сегодня вечером он надел длинную темную парчовую тунику, отороченную мехом куницы. Никто не мог спорить, что он был человеком богатым. Сегодня супруга предложила ему выбрать украшения для особого случая, но он оказался. Золотые побрякушки для баб, он же - лорд Севера, ему претит хвастаться своим богатством.
- Как Вам известно, я уже не мальчишка, и в мои планы входит не только сохранить, но и приумножить земли Вустерлинга.  - продолжил он. - Сегодня нас посетят особые гости, они уже на подходе. Я прошу Вас обеспечить им теплый прием, как и положено на севере. Не смотря на наши долгие разногласия...
В зале послышалось бормотание. Поскольку все догадывались, что граф Харт собрался вести дела с дикарями, многие лорды поморщились и отставили вино подальше. Харт, без всякого сомнения, заметил это, и добавил:
- А сейчас выпейте, и пусть мой волынщик вас развлекает.
Волынщик заиграл прелестную мелодию. К несчастью, никто не принялся нападать на угощения, все оставались в неком ожидании. Граф ощутил некоторое облегчение, когда перед ним показался слуга и сообщил, что гости уже подъезжают.  Брандон покинул большой зал, ловко и быстро лавируя между столами.
В сопровождении шести воинов граф вышел во двор, где уже предусмотрительно открыли ворота, ожидая гостей. Они отправили вперед гонца, дабы тот проводил скайгардцев. Брандоном Хартом обуревало любопытство. Каким будет ярл? Сколько ему лет? Старше ли он самого Брандона? Женат ли он или вдовец?

Отредактировано Edmure Harte (22.01.2017 21:49:24)

+5

3

Говорят, что молодость – единственная вещь, над которой мы не имеем власти, мы страшимся её и с гордо поднятой головой должны принять тот день, когда эта молодая дева покинет нас, посеяв в теле уже поседевшего война сомнения. Следом уходит разум, забирая с собой самые лучшие качестве человека, селя в его душе страх перед неизбежностью. Ярл уже потерял первое, и страшился упустить время, когда потеряет второе, надеясь принять свою смерть раньше, чем от его благоразумия останутся одни воспоминания. Сомневался ли он в своём выборе? Несомненно. Эти захватчики с коронами на головах внушали у народа отвращение, и никогда – страх. Но такого противника нельзя не уважать. Возможно, именно поэтому, Ульвальд согласился принять их предложение, начать так называемые переговоры, которые почитались людьми на юге. Его народ всегда решал подобное проще – с помощью честного боя, какой толк от слов, когда на стороне правдивого человека находятся Асы. Этого же мнения был сын ярла, который должен был занять место своего отца, когда наступит время. Судя по его вызывающему поведению, молодой муж уже примирял на себе этот образ, то и дело оспаривая решения отца. Первое время тот не обращал на это внимание, мальчишка вырос, ему хочется поиграть в правителя, но когда понял, до чего дошло дело, было уже поздно. К тому же, ярл больно любил своего мальчишку, чтобы при помощи кулака и меча затыкать ему рот. Но никто не исключал полностью такой возможности.
Остановив коня на холме, с которого открывался на вид замка Хартов, ярл ненадолго задержал свой взгляд на сыне, а потом снова отвернулся. Это был их последний разговор перед переговорами, и Ульвальду не хотелось, чтобы их слышали лишние уши, не смотря на то, что их язык был диким для местных, мало ли, кому здесь он известен. Старик хоть был не многословен, но говорил всегда прямо и открыто, без какой-либо фальши в голосе, и никогда не брал своих слов обратно, если потребуется – повторит их при помощи меча.
- Заклинаю, мальчишка, держи себя в руках. – Он не стал своей целью оскорбить сына, просто предостерегал того от глупостей. Молодая кровь и жажда войны могла сыграть дурную шутку со всеми войнами, что сейчас двинулись в сторону замка, позволяя лошадям немного передохнуть после долгой дороги. Если потребуется – ярл отдаст приказ возвращаться домой, даже не начал эти переговоры. Цели этого Харта понятны – увеличить свою роль в этом мире, не заботясь о том, какой будет его жизнь там, рядом с его богом, как они там величали? Творец? – Скьёльдхаллу нужен мудрый ярл, а не безголовый. – Прохрипел мужчина, когда они оказались уже у входа в замок.
Их встречал гонец от Харта, который что-то бормотал о том, что их, как почетных гостей хранителя севера рады видеть, что их ожидают, и его господин будет рад лично встретить их. Ярл посмотрел на молодого гонца сверху вниз, оценивая не только его красноречие, но и внешний вид. Никакого золота и других побрякушек, о которых рассказывали его люди, скромная рубашка, штаны да недорогие меха, практические такие же, как на всадниках. Ульвальд коротко кивает, не считая нужным спешиться сейчас, и произносит скупое приветствие на вольном языке:
- Мы принимаем приглашение твоего лорда. – Переводчик, который всё это время находился за спиной ярла, чуть выдвигается вперед и переводит на иравинтский. Ульвальд сам не так уж и плохо знал его, как говорится, жизнь заставила, но блистать здесь этими знаниями старик пока не собирался. Их процессия въезжает в ворота замка, и лишь там, под пристальным взглядом стражи и Харта, собственной персоной, они спешились. – Это и есть лорд Харт? Мне казалось, он выше. – Усмехнулся старик, обращаясь к одному из своих подручных, который также не смог сдержать улыбки. Говорить очередные колкости более громко они не собирались, очевидно, что мужчина, стоявший подле Харта – переводчик.
И всё же, этот далеко уже не молодой мужчина почти полностью оправдал образ, который ярл успел нарисовать в своей голове за время пути. Вот только для его завершения рядом не хватало какой-нибудь женщины, что должна сопровождать своего мужа на подобных встречах. Или подобный обычай тоже дикость. Даже среди людей, которых ярл взял с собой, были женщины, всегда стоящие на ровне с мужчинами, а иногда даже выше. Ульвальд со своими людьми подходит к Харту, его лицо сохраняло преимущественно безразличие, но в глазах можно заметить легкую заинтересованность происходящим. Прежде такого никогда не было, а если их компания будет неудачной, то точно не будет ещё несколько веков. Народ Скьёльдхалла не только гордый, но и злопамятный.
Но протягивать руку или начинать разговор первым ярл не спешил. Он молча смотрел то на стоящего напротив лорда, то на его подручных, а иногда и вовсе отводил взгляд в сторону. Чем дольше этот Харт будет медлить, тем сильнее перевешивается чаша весов на сторону ярла.
[NIC]Úlfvaldr Hilditönn[/NIC] [STA]Ярл Скьёльдхалла[/STA] [AVA]http://funkyimg.com/i/2oh4R.png[/AVA] [SGN]Ничто не истинно[/SGN]

