НАТ
Очень плохой дядя, куратор всех сюжетов и нелюбитель шуток.
Icq - 562421543
НИНА
Строгая кадамирская леди и куратор дортонских сюжетных веток.
Skype: marqueese_
ИЗЗИ
Учительница-сексолог, массовик-затейник и просвещенная в вопросах магии.
Skype: fullinsomniac
АННА
Суровый капитан Левиафана и куратор пиратских сюжетных веток.
VK: /monlia
ЭДМУР
Одинокий рыцарь и куратор северных сюжетных веток.
VK: /moralrat

Добро пожаловать в мир королей и драконов, пиратов и чародеев. С нами вы окунетесь в мир древней магии, разрушительных войн, коварных интриг и жестокой борьбы за власть. Здесь каждому уготовано свое место и каждый получит, что заслужил. История в Ваших руках!
Королевство Дортон переживает очередной кризис: пираты угрожают очередным восстанием, маги в новообразованных общинах требуют свободы, а вольные племена скайгордцев объединяются, создавая опасность с Севера. Положение усугубляется тем, что единственный существующий на свете огнедышащий дракон остался без человеческого контроля и теперь угрожает превратить в пепел все королевство.

11 ЭДРИНИОС - 10 КАНТЛОС 844 ГОДА


ЛУЧШИЙ ЭПИЗОД: Рейнир нас убьет

3x01 Освобожденная от клятв - Edmure Harte
3x02 Остров сокровищ - Mordred Lynch
3x03 Магия крови - тёмная магия - Sir Edric Hawk
3x05 Мой дом - чужая крепость - Magnus Beaumont
3x06 Драконы смертны. Но смертны и те, кто их убивает - Ninwe Anshan
3x07 На грани - Brandon Harte
3x08 Война Алой и Белой розы - Eleonora Langley
3x09 Предскажи мне судьбу... королевства - Wolfgang van der Mark

DORTON. Dragon Dawn

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » DORTON. Dragon Dawn » ИСТОРИИ МИНУВШИХ ЛЕТ » be brave.


be brave.

Сообщений 121 страница 136 из 136

1

http://funkyimg.com/i/2roL4.png

Время и местоСеверный тракт, дорога в Оштир, 17-19 экуоса 844 г.

Действующие лицаEdmure Harte, Alyx Vance

История« - Я знала, что в один день у меня появится храбрость, чтобы сбежать от всего, что делает меня несчастной.»
Врать человеку с заточенным мечом – настоящее безумие. Но у Аликс не было выбора. Она решилась на самый храбрый поступок в своей жизни, и сбежала от неминуемой смерти. Невольным соучастником ее побега стал сир Эдмур Харт, который даже не подозревает, кто составил ему компанию по дороге в столицу…
« - Храбрость не имеет ценности, девочка, если с ней не сочетается честность. Но если бы все были честными, не было бы нужды в храбрости. »

Отредактировано Edmure Harte (06.04.2017 16:45:31)

+6

121

    За всё время нашего путешествия, он не раз удивлял, показывая себя с другой стороны. Забираясь под мою кожу сильней. Я успела лишь ахнуть, когда рыцарь так легко и просто пересадил меня к себе. Если бы мы были знакомы первый день, я бы начала сопротивляться. Сейчас же, да и после того что было, вела себя тихо и даже спокойной, пока внутри всё ещё горел очаг, но уже не так сильно. Расслабилась в его руках, прикрывая глаза лишь от этой, такой невинной близости, от этой заботы, которую он проявляет тогда, когда она действительно необходима. Если раньше мои руки тряслись, а тело била лёгкая дрожь после содеянного, то сейчас всё это пропало. Мужчина с каждым шагом всё ясней и чётче становился тем небольшим миром, рядом с которым хочется быть вечно. Рядом с которым чувствуешь себя маленькой и слабой девушкой, которой нужна защита. И чем мы ближе к нашей финишной точки, тем сильней хочется прижаться к нему и прошептать на ухо «не отпущу». Вдыхая его чисто мужской запах, и чувствуя его прикосновение к своему лицу, мне хочется захныкать пока огонёк внутри вспыхивает с новой силой, да только вовсе не от злобы или желания сжечь всё на своём пути.
    Я прикрыла глаза, чувствуя нахлынувшую усталость от пережитой ночи и этого дня, который не желал заканчиваться. Ещё этот ярко горящий блин солнце в небе. Дыша спокойной, перед тем как провалиться в сон, чтобы набраться сил, с моих уст тихим голосом слетели слова:
    - Просто не оставляй меня.
    Я ожидала, что даже сейчас, находясь в каком-то полудрёме, лица этих людей встанут перед глазами напоминая о том, что я сотворила своими руками. Вместо этого, я словно прибывала в каком-то коконе, хоть и на время, защищающий меня от внешнего мира. Моё тело было полностью скрыто от палящего солнца, которое, начало потихоньку сбавлять свои «обороты». Я облизала свои пересохшие губы, но отказывалась открывать глаза. Недовольно застонала, когда рыцарю пришлось оставить меня, чтобы напоить лошадей или дать им немного отдыха. Я отказывалась слезать, поэтому весь оставшийся путь этого дня, находилась в седле и в его руках. В сильных и уверенных руках. Я даже начала забывать о том моменте, когда острый конец его меча коснулся моей шее. Это ситуация просто уходила куда-то на второй план. На третий. Всё дальше и дальше. А вообще, это странно. Я толком не помню, кто ещё был со мной так нежен и заботлив, будто раньше не знала, что такое возможно. Меня воспитывали в доме, где подобные обращения и чувства были редкостью. Они стали редкостью, когда моего отца не стало. Да и тогда их особо не было, по крайне мере я их не ощущала так ярко как сейчас.
    Я приоткрыла глаза именно в тот момент, когда небо налилось розовым оттенком. Таким прекрасным. Завораживающим. Закат был поистине великолепным. Я же не отрывала своей голову от рыцаря, продолжая находиться в том же положение. Спокойная. Находясь в каком-то смирение. Даже когда реальность этого мира вновь окружает меня. Я молчала всю дорогу лишь раз или два делая глубокие вздохи. Тяжёлые вздохи.
    Я слезла с лошади, как только сир остановился и первый ступил на землю. Он что-то бубнил себе под нос, а я, оглядевшись, молча побрела на звук журчания воды, но перед этим достала из дорожной братской сумки кусок тряпки, которая некогда служила рубахой. Ручей был совсем близко, поэтому пока рыцарь с чем-то возился, я присела на корточки возле воды. Сначала набрала в ладоши воду и быстро умылась. Смывая остатки усталости и сна. Только потом намочила кусок ткани, выпрямилась, достала свой меч и оперившись на большой камень, начала протирать лезвие. Избавляя его от оставшейся крови Ларии.
    Я вскинула брови увидев небольшую палатку, которую сделал рыцарь. Костёр, который развёл. Почему от столь мелких деталей моё сердце заныло. Моя рука сильней сжала мокрую тряпку на которой остался след от чужой крови. Мои пальцы замёрзли от холодной речной воды. Меч вновь находился на бок, уже избавленный от крови. Я смотрела на рыцаря, который чем-то был занят. Кажется, смотрел что из еды у нас осталось. На его предложение лишь кивнула. Все слова застревали в горле, поэтому я молча бросила тряпку рядом с палаткой. Сняла ремень вместе с мечом и положила толстый плед, который сегодня служит местом для сна. Я стояла спиной к рыцарю, когда избавлялась от доспехов. Сейчас мне было в них очень неудобно, будто это всё сковывало не только мои движения, но не давали нормально дышать, хоть это не так.
    Оставшись лишь в рубахе, штанах и сапогах, я посмотрела на рыцаря через плечо. Мне не хотелось спать. И не хотелось оставаться одной. Мне хотелось вновь побыть с ним рядом. Это уже похоже на какую-то зависимость.
    - Не привычно. - Сажусь рядом с мужчиной согнув колени и притянув их к своей груди. Я уже привыкла спать под небом. Перед тем как закрыть глаза, посмотреть на усеянное звёздами чёрное полотно.
    - Мне нравится засыпать, смотря на небо, - или на тебя. Я подняла голову, но там были лишь тучи, закрывающие эти яркие точки, которые скоро будут видны ещё лучше.
    - Зря вы мне дали проспать большую половину дороги. Я теперь точно не буду спать всю ночь. И насчёт той ночи, - я прочистила горло, - там были ведьмы. А та роща заколдованная, поэтому вы уснули, - быстро взглянув на него, я вновь устремила свой взгляд на огонь, - там были лишь женщины. И глава ковена, которая видимо знала мою мать. И мы не могли уйти оттуда просто так. Пришлось ждать утра. Только вот, через какое-то время я и сама уснула. – Сказал почти всё, чуть ли не на одном дыхание, смотря на играющие языки пламени. Живот заурчал, напоминая про необходимость поесть. Про желание мой рот решил промолчать, потому что, такое не способна сделать та ночь, что уж говорить о ведьме. И все эти слова слетали с уст так легко, кажется память той ночи пришла в себя и теперь все картинки стали чёткими и правильно выстроились в ряд.
    - Сожалею, что не могла сказать раньше. Просто после сна всё встало на свои места, - я бросила на рыцаря взгляд. Он оказался таким долгим.
    - Что с едой? Нам нужно что-то сделать, ведь на этом особо сыт не будешь. Может сутра поохотиться немного? Тут хотя бы водятся зайцы? – Одни вопрос за другим. Похоже мой рот сейчас не хотел закрываться, а мне резко захотелось поболтать о чем-то. Ладно. У меня было другое желание, от которого я пытаюсь держалась подальше. Да только это самое желание всё ближе и ближе, как бы я далеко от него не убежала.