Отредактировано Edward Richmond (05.02.2017 02:29:40)

+5

4

Давно уж пришел конец мирной жизни скайгордцев на материке. Распри коренного народа и народа чужого длятся  сотни лет; столько воды утекло, появился Дортон с его религией, графствами, городами, замками. Остатки «небесных», конечно, сдаваться не собираются, слишком уж много гордости и силы дали им Асы. И вот теперь, когда вместо того, чтобы решать разногласия боем, чета Хартов, уже не в первые в истории, хочет сложить оружие и говорить. Язык скайгордцев тоже имеется, так что переговорам быть. Но ничто никогда не будет забыто. Ничего не проходит мимо. Пусть, откатываясь, волна памяти дает передышку, становится ненадолго гладкой, похожей на бледно-зеленый мрамор: ее мыльная пена прорезана ветвистыми молниями.
То, что Рейнир поедет в Снегопад вместе с ярлом никем даже не обсуждалось. Молодой скайгорец знал, что обязан отправиться и обязан знать, какие условия хочет выдвинуть граф. Последние несколько десять с лишним зим Рейнир яростно боролся за интересы своего народа, теперь стал одержим идеей о воссоединении всех оставшихся племен в единый союз. Их слишком мало, чтобы держаться обособленно. Но была одна большая, дряхлая проблема, которая стояла на пути, вросшая в землю, словно толстые корни многолетнего дуба. Этой преградой был Ульвальд. Слушает все, старик, внимательно, а потом как рукой махнет – иди, мол, отдохни, сын. Окстись. Одержим он мыслью, что Рейнир хочет место его насиженное занять, да только плевал сын на этот трон деревянный в соболях. Пусть лишь начнет двигаться, шевелиться, действовать, посмотрит на все, что творится с людом небесным свежим взглядом. Воинов с каждым годом больше не становится, молодые мужи мрут в набегах ради скудной наживы и для того,  чтобы напоминать: скайгорец – враг кровожадный.  Рейнир сам эти набеги вел, убивал кровожадно и яростно, охваченный жаждой мести за своих соплеменников, умерших у него на руках, и своих предков, чьи тела живут теперь в земле, деревьях, скалах, водах. Он был таким, каким был, и виною тому кровь в его жилах, которая бурлила и ощущала воинственный зов своих предков. Душа человека – сад. Кто вырастил крапиву в саду Рейнира? Не он сам. Она росла там сама по себе со времен его детства. Он начал чувствовать ее кровожадные укусы задолго до того, как понял, к чему это может привести.
Кони скайгордские особенные: мощные, высокие, с косматыми гривами и пушистыми щетками на крепких копытах. Это были рабочие лошади, как в любой дортонской деревне, но в полтора раза крупнее, с железными нервами и выносливостью. Это были животные, способные работать в хозяйстве и носить на спине грузных воинов севера. Самая тихоходная и низкорослая из них досталась Рианнон. Это был момент, которого Рейнир ждал больше всего – когда его сестре придется сесть в седло, преодолев свой страх перед лошадьми. Эллисиф пыталась успокоить друидку, уговорить, хоть и нема была, подход к сестра знала, но все бестолку. В какой-то момент Рейниру это надоело, он подхватил красноволосую девчушку и забросил в седло. Повод распустил и привязал к задней луке седла Эллисиф, пусть Рин ходит за ней хвостом. Даже перепалки не последовало, больно уж девке в замке хотелось побывать, впрочем, как и ее брату. Скайгорец вскочил на своего коня, которого заполучил, убив рыцаря в одном из набегов. Жеребец импульсивный, более легкий и быстрый, требовал большего ухода, но труд никогда Рейнира не пугал. Все скайгордцы с детства приучены к физическому труду.
Дорога до замка не близкая, шли на низком темпе, но собравшемуся отряду не давал скучать скальд, которого ярл взял с собой. Его песни и байки Рейнир не поддерживал, но улыбался каждый раз, когда он их заводил. Весь путь шел вровень с отцом, хотя конь рвался вперед, стремясь обогнать всех и стать головным. Ярл сохранял хладнокровие, в то время как его сын сгорал от нетерпения взглянуть в лицо этому Харту, узнать, что он за человек.
Скайгордцы вышли из укрытия леса, и взору открылся замок во всей своей красе. Залитый солнцем, словно выросший из скалы или, скорее вырубленный в скале. Рейнир Снегопад и раньше, но каждый раз замок, больше похожий на крепость, радовал его глаза. Ровно до тех пор, пока мужчина не вспоминал, кому сооружение принадлежит.
Ульвальд говорит в руках себя держать. Слова ярла перевел так: «не лезь вперед моей воли, а то худо будет». Как по команде жеребец под Рейниром, не любящий стоять на одном месте, загарцевал на месте, приподнимаясь на задних ногах, зафырчал. Мужчина усмирил его быстро, посмотрел на отца.
- Я очень постараюсь.
На подходе к Снегопаду их встретил гонец. Отец принял его приглашение, Рейнир же, не дожидаясь перевода, сплюнул на землю. Ворота замка открылись, вольный народ вошел верхом на его территорию. Харт стоял впереди, ближе к входу. Рейнир с нескрываемым интересом разглядывал все кругом, с любопытством заглядывая в глаза чужакам. Все спешились. Сын ярла ласково пощипал морду своему коню, нервно жующему железо, испачкал пальцы в лошадиной пене; вытер руку о шею жеребца, отдал поводья слуге и направился навстречу хозяину вместе с Ярлом и остальными. Глянул на бледную Рин, не сдержал смешка.
Граф стоял перед ними, кругом стража, никто слова не молвит. Рейнир усмирил свое любопытство понять, как у них здесь все устроено. Говорить вперед Ульвальда ничего не стал, не нужно нервировать дедушку. Когда взгляд Харта устремился к воину, он изобразил добродушную улыбку на своем диком лице, едва заметно кивнув.