+1

122

Услышав шаги за спиной, Эдмур повернул голову и кивнул, продолжая наблюдать за приближающейся девушкой. Он знал, что она придет. Более того, он ждал этого. Хоть они и провели вместе, бок о бок, уже почти неделю, ему всё было мало. И каждая возможность вот так просто побыть рядом и поболтать о том, о сем, заставляла его замирать от нетерпения, как малого ребенка перед именинами. Вот и в этот раз улыбка чуть тронула его губы.
- Интересно, и как же часто леди Аликс приходилось засыпать под открытым небом? Я имею ввиду, раньше. - удивленно проговорил он. 
Он с трудом мог поверить в то, что девочка из дворянской семьи проводила ночи где-то вне своих покоев, если только побег - не является основным и любимым занятием Аликс. По крайней мере, она никогда не говорила об этом, но оставляла впечатление человека приспособленного к любым условиям. Сам Эдмур считал покорность и кротость совершенно необходимыми для приличной дамы качествами, но в Аликс любая добродетель приобретала новую форму и наполнялась новым смыслом. Она не покорна, но послушна, не кротка, но знает, когда следует закрыть рот. А когда нужно говорить, и говорить, и говорить... Эдмур вдруг вспомнил, что его сестра Дариа - образец безупречного дворянского воспитания, говоря с братом, никогда не возражала ему, даже в тех вопросах, в которых он был не прав. Аликс тоже с ним не спорила, но всем своим существом показывала то, что у нее действительно на уме. Это было вызывающе приятно. Эдмуру будет не хватать этого, когда они приедут в столицу. Тем слаще были моменты  ночи, ведь он почти дома, и с этой самой минуты начинается обратный отсчет.
Он протянул ей немного сыра. И в этот самый момент заметил, что часть ее щеки измазана запекшейся кровью. Мужчина едва сумел остановить себя о того, чтобы прикоснуться к коже девушки, проверить, является ли кровь ее собственной или принадлежит следопытке, сгоревшей в лесу. Пусть это останется ее секретом.
- У тебя вот здесь что-то... - сконфуженно произнес он, показав на своем лице то место, где у Аликс запеклась кровь. Там неподалеку был ручеек, она могла бы умыться, если хочет. Правда, вокруг уже там темно, что хоть глаз выколи, но он больше не боялся за нее.
- Заколдованный лес? Я слыхал о таких, - усмехнулся он, вернувшись к своему скудному ужину. - Да, здорово же я попал...
Рыцарь пожал плечами и отрезал небольшим ножичком часть черствого хлеба, а затем положил его в рот и принялся тщательно жевать. Выходит, Аликс охраняла его сон, как когда-то он ее. И у каждого из них остались свои секреты, связанные в этим.
- Знали твою мать? Стало быть, и тебя узнали? - уже более настороженно переспросил он, взглянув на Аликс. Мало им что-ли свидетелей, так теперь еще и эти ведьмы, которые могут одни мановением руки заставить взрослого мужчину спать, как ребенка. Если знали мать Аликс, то могли быть в сговоре и с ее отчимом. Почему она только сейчас об этом рассказала? Неужели, не чуяла от них угрозы? Но, с другой стороны, если бы ведьмы из той рощи хотели их убить, то сделали бы это незамедлительно, но путники живы и, кажется, невредимы.
- Ничего. - когда девушка принялась извиняться, Эдмур ее прервал. - Главное, что сейчас сказала. Между нами не должно быть секретов, ведь мы же за одно...
Эдмур протянул к костру усталые ноги и, не сдержавший, удовлетворенно простонал. Как же хорошо, что все это уже позади. Он больше не ощущал вони пожала, что преследовала его всю дорогу, ни слышал предсмертных криков. Но стоило ему отхлебнуть эля, как в памяти всплыл другой голос, не менее волнующий:
"- Просто не оставляй меня."
Что она имела ввиду, когда попросила об этом? Неужели, все еще надеется, что в Оштире они не разойдутся каждый своей дорогой? А может, она просто боится? Он мог бы ей помочь кое в чем...
Сир Харт внимательно смотрел на свою спутницу, словно пытаясь найти ответ на мучающий его вопрос. Нет, это совершенно не допустимо. Эдмур этого не допустит. Он твердо решил держать себя в руках. Внезапно его взгляд остановился на ее губах. Сперва он не заметил, что они сухие, а теперь, когда не отводил от них взгляд, принялся корить сам себя. За то, что не предложил ей выпить и за то, о чем сейчас подумал. Он наклонился к девушке и протянул флягу.
- Нет, охотиться мы не будем, Аликс. - проговорил он, наградив девушку, как он сам думал, холодным безразличным взглядом. - Мы уже всё просчитали утром, помнишь? До столицы осталось всего ничего. Авось, протянем.
Творец, эта девочка то и дело ставила его в тупик и заставляет противоречить самому себе! Он не был даже уверен, что она умеет охотиться, тем более на зайца, но он то умел. Но каждый час, который уже отсчитывался в обратном порядке, будет заставлять его метаться в сомнениях. В сомнениях, к которым Эдмур был решительно не готов. Сначала он ведет себя так, будто времени у них хоть отбавляй, и устраивает привал, а затем резонно отказывается провести хоть лишний час в этом лесу... Эдмур сам себе казался странным. Впрочем, он был рад, что устроили ненадолго привал, ведь отдых приводил в порядок мысли и избавлял от терзающих тревог.
Эдмур тяжело вздохнул, и именно Аликс была причиной этого вздоха.
- Мне надо с тобой кое о чем поговорить. - скрывая волнение начал он. - Я тут подумал... Когда мы прибудем в Оштир. Ты бы могла, если хочешь...
Он вновь посмотрел на Аликс. От чего-то он тянул время.
- В общем, ты бы могла присоединиться к монахиням. Отречься от всего мирского и одеть черное... - сообщил он быстро, пока Аликс не успела ответить. - Никто не посмеет тронуть тебя в доме Творца!
И ни один мужчина. И Эдмуру будет легче, зная, что девочка в безопасности, даже от него самого. Отчего же она молчит? Неужели должна пройти вечность, прежде чем она хоть что-то ответит? Эдмур по прежнему не сводил с нее глаз, ничем не выдавая свое отношение к сказанному, но было уже поздно, ведь голосе его слышалась тревога. Он догадывался, что его затея не придется по нраву девушке, более того, она может решить, что он издевается над ней. Нет, это не так! Менее всего он хотел, чтобы она согласилась и избрала для себя судьбу затворницы. Она зачахнет и погибнет за толстыми стенами храма. Но, по крайней мере, так он спасет ее от более ужасной и отвратительной смерти. Ведь он обещал помочь ей! К сожалению, это всё, на что он способен.
Наступило долгое молчание.

+1

123

Я поджимаю губы, поглаживая одной рукой свою ногу. «Леди Аликс», - когда кто-то раньше так меня назвал, то я непременно ощущала отвращение. Сейчас же, мне нравиться как эти звучит с его уст. Я подавила желание улыбнуться, прикусив еще нижнюю губу.
И вправду. Как часто я засыпала под открытым небом, до того момента как встретиться Эдмура. Задумчиво провела прошлась пальцами по нижнему изгибу своего лица, там, где скула. Буду леди Гронда, я ни разу не ночевала за пределами дома. Даже когда меня брали на охоту, мы всегда возвращались в дом, к домашнему очагу.
   - Раньше ни разу, - и эта правда, - но после нескольких ночей под небом, я поняла, что мне нравиться засыпать, смотря на звёзды. – В этом что-то было. Завораживающие или даже успокаивающей. Не могу сказать точно, почему мне теперь нравиться засыпать, смотря на небо.
Взяв сыр, я быстро откусила небольшой кусок и начала пережёвывать, в то время как рыцарь вновь заговорил. Я вопросительно посмотрела на него, следя взглядом за его рукой, которая показывала где у меня грязь. Я ведь недавно умывалась, видимо не всё смыла. Резко начала тереть свободной ладонью то самое место, где у меня что-то осталось.
   - Не всё смыла, - взглянув на свои пальцы и ладонь, заметила, что на моём лице и вправду осталось немного чужой крови. Я быстро вытерла руку о свою штанину. Кивнула рыцарю, вновь откусывая сыр, и выпрямляя ноги, и наслаждаясь теплом исходящим от костра.
   - Я так думаю, - отвечаю с набитым ртом, хоть леди так не делают, - та женщина была главой ковена, который якобы создал мой отчим. Если бы она меня знала, то хотя бы называла меня по имени. До этого я её ни разу не видела. Меня не подпускали к ним, да и я всегда держалась от них в стороне, - я вздохнула, - у меня нет секретов, хотя может одни появиться.
Я вновь вытерла руки о штаны, когда доела свой ужин. Конечно ни что не сравниться с горячей едой. И вновь этот холодный взгляд. Безразличный. Сир, такой переменчивый, как погода. Хмыкнув, я повернула голову к костру, чтобы вновь начать всматриваться в его игру.
   - Если не умеешь охотиться, так и скажи. – Шутливо ответила ему, улыбнувшись лишь на мгновение, а потом лицо вновь стало мрачным и даже каким-то серьёзным. Он в очередной раз напомнил, что наше прощание совсем близко и пора бы смириться с этим. Взяла флягу. Сделала сначала один глоток от чего резко на лице отразилась гримаса, словно я выпила что-то очень отвратительное. Потом еще один глоток. Быстро отдала флягу обратно мужчине, вытерев свои губы тыльной стороной руки. Неужели у нас кроме этого ничего нет?
Я слышу, как он спотыкается о свои слова, наверное, прокручивает следующее слово в своей голове больше чем один раз.
Я покосилась на рыцаря, пытаясь поймать в его интонации нотки шутки. Надеясь, что он действительно пошутил. Правда я не выдержала и залилась смехом, представив себя монахиней. Я представила эту картину и в ней я выглядела так же глупо, как если бы на меня надели шикарное платье и сделали причёску что бы выдать замуж. Схватившись одной рукой за живот, я продолжала смеяться от всей души. Мой смех быстро разбил это долгое молчание. В уголках появились слёзы от этого смеха. Я быстро их смахнула. Плавно перестав смеяться, я вновь стала серьёзной.
   - Предпочту сдохнуть борясь за что-то, а не тихо и мирно как они. Если ты меня затащишь туда силой, я спалю этот чёртов храм. – Без всяких шуток. Уйти к ним, для меня тоже самое, что надень на шею петлю и медленно затягивать, чтобы в конечном итоге повесить.
   - Есть ещё какие-то предложения?

Отредактировано Alyx Vance (14.09.2017 16:58:52)

+1

124

Такой реакции Эдмур и вправду не ожидал. От неожиданности он даже отстранился и посмотрел на девушку так, будто она не в себе. Здорова ли она? Слышит ли она его? Понимает ли, о чем он говорит? С таким лицом он просидел до тех пор, пока Аликс не прекратила смеяться. С одной стороны, смех - это хорошо. Если она с такой легкостью принимает не самые лучшие новости, то еще не пала духом, а с другой... Эдмур не раз слышал, что приговоренные к смерти перед казнью смеются. Хохочут, как дети. Что они в прекрасном расположении духа и даже отвешивают шуточки своим палачам. Но когда их голова ложится на плаху, и палач задает вежливый вопрос, озвученный лишь для успокоения его души: "Простите ли вы меня?", они отвечают: "Да!", и их глаза идущего на смерть наполняются слезами.  Смех Аликс напоминал ему агонию умирающего, и от того казался зловещим и пугающим.
- Нет, у меня нет других предложений, Аликс - оскорбленно отводя взгляд, сказал он. - А у тебя?
Мужчина встал на ноги, не желая больше и минуты оставаться рядом со слишком самоуверенной девицей. Он знал, на что она способна. Он знал, какова ее сила и в чем она заключается. Оттого он осознавал, что в своих речах она не врет. Она и правда спалила бы храм. Творец, есть ли сила на этой свете, что может усмирить ее? А самое главное - вразумить?
Впрочем, он тут же пожалел о резкости своего тона. Похоже, что Аликс говорила с ним искренне, но, устыдившись самого себя, он повернулся к ней спиной.
- Предпочитаешь сдохнуть? - Эдмур изогнул бровь, проговаривая последнее слово. В отличии от Аликс, он знал, что значит быть на волоске от смерти. И наивность ребенка его удивляла. - У тебя будет прекрасная возможность, как только пересечешь границу Оштира.
По правде говоря, Эдмур был в ужасе от того, что говорит, но видит творец, он был не в силах остановиться.
- Подохнешь в канаве, как безродная шавка, а перед тем городская стража вдоволь насладиться твоими прелестями. Этого ты хочешь? - спросил он. Казалось, в нем зарождалась ярость. Шейная артерия его вздулась и пульсировала. Если бы он был в подобающем настроении, то как следует засадил бы Аликс по лицу, чтоб не болтала глупости.
Эдмур хотел было сказать девушке, что такой глупышки в жизни не встречал, но вдруг услышал какие-то странные звуки, доносящиеся из кустов. Вроде, там кто-то шевелился. Забыл про Аликс, мужчина потянулся за мечом.
Сир Харт был явно не из тех, кто подстерегает врага в засаде и нападает неожиданно. Обычно он нападал первым, при этом сопровождая удар победным кличем. Но сейчас сир Харт был тих, как заяц. Он медленно подошел к высокому кусту, прильнул к нему почти вплотную и замер как вкопанный. Из тьмы на него смотрели огромные глаза. Карие глаза бросали вызов голубым. Эдмур занес свой меч. В одну секунду все кончилось.
- Я плохой охотник, ты права. Но хороший убийца.
Эдмур медленно обернулся и взглянул на свою спутницу. В его руках был окровавленный меч. Кровь невинного животного, оленя. Он всего лишь запутался в ветвях. В чем его вина? Возможно, он бежал от нерадивой стаи, а может, из ужасного места, где приходилось жить. Но одно оставалось правдой - он мертв. И убил его сир Харт из Вдовьего леса.
- Освежуешь его? Или ты и этого не умеешь?
Он с остервенением вытер лезвие меча и направился к костру.

+1

125

однажды ты уйдешь, как другие до этого,
и друзьями мы останемся тоже не насовсем.
   