Отредактировано Reynir Blóðøx (15.02.2017 21:55:01)

+6

5

[NIC]Brandon Harte [/NIC] [STA]Граф Вустерлинга[/STA] [AVA]http://savepic.ru/12659233.png[/AVA]
День занялся сухой, но холодный. Бледное солнце низко висело в сером летнем небе. В такую пору ждешь незваных гостей, но прибывают они... Скайгордцы. Солнце уже садилось, но Брандон любезно встречал их, хотя этот визит и насторожил большинство рыцарей Вустерлинга, которые были не в курсе планов своего графа. Граф Харт вел себя гораздо тактичней, чем его люди. Он сердито смотрел внизу вверх на своих гостей, и сжал губы в тонкую ниточку, демонстрируя свою настороженность. Взгляд серых глаз посуровел от недоверия. Но неожиданно  он подался вперед, что заставило рыцарей положить руки на эфесы своих мечей. Один из них, особо рьяный, даже попытался что-то рявкнуть, но...
Брандон крепко взял руку ярла и пожал со всей силой, а другой рукой по-братски похлопал по плечу, будто они старые друзья, которые не виделись сотню лет. Лицо его, темное от сурового зимнего загара, расцвело многообещающей улыбкой.
- Рад видеть Вас, мой друг. - поздоровался граф, лучась улыбкой. Переводчик быстро заборомтал в пол тона. - Надеюсь, дорога была легкой? Вы не смотрите на сира Эдрика... Его сестра брюхата вашим братом. - а другая останется с бастардом под сердцем уже к утру... - подумал он, вспоминая легкий нрав леди  Вудвилл. Страшую сестру сира Эдрика похитили скайгордцы, но по истечению месяца вернули. Говорят, она и сама была не прочь оказаться в плену у дикаря, отдавшись ему по собственной воле. Это стало ужасным позором для семьи, но граф рассудил так: коль уж девка была не прочь, чего взывать к правосудию? Шлюхи рождаются и у благородных отцов, а Творец милосердный не дает детей просто так, они рождаются только от любви.
По правде говоря, Брандону всегда нравился этот вольный народ, хотя они встречались редко, в основном в его детстве. Тогда скайгордцы напоминали ему медведей, которые смотрели на добро Вустерлинга, как на лакомый кусочек, и только и ждали, как бы вонзить в него свои зубы.
- А это Ваш сын? Весьма похож на Вас. Ты старший сын? Наследник?- отозвался Брандон о молодом человеке неподалеку. Юноша, если его можно было так назвать, был ровесником самого Брандона. Это слегка обескураживало. Он представлял себе жениха Дарии моложавым пылким юнцом, но ни как не зрелым мужчиной. Ну раз нет другого наследника, и этот сгодиться. Чтобы сохранить мир на своей земле, Брандон мог пойти на многое. Но неужто он позволит чужакам наложить лапы на собственную сестру? - И что же, черт возьми, мы делаем еще здесь, когда внутри рекой льется вино?
Граф Харт развернулся, махнул рукой своим людям, и направился в замок, стараясь поспевать за ярлом, который был выше его самого и шагал куда быстрее.
Упершись крупными ладонями в твердую поверхность стола, граф обратился к лордам Севера:
- Мы находимся в Вустерлинге, друзья мои, а не на юге... - толпа одобрительно завыла, поднимая кубки вверх  в честь своего графа. - И живем мы здесь по законам Севера, по Старому закону! Некоторые лорды откинулись на спинку стульев, кивая кивая графа. Вустерлингцы очень гордились своим происхождением, а особенно тем, что этот край славился своенравностью и верностью личным обычаям.
- Каждый гость - желанный гость, если пришел без ножа за пазухой! Прошу Вас, окажите уважением ярлу и его людям, а так же сделайте так, чтобы им не пришлось скучать...
Когда он договорил, лорды уже поднялись на ноги и принялись выкрикивать ободрительные возгласы. Среди некоторых столов пробежал смешок. Они были разочарованы, но подобное разочарование постигло бы любого другого лорда, упусти он столь благородное расположение графа. Брандон не пытался сгладить ситуацию. Нравится им или нет, сегодня скайгордцы - их братья, и должны быть приняты должным образом.
- Добро пожаловать! - прогремел Брандон, глядя на своих гостей, и указал их сопровождающим усесться за высоким столом. - И пусть Снегопад станет Вам сегодня домом. Видит Творец, это самый гостеприимный замок во всем Дортоне, и чтоб мне сдохнуть на этом самом месте, если я вру.
Жена бы не одобрила такую манеру общения, и Брандон это знал. Она всегда предостерегала его от сквернословия и простой манеры выражаться. Жаль, что леди Алиссы не было рядом. Но она такая горделивая, она бы обязательно пустила язвительную шутку в сторону плохо одетых дам из числа дикарей, а мужчин бы назвала не печатным словом. Но Леди Алиссы не было рядом. А значит, Брандон мог побыть самим собой. Он не собирался соглашаться с женой. По крайней мере пока. Но приходилось признать, что последние несколько часов стали для него откровением. Он вместе с дикарями привечал лордов Севера, и они не обращались с ним как с каким-нибудь изнеженным созданием, навроде южных лордов. Но когда их разговор перетечет во что-то большее, станут ли они такими же покладистыми, станут ли вести себя так же? Эти дикари учились у него быстро и постигали как ведутся дела в Вустерлинге. Лорды это заметили и им это не нравилось.
- Нам нужно уединиться - сказал он своему переводчику, а тот передал ярлу. - Пусть вот эта белобрысая пойдет с нами и переводит для ярла, если он пожелает.
Они с ярлом, его сыном и двумя переводчиками направились в северную башню, где располагался кабинет графа. Брандон говорил с белобрысой переводчицей, как устроен замок. Она уточняла графу, где требуется починка, как и самой дороге на замок. Брандон рассказывал женщине, как строилась эта дорога, и признался, что сам толком не знает, как строились стены замка, но, скорее всего, к этому приложили руки ее братья по крови. Сам граф хотел знать, откуда родом семья ярла. Блондинка рассказывала, что корни семейства восходят еще к проотцам. И что два брата поделили власть между собой, и один поселился на самом севере, а другой - на юге, ближе к Вустрелингу. Граф Харт одобрительно кивал. Его вдохновляли те времена, когда человек мог просто пойти дальше и обосновать свою династию. 
Видя, как беседуют граф и переводчица, переводчик Вустерлинга замешкался. Он проследил, чтобы все прибыли к кабинету вовремя и отпер перед ними двери.
Они оказались в широком просторном помещении, напоминающем настоящий амфитеатр. Посреди - углубление, а по краям - возвышения с многочисленными стеллажами книг. Граф не был любителем читать, но эти драгоценные издания достались ему от прежнего графа. По стенам были развешены портреты.
- Надеюсь, здесь мы можем разговаривать без лишних церемоний? - отозвался граф, оглядывая свою богатую библиотеку. - Прежде всего я хотел бы поинтересоваться насчет судьбы сына моего подданного, который сейчас в плену у ваших людей. Без этого я не могу начинать, как Вы понимаете...
Брандон ухмыльнулся, глядя на своего переводчика, который приходился отцом несчастного юноши, которого похитили дикари.
Он выглядел так жалко, находясь вблизи к своим обидчикам. Он и и желал мести, и боялся ее.
- А затем я бы хотел предложить Вам союз, более выгодный, чем Вы могли бы ожидать... Как Вам мой замок, милорды? Хотели бы себе нечто подобное?
Что можно желать кроме замка и земель? Для Брандона это было загадкой. С малых лет он молил о власти и землях, и когда отец представил ему такую возможность, воспринял ее как дар богов. Кто сможет отказаться от такого искушения? Только дикарь!