Некоторые люди способный лишь одним словом повернуть разговор в другое русло приправив это испорченным настроением. Я вхожу в этот состав «некоторые». Мои слова и смех оскорбили рыцаря, от чего он встал и отошёл подальше, боясь заразиться моей дуростью и самоуверенностью. Посмотрев на его широкую спину, я облизала свои губы, на которых еще остался привкус выпитого спиртного. Какие-то глотки развязали мой язык, и я была готова говорить обо всём, но трезвый ум сдерживал его, как и порывы повысить свой голос на уровень «грубости».
    Всякие попытки улыбнуться пропали. Я выглядела мрачно плавно, погружаясь в каждое его слова. Пробуя и чувствуя горький привкус настроение рыцаря. Каждое словно вылетела из его уст наполненное зарождающейся яростью. Чего же ты так рычишь на меня? Неужели до сих пор не привык к тому, что я не похожа на тех леди, которых ты встречал. Каждый мой день похож на маленькую войну, в которой я побеждаю. Не люблю думать о будущем, потому что оно способно напугать меня. Эх. Позвольте плыть по течению рядом с Вами, пока матушка судьба не разлучит нас.
    Опустив голову, я потирала свой лоб пальцами словно у меня резко заболела голова. Да только она не болела, просто его слова как ножом по нежной коже. Но вдруг, нашу беседу прервал какой-то шорох в кустах. Я резко подняла голову и посмотрела в сторону, где шевелились кусты. Вижу, как рыцарь потянулся за мечом, я быстро встала на ноги, пока сердце начало быстро биться в груди. От чего-то мне впервые стало страшно. И впервые я стояла как вкопанная, не зная что делать. Мой взгляд метался от одного к другому. То на кусты, то на рыцаря. Он двинулся к тёмному под этим небом кусту, а хватаю себя за рубашку в области груди и сжимаю ткань в кулаках, а рот так и хочет сказать: «не ходи».
    Я вздрогнула. Увидела меч, покрытый чьей-то кровью. Свежей. Она стекала и капала на землю. Что, кто там? Опустив глаза, увидела на земле животное. Мёртвого оленя, с пустыми глазами. Он смотрел на меня и тотчас же вспомнила глаза северянки. Меня вновь начало трясти, и я мысленно прошу себя успокоиться и перестать себя так вести. Не могу.
    Освежевать? Подняв глаза на рыцаря, в моем голове как назло начали всплывать картинки тех дней, когда отец и мать с братом были еще со мной. Почему такой вопрос вызволил воспоминание из глубины. Отвожу глаза от оленя и ничего не говоря рыцарю, поворачиваюсь к нему спиной. Лишь отрицательно мотаю головой. Я не буду это делать. Особенно сейчас. Мёртвый олень, кровь на его мече и этот грубоватый голос, ну почему всё это так не вовремя заставляет тело трястись и вспоминать прожитые дни. Я делаю шаги вперёд, словно хочу покинуть этот маленький и уютный «островок», но резко останавливаюсь, смотрю через плечо на свой меч и это место для сна.
    Беру свой плащ, молча ложусь, пытаясь укутаться с головой. Прячу голову под плащом. Как кошка, свернулась калачиком, пряча голову под плащом. Прячусь от мира, чтобы прийти в себя в который раз, а не ради сна. Я не хочу спать. Просто нужно похоронить всё это как можно глубже, чтобы больше не вспоминать. Потому что, каждое воспоминание причиняет боль. Душевную боль. Прерывисто и глубоко вздыхаю.

+2

126

Эдмур стоял у костра спиной к Аликс. Но даже в таком положении он догадывался, как она сейчас смотрит на него. Мужчина умолк, медленно обернулся и остановил на девушке тяжелый взгляд. Она не отвела глаз, но отрицательно покачала головой. Губы сира Харта чуть скривились в странной улыбке, словно выходка девушки позабавила его, но затем недовольно скривился. Похоже, она не шутит, и это акт неповиновения.
Лицо Эдмура было непроницаемым. Аликс зашагала к шатру. Она тоже молчала, но Эдмур предпочел бы, чтоб сейчас она, в свойственной себе манере, зарычала на него, набросилась с обвинениями и угрозами. Казалось, в ушах мужчины звоном раздавался ее высокий, требовательный голосок. Но она молчала.
Она ведь привязана к нему, правда? Еще пару часов назад он был абсолютно в этом убежден. На протяжении этой недели она только и делала, что старалась угодить ему, и выполняла все приказы. Она даже убивала для него. Мужчина сжал кулаки и, последний раз взглянув, как девушка укладывается на землю и укрывается плащом, медленно обернулся к костру.
Перестать хмуриться. Перестать предательски хмуриться. На этой неделе он еще ни разу не был в таком гневе. Даже когда узнал, что Дарие придется выйти замуж. Неповиновение Аликс резало без ножа и задевало самое уязвимое место сира Харта. Наверное, девочка еще сама не знает об этом.
Неужели она и впрямь решила, что он отдаст ее в монастырь без ее согласия? Эдмур злобно усмехнулся. Бедная трусливая девчонка! Как он мог так заблуждаться? Ясное дело, что она еще очень плохо знала сира Харта, и не представляла, как много стала для него значить. Надо же, такая дерзкая и смелая, осмелилась бросить ему вызов. Не будь Эдмур сам свидетелем своего позора, ни за что бы ни поверил, что такое случиться с ним. Он внезапно тихо выругался.
Мужчина вновь направился к оленю. Что ж, он всё сделает сам. Не хочет больше исполнять его указаний? Хорошо, он не властен над нею. Она лишь гостья.
Эдмур оглядел тушу, прикидывая, сколько в ней веса. Не большая особь, здесь работы всего на пару часов. Затем направился к лошадям и достал все необходимое. Перво-наперво крепко перевязал голову оленя, а другой конец закинул на толстую ветку дерева рядом с родником. Монотонная работа приводит в порядок мысли.
В груди зверя уже была глубокая рана и оттуда сочилась кровь. Это значительно облегчало задачу освежевателя. Охотничьим ножом Эдмур значительно разрезал рану до самого брюха, а затем и до паха. Внутри всё гнить начинает очень быстро. Аликс затаилась где-то в тени. Успокойся, маленькая обезьянка. Будь уверена, я не брошу тебя. Кончиком ножа мужчина поддел край брюшины и оттуда повалил теплый кровавый смрад. Если он хочет отведать самое ценное, что есть внутри зверя, то надо быть осторожным сейчас, а ни то все вывалится наружу, прямо на землю. Кому приятно жрать с земли?
Эдмур хотел было запустить руку поглубже в мертвую плоть, но вдруг остановился. Он всё еще был в рубахе. Нет, просто закатать рукава здесь не получится. Оставив нож внутри, он отошел назад, присел, омыл руки в роднике и снял с себя верхнюю одежду, обнажив мускулистый торс. Он вернулся к своей работе. Ему уже не раз приходилось делать раньше.
Где-то в районе хребта его рука нащупала жиденький мешок. Он осторожно подрезал его и потянул на себя, стараясь не раздавить и не пролить мочу. Вода под рукой оказалась крайне полезна. Содержимое мочевого пузыря зверя полилось прямо в родник, но немного жидкости попало прямо на ноги сира Харта. Раздосадовано он покачал головой и отступил назад, глядя на испорченные штаны. Придется постирать их, если не хочет остаток пути провести в этой вони. Мужчина встряхнул руками и схватился нижнюю часть туши. Сейчас будет самая неприятная часть. Сделав надрез под хвостом оленя, он просунул туда руку и осторожно вытащил кишку. Это занимало много времени и усилий, сантиметр за сантиметром. И вот уже зловонная, наполненная фекалиями масса свалилась в траву к ногам освежевателя. Внутри у Эдмура все перевернулось, и к горлу подступил липкий комок рвоты, пришлось зажать рот рукой, вернее, еще пока чистым ее местом у локтя. Мужчина тяжело закашлялся, но очень скоро привык к запаху и рвотные позывы остановились.
Грудную клетку так просто ножом не взять. Здесь подошел бы меч или пила, но сиру Харту не хотелось больше пачкать оружие в крови животного. Пришлось с силой разводить ребра прямо голыми руками, пока кости не захрустели и поддались, обнажив огромное, размером с кулак мужчины, сердце. Это было любимое, изысканное лакомство. Зажарить его с грибами и вытушить с травами... Интересно, Аликс сумеет его приготовить, не испортив? Девушка по прежнему не подавала признаков жизни. Эдмур вздохнул. Он бы предпочел хорошую битву с ней этим дрязгам.
Все внутренние органы зверя были выпотрошены и тщательно омыты водой. Те, что не пригодны для пищи, как то кишки и требуха, следовало закопать в землю, дабы не гнили и не привлекали своим запахом незваных гостей. Он займется этим сразу после того, как сдерет шкуру.
Горе-охотники, не привыкшие пачкать руки, обычно порубят тушу топором прямо со шкурой, и на том конец. Или же передавали забитого зверя своему егерю, дабы тот занялись сдиранием шкуры. Эдмур же предпочитал все делать сам. Этот процесс не займет много времени и сил, здесь главное иметь сноровку и опытную руку. И, конечно, особый лопатавидный острый нож.
Начинать нужно было с копыт. Эдмур аккуратно поддел суставы, провернул лезвие внутри и отделил одну ногу за другой. Затем вернулся в голове животного и сделал надрез на шее. Взявшись за край шкуры с двух сторон,  он стал потянул ее вниз, как тесную перчатку, рывками, но в районе груди остановился - не поддается. Пришлось сделать еще один надрез, что весьма печалило Эдмура, ведь теперь шкурка испорчена и годится только на пошив одежды. К тому же, с кожей отходили мышцы, и их приходилось постоянно обрабатывать ножом, что замедляло процесс. Но спешить некуда. Вряд ли ему удастся сегодня поспать.
Готово. Эдмур перерезал веревку и перенес тушу ближе к костру. К мясу следовало относиться со всем уважением, как к ценному дару. Еще недавно этот зверь не знал, какой важной цели послужит, а сейчас его отрезанная голова и потроха лежали в неглубокой яме. Шкура сохла, от нее слоями отходило прилипшее мясо.  Эдмур был умиротворен и доволен работой. По его коже поползли мурашки: его усилия возымели успех.
Так случается со всеми, кто слепо и безоговорочно подчиняется судьбе - с него сдирают шкуру. Аликс это знала. Какое уж тут послушание! Ее только могила исправит.