+7

6

"Переводчица на пир" - именно так несколькими днями ранее прозвучало предложение незнакомца, который утверждал, что представляет интересы графа Вустерлинга, Брандона Харта. Тогда Гервор, услышав это, едва не подавилась едой и даже хотела пожелать столь важному заказчику удачи в поисках, но появившиеся перед ней письмо с печатью и увесистая мошна с золотом не оставили женщине выбора, кроме как спросить о времени и месте встречи. Что же до письма, то послание было коротким и оставило еще больше вопросов. Ясно было одно: что бы не намечалось в замке, там будут скайгордцы и так вышло, что именно Гервор, не раз выполнявшая контракты на территории северных земель, оказалась наиболее надежным вариантом. И даже сейчас, когда женщина подъезжала верхом на черной кобыле к замку, то до сих пор не могла понять, в ком именно нуждался граф - в переводчице или убийце?
Показывая почти налево и направо письмо с печатью графа, Гервор без проблем попала на территорию замка и, когда увидела обилие знатных гостей, заметно растерялась. А когда женщина разглядела в людях, которые поначалу показались ей челядью, скайгордцев, - ведь как бы они не пытались нарядиться, но на фоне местной знати выглядели неприметно, - растерянность сменилась яростью. Гервор не думала, что их будет так много. Зачем этих людей пригласили в графство? В памяти тут же возник ее дядя, Идолаф: он не раз говорил, что любые попытки взаимодействия с королевством без битвы уже заранее обречены на провал. Поэтому Гервор ничуть не сомневалась в том, что дикие гости графа определенно что-то натворят.
- Добро пожаловать в Снегопад! - Тот самый человек, который и передал женщине письмо, появился словно из ниоткуда. - Граф появится с минуты на минуту. - Оглядев женщину с ног до головы, мужчина немного изменился в лице. - Боюсь, в таком наряде не было необходимости.
Еще бы, ведь парадный наряд представлял собой длинный клепаный дублет черного цвета с коротким рукавом, под которым была тонкая кольчуга. Подозревая, что просьба с переводом была лишь прикрытием, женщина решила хоть как-то себя обезопасить, но и не перебарщивать с броней. Но, как оказалось, все же переборщила. В любом случае, Гервор уже хотела спросить, что же сегодня происходило, однако мужчина скрылся так же быстро, как и появился.
Отойдя в сторону, женщина принялась осматривать всех, кто сегодня был в замке. Она не была детально осведомлена обо всех знатных домах, проживавших на территории Вустерлинга - все знания ограничивались несколькими лордами или их женами, которые могли пользоваться услугами наемницы. Узнать нескольких человек среди гостей не составило труда. Судя по тому, сколько знати сейчас находилось снаружи, Гервор даже не хотела думать о том, сколько их было внутри. Зачем Брандон Харт решил подвергать их опасности, позволив ходить бок о бок с дикарями? Женщина могла только догадываться, о чем думал граф и какие цели преследовал.
"Заказчик" не заставил себя долго ждать. Гервор не заметила, откуда пришел Брандон Харт, но в следующий момент он в компании нескольких человек, - в том числе и того мужчины, - направлялся внутрь замка. Делать какие-либо выводы о графе было рано, да и в его манере общения женщина не увидела ничего необычного: по пути в зал граф стал рассказывать о замке, то и дело переводя разговор в вопросы о дикарях. Вопросы такого рода Гервор не любила потому, что прекрасно знала, что рано или поздно ее воспоминания о прошлом возьмут верх и никаких полезных сведений граф не получит. Отвечая на вопросы, женщина старалась думать о чем угодно: о драгоценностях, о красивых платьях и о том, почему она их никогда не носила, об оружии, которое осталось вместе с кобылой - Гервор даже попросила, чтобы к нему никто не притрагивался.
- А в честь чего все это? - Наконец спросила женщина, услышав слово "пир".
Брандон ответил лишь то, что скоро им и дикарям предстоит породниться. Вероятно, знать больше Гервор не требовалось. Мысленно перебрав все возможные варианты получения родственников в виде дикарей, женщина пришла к выводу, что наиболее верным вариантом была свадьба, а обрывки разговоров гостей, которые невольно уловил слух, тем более отбросили другие варианты.
Оказавшись в зале, женщина могла восхититься убранством, широкими дубовыми столами, гостями, которые выглядели гораздо богаче тех, кто находился снаружи замка и рыцарями в парадных доспехах, но с первого момента все внимание Гервор оказалось приковано к количеству дикарей, восседавших за столами. Кто-то уже приступил к еде и, казалось, что даже через шум и голоса лордов и их леди было слышно чавканье и похрюкивание. Чувствуя, как ее передергивает, женщина с трудом перевела глаза на других гостей, но все опасения сводились к народу, частью которого она когда-то была. Многие гости спокойно передвигались в близости с дикарями, но были и те, кто предпочитал стоять в стороне и по возможности держаться с людьми своего сословия. Также были и те, кто не скрывал своего отвращения от происходящего и их Гервор понимала лучше всего. Дикари вели себя вызывающе. Достаточно ли тщательно их обыскали? Если что-то действительно произойдет, то сколько людей погибнет, прежде чем стража отреагирует? Мысли разрывали голову, заставив женщину застыть у дверей, забыв, куда ей нужно было идти и что делать. Но Гервор понимала одно: пусть ее кольчуга и не была самой толстой, но если дикари вздумают выкинуть что-то неожиданное, - а в этом не было сомнений, - ей повезет чуть больше, чем знатным гостям.
- Что вы, - слух уловил чей-то голос, словно прочитавший мысли Гервор, - этот замок - самое безопасное место в Вустерлинге.
Женщина приложила ладонь к лицу.
Лучше скажите это завтра, когда будете подсчитывать трупы.

+1

7

Ярл ещё до конца не определился, насколько фальшиво был обмен любезностями между ним и этим Хартом. По крайне мере, их любопытство было искренне. Хоть что-то должно быть правдой в их предстоящем разговоре. Сам же Ульвальд не собирался разбрасываться комплиментами, он ничем никому не обязан, только Асам – перед ними ярл будет держать ответ, когда покинет этот мир. А значит, воин будет максимально честен с ними, чтобы не опозорить свой род и кровь. Между тем, то ли Рейнир находился под впечатлением от происходящего и сдерживал свои порывы, то ли сам, наконец, сообразил, что рот иногда надо держать закрытым, а не спорить с отцом, как базарная баба, но мальчишка действительно вел себя как подобает истинному воину из племени.
- Возможно, сестре сира Эдрика было необходимо держать ноги сведёнными чаще. – Между тем лицо ярла не отображало каких-либо конкретных эмоций. Очередная женщина родит очередного ребенка. У них подобное в порядке вещей, будь то мальчик или девочка, из него сделали добротного воина или охотника, но у этих «цивилизованных» людей ребенок будет считаться не более, чем ублюдком. Ярл, изрядно любящий под крепкий напиток послушать своих южных гостей, хорошо знал их некоторые предрассудки. В особенности те, что касались вольного народа. Сам Ульвальд одинаково любил и уважал своих детей, от кого бы они не были рождены, но этого им знать не следует. Придерживаясь мысли, что нет опасней для воспитания детей слов, чем слова похвалы и любви, он относился к ним со всей строгостью. И всё же, местный кузнец всегда изготавливал для его дочерей только лучшие украшения, а Рейнир, не смотря на все обстоятельства, по-прежнему звался его сыном. – Да. – Одним словом на все три вопроса Харта о сыне отвечает Ульвальд, даже не посмотрев на мальчишку. Сын, наследник и позор в одном лице.
«Снегопад» поражал своим убранством, а также духом народа севера, что жили здесь. Чего у Хартов не отнять, так это их знаменитого гостеприимства, которым не сильно-таки славился сам Ульвальд. И всё же, скайгордцу пришлось не по нраву вежливая просьба оставить оружие. Хотя, так даже интереснее, ярл любил убивать голыми руками, доказывая свою силу противникам. Он первый оставляет своё оружие, подавая пример другим людям. Всё же, можно проявить немного терпения и пойти на небольшие уступки.
Видят асы, такого разговорчивого правителя ярл ещё не встречал. Очевидно, что Харт пытался задобрить гостей, а также своих лордов, которые явно были разочарованы появлением на пиру вольного народа. Кто-то смотрел на них с ненавистью, кто-то с безразличием, другие – с высокомерием, но Ульвальд пока не увидел ни одного человека, который был бы рад их видеть, за исключением этого графа. Он всё продолжает говорить, и с каждым сказанным им словом ярл начинал скучать, он даже не вдавался в смысл этих слов, не пытаясь больше переводить самостоятельно, оставляя эту прерогативу остальным.
Еды и вина было достаточно, чтобы люди ярла почувствовали себя как надо. Не как дома, а именно как надо. Этот замок станет их домом, когда они его завоюют, перерезав добрую половину местного населения, но не для этого прибыл сюда Ульвальд с остальным вольным народом. Этот Харт умеет хорошо говорить, а ярл умеет слушать, но выводы всё равно сделает свои, без учета чужого мнения. А пока ярл ел и пил за одним столом с этим человеком, смеясь во весь голос, будто этот пир действительно устроен в их честь. Его дочери вели себя куда скромнее, но Ульвальд-то прекрасно знал, что находится в столь тихом омуте, иначе бы не взял их с собой.
Наконец, граф через своего переводчика предлагает перейти к делу, и старик согласно кивает, жестом указывая сыну, чтобы тот следовал за ним. Вместе с ними идет беловолосая женщина, и второй переводчик, который чувствует себя не удел. Ярл хотел было задаться вопросом для чего он тогда пошел с ними, раз Харт пренебрегает его обществом, но с первыми словами графа всё встало на свои места. Ульвальд даже перестал изучать дорогое убранство комнаты, в которой они оказались. Ярл повернулся лицом к графу, положив обе руки на свой широкий пояс. Без оружия он чувствовал себя немного не комфортно, и даже сморщил нос, когда рука не почувствовала привычную сталь.
- Я не думаю, что Брандон Харт позвал меня сюда, чтобы обсудить пленника и красоту его дома. – Он поочередно смотрит на переводчиков графа, интересуясь, кто из них первый заговорит, а потом отдает всё своё внимание графу. Что же, откровенно и без церемоний. Очевидно, что Харт ещё никогда прежде не вел переговоры с таким человеком, как Ульвальд, а не знал, что тот не любил ходить вокруг да около какой-то важной темы. – Единственное, чего бы я хотел из этого дома, так тот стол, ломящийся от еды и вина, чтобы мои воины всегда были сыты. – Ярл оскалил зубы, и провел по ним кончиком своего языка, чувствуя дискомфорт от застрявшего меж желтых зубов куска мяса. – Можешь передать своему господину, - обратился Ульвальд к тому самому лорду, чей сын находился в плену у «дикарей». – Что я сказал: твой сын в безопасности. – Он будто бы специально игнорировал присутствие в комнате второй переводчицы, которая могла бы сейчас передать слова ярла слово-в-слово. – А тебе я скажу, что если твой граф не начнет говорить по делу, завтра же я позволю своим воинам сделать из него превосходную бегущую мишень. – Подойдя к лорду вплотную, ярл положил правую руку ему на плечо, и несколько раз похлопал по нему с широкой улыбкой на мерзком лице.
Союзы, такое противное слово для ушей Ульвальда. Он до сих пор не мог примириться с другими племенами, что говорить о южанах? Но, раз уж они здесь, то стоит выслушать предложение Харта. Судя по тому, что в комнате присутствовал Рейнир, и что граф интересовался положением мальчишки в их скромном отряде, Харт задумал скрепить своё предложение какой-нибудь миловидной девчонкой, не способной даже разделать мясо, не говоря уже о том, чтобы защищать себя и свою семью с помощью меча и лука.
- У тебя есть сестра или дочь, Брандон Харт? – Интересуется ярл, торопя события, но продолжает вести себя расслабленно, и даже садится на один из стульев, не сводя глаз с графа. – Я не видел рядом с тобой ни одной женщины, хотя сам привел сюда своих дочерей. – Раз уж хозяин этого замка позволяет себе пустые разговоры, то и Ульвальд не собирается придавать этому разговору большого значения.
[NIC]Úlfvaldr Hilditönn[/NIC] [STA]ЯРЛ СКЬЁЛЬДХАЛЛА[/STA] [AVA]http://funkyimg.com/i/2oh4R.png[/AVA] [SGN]Ничто не истинно[/SGN]