+2

127

Хворост горел и потрескивал под натиском огня, даря окружающим своё тепло на которое только способен. Сегодня ночь не удивляла своей прохладой несмотря на прошедший жаркий и сухой день. Шумно выдохнув и прикрыв глаза попыталась отогнать всякие мысли подальше. Эти глаза//взгляд из которых уходит жизнь опять встают перед глазами, и я снова прокручиваю в своей голове тот момент, когда лезвие забирает жизнь, а она смотрит с ужасом и явно проклиная на последнем выдохе. А этот олень лишь достал из ямы воспоминания, которые сейчас так хотелось похоронить и больше никогда их не видеть. Если сказать, что я болезненно переносила утрату своей семьи – это ничего не сказать. А сейчас животное просто всколыхнуло подсознание напомнив о жизни до этого момента. Напомнив, каков был отец и чему учил меня.

« - Не надо так смотреть на него. Это животное, которое сегодня нас накормит…- говорил он, когда я стояла позади и смотрела как он лишает мёртвого животного шкуры. Он предпочитал делать всё сам.»
    Не выдержав «этого» наплыва, сажусь, прикрывая лицо руками, пытаясь отогнать всё во мрак. Провожу ладонями по лицу, а потом к волосам убирая те назад. Я больше не трусиха. Больше не плакса и не та маленькая девочка, которая пыталась добиться расположения матери после ухода отца из этого мира. Так что давай Аликс, вставай и иди помогать рыцарю. – Даю сама себе приказ. Откидываю плащ в сторону и выбираюсь из импровизированной палатки. В это время сир во всю был занят. Встав на ноги и не успев сделать более чем один шаг, резко замерла. Рыцарь стоял спиной, а его спину//тело не покрывала рубаха, в которой он провёл целый день. Вижу, как двигаются лопатки и плечи. Мужчина настолько был сосредоточен на своём деле, что даже не заметил меня. Да и я стояла не подвижно словно эта картина меня заворожила, а мешать совсем не хотелось. Интересно, сколько раз он это делал. Мои губы тронула еле заметная улыбка, когда рыцарь прикрыл рот рукой из-за запаха, который исходил из вывалившейся массы. К этому запаху и виду привыкаешь, если делаешь // смотришь не раз. Я видела, как делал это отец не один раз, поэтому всё это меня ничуть не удивило. Шмыгнув носом, оглянулась. На запах могут прибежать дикие животные. Всё что я могу сделать, это позаботиться об этом.
Отойдя от рыцаря, чтобы ему не мешать, остановилась у высокого куста и стала отламывать // ломать тонкие веточки с листьями собирая их в маленький букет. Потом у другого. Сделав несколько штук, стала делать круг вокруг нашего небольшого лагеря тихо проговаривая, почти что, напевая:
    - Et decipiunt vosest odoratui. – Бросая на землю эти самые импровизированные букеты из листвы. Это заклинание не требует особых усилий или действий. Оно очень простое. Просто не позволит диким животным уловить запах. И только.
Эдмур закончил с животным, а я со своей простой магией, уверенная, что нас никто не потревожит и можно будет спокойной что-то приготовить.
    - Как желаешь его приготовить? – Спокойно спрашиваю рыцаря, глядя на его работу.  – Я немного поколдовала, так что зверьё вряд ли прибежит к нам на запах. – Краем глаза смотрю на рыцаря, но взгляд опять падает на его голую грудь.
    - Вы правы, я не умею. Только видела как делал это отец. И вам лучше одеться, а то прохладно. – И мне просто сложно отвести от тебя взгляд. Я заставила себя поднять глаза и как-то улыбнуться. Улыбнуться той самой нежной и заботливой улыбкой.
    - И прошу, более не нужно мне напоминать о том, что скоро каждый пойдёт своей дорогой…- Мне не хочется вновь вспоминать об этом и думать, что мне придётся сказать «прощай», в то время, как я привязалась и не имею представления, как буду жить после расставания.