Отредактировано Edward Richmond (22.02.2017 02:35:59)

+4

8

[NIC]Brandon Harte [/NIC] [STA]Граф Вустерлинга[/STA] [AVA]http://savepic.ru/12659233.png[/AVA]

Похоже, что ответ ярла полностью удовлетворил переводчика, так как он стал непрестанно повторять какой-то истерический припев, обращаясь к своему господину в пол голоса:
- Извините меня… Извините меня… Пожалуйста, извините меня… Прошу прощения, граф.
- Ну вот видишь... Я же говорил. Творец услышал твои молитвы. - слегка раскатистая речь придавала образу графа Брандона какую-то особую напыщенность. Теперь он хозяин положения и мог вести себя как хочет.
Переводчик бормотал что-то до тех пор, пока граф  не перебил его:
- Мне кажется, наш гость остался чем то недоволен? - переводчик наклонился ближе к уху Харта, так, что граф смотрел на него сверху вниз. В восхищенном и благодарном взгляде слуги было все то же собачье обожание, которое Брандон не выносил.
- Мой дорогой граф, похоже, что гости голодны.
- Голодны??? - чуть громче, чем обычно с недоумением выпалил граф.
- Да, так я понял... И оттого ярл просит Вас поторопиться.
Как же он сам не догадался. Эх, была бы здесь Алисса, она бы не допустила подобного конфуза. Ярл с сыном и свитой провел в пути несколько дней, и разумеется, чтобы опередить ожидание вустерлингцев, последние сутки они мчались без отдыха. Конечно, сначала следует накормить гостей, а затем тащить на переговоры. От переводчика толку было мало: как только он услышал, что с его сыном всё в порядке, так сразу превратился в нервным дрожащий комочек ожидания. И кто бы мог подумать, что этот барон так слаб?
Брандон продолжил, уже не замечая его:
- Ну так ступай и распорядись, чтобы нам принесли сюда вина, меда и вяленой оленины с орехами. Кто знает, может этот разговор затянется на всю ночь.
Мужчина размашисто поклонился и удалился, оставив Брандона наедине с гостями и его отвратительным знанием иноземных языков. Но кое-что он всё же понимал, поэтому бегло и запинаясь ответил напрямую Ульфальду:
- Нет, Творец не подарил мне дочерей.
Зачем ему интересоваться таким? Уж не пытался ли этот дикарь оскорбить его? Взгляд графа неожиданно метнулся на стену, где висели портреты его предков, один из них - изображение леди Лиарры Сванн, матери Брадона, так похожей на Дарию. Интересно, сильно ли изменилась его сестра с тех пор, как отбыла из Снегопада в столицу? Хотелось наедятся, что она осталась такой же кроткой и услужливой, как раньше. Брандон потер затылок, взбив свои густые волосы в хохолок.
- Дальше ты, женщина. Будешь переводить за мной. - обратился он к беловолосой наемнице. Затем хлопнул в ладоши и потер ладони между собой, как бы призывая всех к более конструктивному диалогу. Два служка стали привычно бороться за право прислуживать у рабочего стола графа, Брандон дал им подзатыльники, за то, что были не слишком расторопными, и они стояли раскрыв рты, пока граф самостоятельно разворачивал на деревянной столешнице новенькую, еще пахнущую краской карту Дортона. Это была красочная, дополненная мельчайшими деталями работа северного мастера, повторяющая каждый изгиб реки и выделяющая каждую границу между графствами. Брандон осторожно взял в руки сухое перо и провел им по карте, не в силах сдержать свои эмоции от такого зрелища. Его глаза жадно исследовали территории Вустерлинга, и перо остановилось  на северной границе, там, где расстилались аккурат земли ярла.
- Восхитительно. - сухо произнес он, подталкивая перо всё дальше на север. - Эти земли уже многие века принадлежат Вашему народу, и, насколько мне известно, Вы преуспели в деле защиты своего состояния. Это так?
Прежде чем граф продолжил, двери его кабинета открылись и на пороге показался барон со свитой кухонных служек. Они молча и весьма осторожно расставили подносы с угощениями вокруг карты, так, чтобы любой из гостей мог легко дотянуться до них. Затем они разлили кувшин вина по массивным позолоченным кубкам и протянули графу, а так же его главному гостю - ярлу Ульфальду. Его сыну предлагать напиток они побоялись. Его крупная мрачная фигура пугала обитателей Снегопада. Брандон, с строгим лицом, в инстинктивном жесте повелевая поднял руку. Он хотел прогнать слуг, но совсем забыл про кубок, зажатый в его руке. Мужчина чуть не выплеснул содержимое оного прямо на драгоценную карту. Слуги смотрели на него глупо мигая, а вино капало с края бокала на столешницу. Все могли видеть, как его глаза стали ярости темными, как черный янтарь. Зубы Брандона были сжаты в таком же гневе. Кто - то кашлянул, и звук этот громом разнесся в наступившей тишине. Все замерли, затаив дыхание. Брандон оторвал взгляд от слуг, увидев перед собой множество других глаз, полных скрытого любопытства и удовлетворения. Все ждали, что граф сейчас не сдержится в гневе и своим неподобающим отношениям, пусть и к слугам, обязательно оскорбит гостя.
Его руки медленно опустились.
- Идите... - проговорил он, сжав зубы. - Нам больше не нужна помощь.
Слуги, скромно опустив головы, удалились, а за ним потянулись и другие, оставив графа наедине с иноземными гостями.
Никто не смел взглянуть на графа, вытирающего последние капли вина со стола рукавом. Затем он взял кубок и осушил до дна.
- Так вот. Мой сюзерен - король Стефан, да будут долгими дни его правления, оказал мне большую честь предложить Вам, друг мой, ненасильственный способ расширения границ Дортона на Север. Он так же позволил мне даровать Вам титул лорда, если Вы согласитесь назвать свою землю - частью Вустерлинга, и признаете меня своим графом, а Его Величество - своим Королем и повелителем.
Мужчина, преисполненный гордость, что говорит от имени самого Короля, стал медленно расхаживать вокруг карты, будто огромная черная птица. Он поглядел на своего гостя - понимает ли он всю величественность оказанной ему чести?
- Титул лорда - очень почетен. Он дает Вам не только право передавать его по наследству детям, но еще и гарантирует свободу торговли и безопасность на всей территории нашего государства.
Брандон был как бык, готовый к нападению. Вместо вина, которое он поглотил в огромном количестве, он мог бы с таким же успехом пить воду. Его возбужденность разгорелась вновь, когда он увидел Ульфальда, который, казалось, слушал без интереса.
- В замен Вы должны будите дать не многое... Вы все еще останетесь полноправным хозяином своих земель, но должны быть готовым в любой момент пойти под знаменем Вустерлинга, если того потребует король, а так же... - что было особо важно для графа, оттого он проговорил это быстро и четко, - Платить налог в пользу Короны и графа Вустерлинга. То есть, мне.
Он стоял, слегка расставив ноги, будто заранее гордясь своей победой. От него веяло опасностью, так же как и запахом вина.
- А что бы никому из нас не пришел в голову вероломный обман... Как и подобает в случаях мирного союза - мы соединим наши семьи.  Ваш наследник и моя сестра дадут клятвы священного таинства брака, а их сын станет бароном Вдовьего леса, как когда-то мой отец. Это не слышанная честь, но я готов пойти на такую жертву, дабы продемонстрировать чистоту своих помыслов.

+4

9

Ярл не понравился Гервор. Возможно, живи она и дальше в поселении, женщина могла бы признать Боезуба либо хорошим воином, либо мудрым стратегом, но о боевых навыках ярла она ничего не знала, на мудрого он не походил, а от родного поселения, как и от своего происхождения, Гервор давно отреклась. Сейчас стоящий перед ней человек вел себя развязно, всем видом намекая, что их визит в замок графа - не более, чем одолжение, за что все присутствующие должны были выразить ему свое почтение.
Оказывается, граф и вожак дикарей обменялись пленниками. Эту идею Гервор не одобрила, хотя кем она была, чтобы что-то решать? Не самым мудрым решением был и выбор отца пленника в качестве переводчика: худощавый человек, значительно ниже Гервор, был в странном состоянии - его трясло, он запинался, но его лицо выражало всю ярость, которую сама Гервор упорно пыталась скрыть. Поэтому, когда Боезуб вслух выразил сомнение в том, что ему хотят показать замок и посмотрел на женщину, то увидел лишь нахмуренные брови и плотно сжатые челюсти. Гервор не ответила и даже затаила дыхание, гадая, подаст ли голос испуганный переводчик. Ясно было одно - от этого переводчика могли быть неприятности или, по крайней мере, он мог быть серьезной помехой для плана, который только что созрел в голове женщины. Гервор взяла кубок с вином и так же быстро его осушила. И в тот момент, когда ярость женщины постепенно начала утихать, ярл выпалил:
– А тебе я скажу, что если твой граф не начнет говорить по делу, завтра же я позволю своим воинам сделать из него превосходную бегущую мишень.
Вполне возможно, что в этот момент перед глазами переводчика проносилась вся жизнь его сына, и возможно, его собственная жизнь. Лишь бы в обморок не упал. Тем временем женщина потянулась за вторым кубком, чувствуя, как вино пробуждает в ней навык речи. Гервор рассмеялась.
- Вы так говорите, будто уверены, что останетесь после этого в живых. - Улыбаясь, произнесла женщина, пока ярл также улыбался, но уже своим словам, демонстрируя огромные и кривые зубы, между которыми виднелись куски пищи. Но, когда Гервор показалось, что теперь Брандон пристально на нее смотрит, она перешла на общий язык. - Ярл Ульвальд сказал, что благодарит вас за гостеприимство и если он чем-то вас расстроит, то всегда готов отдать на растерзание вашим солдатам своих дочерей... Хотя, возможно, он так пошутил.
Женщина радовалась, что рядом было вино, ведь именно благодаря ему Гервор сейчас даже не бесилась. Но желание натыкать пленника стрелами как знак благодарности за прием графа казалось мерзким даже ей. Признаться честно, Гервор до сих пор не понимала, почему граф выбрал женихом для своей сестры дикаря? С таким же успехом несчастную можно было бросить к свиньям или дворовым собакам, чтобы те утолили свои естественные потребности.
Пока Гервор погружалась в сожаления о судьбе бедной сестры графа, на столе оказалась карта королевства, а сам Брандон стал показывать Боезубу свои земли, дав команду Гервор исполнять свою работу. На этот раз женщина решила обойтись без разного рода отступлений и изменений смысла - она просто переводила все, что граф рассказывал о своих землях, хотя и подозревала, что ярл все равно ничего из этого не понимает. Разговоры о почетном титуле лорда также показались Гервор бесполезными, ведь она знала, что когда предлагаешь что-то дикарям, в первую очередь надо начинать с того, что они получат и лишь потом рассказывать о том, что нужно от них. Тем временем отец пленного парня, словно забыв о правилах хорошего тона, - если таковые были в графстве, - то и дело перебивал Гервор и повторял ее же слова, изо всех сил стараясь выслужиться перед графом. Ситуацию разрешило только обещание самой Гервор убить его сына собственноручно, если тот не замолкнет.
И, когда граф произнес свои требования, давая возможность Гервор перевести его слова, женщина поняла, что именно этот момент и оказался самым неприятным. Можно ли надеяться на мир с дикарями, если у них один брат готов убить другого ради власти? Не проще было бы собрать огромное войско и просто их разбить? Женщина действительно надеялась, что Брандон одумается:  откажется от свадьбы, возможно, подождет конца пира и просто расправится со всеми дикарями, которые были в зале. А над ярлом можно было поиздеваться, после чего показать его останки всем поселениям дикарей, намекая на то, что может быть, если не подчиняться графству. В конце концов Брандон, как граф, мог объяснить любое зверство по отношению к дикарям желанием прекратить многолетнюю войну и обезопасить жителей графства. Девушку можно было отдать за кого-нибудь из других графств, тем самым увеличив войско вдвое, что полностью бы лишило дикарей шансов на сопротивление. Но вместо этого граф выбрал самое бессмысленное решение.
- Ваш сын и сестра графа вступят в брак. - Гервор промедлила, наблюдая за выражением лица Боезуба. - А рожденный от этого брака сын станет бароном Вдовьего леса. Граф оказывает вам небывалую честь и полностью уверен в вашем согласии потому, что выгода от такого союза очевидна. В противном случае войско графа значительно превышает число людей из всех ваших поселений.