Отредактировано Alyx Vance (29.09.2017 22:13:53)

+1

128

От неожиданности Эдмур вздрогнул. Он был уверен, что девочка уже спит и видит сны, однако ж, она подкралась к нему и заговорила. Он даже испытал в какой-то мере облегчение, услышав ее голос, так как думал, что она будет дуться на него всю ночь, а то и весь следующий день.
- Его еще нельзя готовить, - меланхолично начал он, - перед смертью мышцы затвердевают, как камень. Нужно время, чтобы они стали мягкими и были пригодны в пищу. Мы зажарим его завтра с утра.
Он развернулся к девушке лицом и поравнялся взглядом, пытаясь разглядеть, нет ли на ее лице слез. Нужно было отбросить подальше эти мрачные мысли, и к счастью, лицо Аликс было все такое же спокойное, и даже немного бледное в свете луны. Она призналась, что снова колдовала. Надо же, какой искусный трюк. Он действительно избавит их сегодня ночью от многих неприятностей. Эдмур хотел похвалить девочку за сноровку, но решил, что это будет лишним.
Внезапно он поймал ее взгляд на свое груди, и только сейчас вспомнил, что был по пояс голым. Ему стало неловко, машинально он захотел прикрыться, сложив руки на груди, но вдруг заметил еще один момент, о котором забыл думать. Руки. Он разделывал тушу голыми руками, и теперь они были покрыты липкой засохшей кровью по локоть. Обогнув Аликс, он побрел вдоль их импровизированного лагеря, ближе к воде.
Отойдя подальше от девочки и убедившись в том, что она его не преследует и не следит за ним, он решил, наконец, привести в порядок свой внешний вид. Он опустился на колени к ручейку. Вода в нем была ледяная, так как из под земли били ключи. Сначала мужчина тщательно умыл лицо и руки, затем ополоснул грудь и плечи. Затем он вдосталь напился ледяной, но великолепной на вкус воды. И вдруг услышал позади себя голос. Он медленно обернулся и встал на ноги. 
- Не стоит бояться неизбежного, Аликс. - почти по философски ответил он. - Это глупо.
И не дав ей опомниться и придумать едкий ответ, он направился к лошадям, чтобы переодеться. Эдмуру совсем не хотелось пускаться в напрасный спор. Поискав в своих вещах, его вдруг осенило, что других брюк при нем не было. Да и зачем они ему? Дорога планировалась недолгой, из спутников - один оруженосец. Перед кем красоваться? Вот он и не захватил смену. Но сейчас ситуация была безвыходной: штаны, что на нем, безнадежно испорчены и пропахли оленьей мочой. Куда большим оскорблением для Аликс будет, если Эдмур ляжет спать прямо в них, чем совсем без штанов.
Раздался тихий стук. Эдмур снял второй сапог и бросил его на землю. Затем снял с себя остальную одежду и, оказавшись нагим, подумал, что всё же жестоко так смущать девушку, поэтому переоделся в длинную тунику почти до колен. После того, как он сполоснул свои штаны и повесил их сушиться, мужчина направился к палатке.
Было бы вежливо сначала предложить Аликс выбрать место поудобней, но Эдмуру уже смертельно хотелось лечь и задремать. Шкура, застилающая пол, промерзла на холодной ночной земле, мужчина точно опустился на льдину. Чертыхаясь, он некоторое время повозился, но все же устроился на ночлег. В палатке было достаточно тесно, и там едва ли хватало место ему одному, однако, если он немного подвинется, то хватит места и для девочки. Возможно, ей больше придет по вкусу ночевать снаружи, у костра. По крайней мере, там гораздо теплее.
- Давай спать, Аликс. - позвал он. - Пока отдохнуть.
Эдмур укрылся своим плащом и повернулся на бок, не обращая внимание на всё еще бодрствующую спутницу.
- Только не забудь потушить костер. Твоя магия, может, и защищает нас от диких зверей, но от разбойников не укроет...
Кажется, он просто насмехался над нею, но в сердцах надеялся, что девушка все же предпочтет сегодня ночью остаться снаружи. К еще одной ночи в опасной близости от ее губ он точно не вынесет.