+3

10

Гонцов с плохими вестями ярл любил убивать самолично, медленно снимая с них кожу на той или иной части тела. Хотя, можно было обойтись простым выдиранием языка, как в случае с этой переводчицей, которая позволяла себе невесть что. Ярл же просто улыбался, позволяя и дальше считать себя неотесанным дикарем, и поедал яства, которые принесли слуги в просторный кабинет. Граф начинает свой монолог, и, женщина, наконец, начинает выполнять свою работу – просто переводить, так как половину слов Ульвальд всё же не понимал. Зато прекрасно мог понимать стоящий неподалеку Рейнир, и, если женщина исказит какой-нибудь факт, хотя бы один представитель свободного народа будет в курсе происходящего.
Глаза старого воина не выражали какой-либо заинтересованности в происходящем, мужчина лениво пережевывал кусок оленины, наблюдая за тем, как старательно Харт показывал границы своих владений, потом границы деревни скайгордцев, а затем произнес такую околесицу, что кусок мяса едва не застрял в горле у ярла. Когда они выдвинулись на эту встречу, никогда из воинов не ждал от неё ничего хорошего. Ульвальд, который годами не признавал переговоров, считающий, что лучший способ расширить свои земли – это война, сейчас был обескуражен такой наглостью северного графа и его короля. На шута Харт тоже не был похож, больно серьезны и пафосны были его речи. Так что ярл, сделав глоток вина, молчаливо подходит к карте, и тыкает пальцем в то место, где были земли его людей.
- Значит, король Стефан хочет мои земли? – Переспрашивает Боезуб, не отрывает своего взгляда от наглого Харта, которому хотелось плюнуть прямо в лицо. – И мой топор, и оружие моих людей? А всё, что мы получаем – это девка? – Ярл начинает громко смеяться, смотря на своего сына, который и в более суровые дни не исполнял решения своего отца, то и дело стараясь оспорить их, а тут – свадьба. – Граф забывает, что мы не нуждаемся ни в чьей подачке.
Наверное, хорошо, что их попросили оставить оружие на входе, потому что желание воткнуть в голову Харта топор было как никогда велико. Ульвальд никогда не видел среди этих безбожников людей, которые столь яро желали смерти. От собственной глупости. И всё же, на переговорах принято разговаривать, обсуждать, если ярлу не изменяла память, поэтому он проводит рукой по грязным и спутанным волосам, стараясь справиться с собственным гневом.
- Рейнир. – Подзывает к себе мальчишку Ульвальд. – Ты хочешь себе в жены настоящую леди? – Конечно же, Ульвальд насмехался над местными женщинами. Они ничего не умели из того, что могут даже дочери Боезуба, а сестра северного лорда вряд ли когда-то брала что-то тяжелее книги. Он видел женщин-пленниц из числа жителей тех деревень, на которые нападали скайгордцы, и выживали только те, кто сумел приспособиться к суровой жизни. И леди Харт, скорей всего, не будет входить в их число. Но сынок ярла тоже славился своей любознательностью, и вполне мог согласиться на брак лишь по той причине, что ему интересна жизнь этих дортонцев. – Я не собираюсь приказывать своему сыну жениться на ком-то, даже если это будет сама принцесса или королева. – Обратился он уже к Харту, высказывая свою позицию. – А если благородные господа хотят увеличить свои земли за чужой счет, то пусть лучше заточат по лучше мечи. Либо предложат более выгодное предложение. Я хочу, чтобы мои внуки были ярлами своих собственных земель, а не баронами, получающими подачки с руки нашего кровного врага.
Другие, более жесткие слова вертелись на языке у импульсивного мужчины, который сдерживался уже из последних сил. Он был готов хоть весь день насмехаться над предложением Харта, потому что в противном случае Ульвальд Боезуб перечеркнет все свои прошлые победы и заслуги одним соглашением, а также будет проклят перед асами народом скьёльдхалла. Их народ гнобили и унижали, по-прежнему считают дикарями и язычниками, а теперь хотят не просто отобрать земли – ещё и навязать свою волю.
- Убеди меня, граф Харт. – Ярл упирается обеими руками о стол, наклоняясь чуть вперед, чтобы видеть лучше своего собеседника. – Почему я должен забыть о нашей вражде и начать доверять тем, кто не хочет быть с нами на равных?
[NIC]Úlfvaldr Hilditönn[/NIC] [STA]ЯРЛ СКЬЁЛЬДХАЛЛА[/STA]  [AVA]http://funkyimg.com/i/2oh4R.png[/AVA] [SGN]Ничто не истинно[/SGN]

+6


Вы здесь » DORTON. Dragon Dawn » ИСТОРИИ В РЕАЛЬНОМ ВРЕМЕНИ » 1x01 Священные узы (part 2)