+1

129

Не страшно. Просто сложно принять это, ведь за эту неделю, которая сейчас кажется жутко короткой я привязалась к рыцарю и уже начинаю карать себя за это. Хотя «привязалась» это еще слабо сказано. Вряд ли до конца понимаю, что моё сердце уже нашло своего рыцаря. И поэтому я не хочу думать о дне, которое с каждой минутой так близко // почти рядом, желая продлить эти мгновения еще на чуть-чуть. Щёки покрываются цветом стеснения, когда глаза вновь опускаются к его груди. Снова мысли совсем не о том. И только, когда он шумно выдохнул я увидела покрытые по локоть кровью руки.
    - Вы не поймёте. – Тихо сорвалось с губы. Слова были сказаны себе под нос, как мысль, которую не удержала в своей голове. Мужчина быстро удалился, пройдя мимо меня и не дав сказать что-то в ответ, а я опустила голову ощутив странное чувство в своей груди. Очередной вздох. Последний взгляд на тушу.
    Он вернулся обратно как раз в тот момент, когда я устроилась у костра и смотрела на огонь. Эти минуты его отсутствия были похожи на целую вечность. Хотелось двинуться с места и узнать не нужно ли ему что-то или просто удостовериться, что с ним всё в порядке. Подняв глаза, я подавила улыбку, увидев на рыцаря в тунике, которая почти доходила ему до колен. Не привычно. Вновь ощутив как щёки начинаю краснеть, опустила глаза чтобы не ощущать этой странной неловкости и напряжённости. На его слова про отдых лишь качнула головой и одобрительно промычав. Слышу, как он пытается удобней устроиться в палатке, но я уже прикинула, что там мало место для двоих. Посмотрев в его сторону, было подумала, что смогу спокойной пролежать оставшуюся ночь под звёздами у костра. Однако, будет куда лучше, ощущать тепло его тела, чем потом мёрзнуть под небом, когда костёр потухнет и наш лагерь погрузиться в темноту этой ночи.
    - Только не забудь потушить костер. Твоя магия, может, и защищает нас от диких зверей, но от разбойников не укроет...
Ну вот. Теперь я точно не хочу спать тут одна, свернувшись калачиком. Протянув руку к огню, мои губы начали вновь шевелиться, а рука чертить в воздухе плавный узор. После чего медленно опускала руку ладонью вниз. Огонь подчинился и плавно гас. Пока совсем не исчез, от чего вокруг резко стало довольно прохладно. Посидев ещё минуту, я всё же встаю с места и направляюсь к палатке.
    Опускаюсь на колени и как можно осторожней продвигаюсь к рыцарю. К месту рядом с ним. Мне нужно будет устроиться рядом, не побеспокоив его. Ложусь на бок, накрыв себя плащом, да ноги всё равно торчат. Подавив зевок, прикрываю глаза, чувствуя своей спиной его. Даже через все эти слои, ощущая тепло его тела. Рваный и громкий вздох, прежде чем прикрыть глаза. И стоило погрузиться в руки сну, как я поменяла своё положение. Перевернулась на другой бок обняв рыцаря сначала рукой, а потом и вовсе прижалась всем телом. Только потом закинула на его бедро свою ногу. Это как если бы я обвила его как лиана не желая отпускать. Мой плащ давно уже спустился ниже, по моему телу, поэтому я искала тепло в человеке, который занял девичье сердце. Этой ночь я была не спокойной, то и дело ёрзая, но не отпуская рыцаря из своих объятий.

Отредактировано Alyx Vance (01.10.2017 01:41:54)

+1

130

Проснувшись, Эдмур обнаружил, что находится в довольно странном положении. Он лежал на спине, заложив руки за голову, Аликс прямо на нем. Ее щека покоилась на его твердом животе. Стоило Эдмуру скосить взгляд вниз, как он натыкался на ее затылок. Их ноги переплелись, а где были руки Аликс, пожалуй, только одному Творцу известно. Еще не очнувшись ото сна, он сразу стал соображать, как бы ему так высвободиться из-под "тяжелой ноши" и не разбудить ее. Что было вчера ночью он практически не помнил. Сразу после того, как закрыл глаза, он погрузился в глубокий сон. Мужчина был уверен, что если бы что-то случилось, он бы обязательно запомнил. Или, как минимум, проснулся. Разве такое и впрямь можно не заметить? Каждую ночь он что-ли спит с молоденькими девицами?
Не успел он обдумать это, как почувствовал, что Аликс стала шевелиться во сне. Девушка довольно заурчала и теснее прижалась к Эдмуру. Видимо, ей снился очень приятный сон. Интересно, сколько раз за ночь она меняла положение? Аликс потянулась вверх и Эдмур почувствовал, как ее волосы щекочут его шею. Инстинктивно, он почесался подбородком о ее макушку.
Видимо, Аликс тоже это почувствовала, потому она она широко раскрыла глаза и теперь смотрела прямо на него. А он на нее.
Снаружи в лесу сердито завыл ветер. Похоже, погода переменилась. Не сводя глаз с полусонного лица Аликс, он медленно высвободил руки из под головы, взял девушку за плечи и положил на спину рядом с собой. Сам же он резко отстранился и закрыл глаза. Сейчас он откроет их, и всё окажется сумасшедшим сном. Просто нелепым сумасшедшим сном. И лишь прерывистое дыхание будет напоминать о нем.
Почему ему так стыдно? Он ведь не сделал ничего дурного. Или сделал? Или сделал, но не знал.
Последовал тяжелый вздох и мужчина открыл глаза. Над ним только широкая полоска меха. Изнутри завывание ветра. Тишина. Аликс молчала, он тоже. Эдмур повернулся на бок и открыл рот, чтобы что-то сказать, но вдруг не подобрал слов. Будто рыба, выброшенная на берег, он ловил губами воздух, а затем раздраженно произнес:
- Ничего не было.
Эдмур не верил и своим ушам и своим словам. Это было самое нелепое оправдание, из всех, что ему доводилось произносить. Почему он сказал это? Он и сам не знал. Слова сами собой сорвались, он сначала сказал их, а только потом подумал. Медленная улыбка расползлась по лицу мужчины. Закрыл лицо ладонями, он едва сдерживал смех. Но Аликс... Кажется, она еще толком не проснулась, потому что была серьезна как никогда. Внезапно он понял, что, возможно, оскорбил ее. Или посеял в ее душе семена сомнения. Решив немного подбодрить ее, Эдмур по-дружески обнял девушку за плечи и привлек к себе:
- Если бы что-то было, обещаю, я бы тебя разбудил!
Эти слова звучали, как шутка, но, как известно, в каждой шутке...
Эдмур отодвинулся от девушки и резко сел настолько, насколько позволяла высота палатки. Внезапно он почувствовал холод в ногах, и только тогда вспомнил, что его наготу скрывает только длинная туника. Мужчина потянулся, выбрался из палатки, встал и отвернувшись пошел в сторону привала, дабы переодеться в приличный наряд до тех пор, пока Аликс окончательно не проснулась. Солнце не выглядывало из-за серых туч, а значит, день сегодня буде хмурый и даже холодный. Путникам еще многое нужно было сделать, перед тем, как продолжить путешествие. Хотя наступающий день и обещал быть холодным, ветер немного стих, и это было на руку Эдмуру, который разжег костер и принялся жарить оленину.
Он знал, что скоро они пустятся в дорогу, и возможно, привалов больше не будет. Есть придется на ходу.

+2

131

Если скажу, что мне не нравилось – совру. Не верьте, если ляпну, что мне не нравилось спать рядом с ним. Особенно переплетать наши ноги и лежать щекой на его твёрдом животе. Но я спала, поэтому не знала в какой позе нахожусь, одна мне совсем не хотелось отпускать что-то очень тёплое и приятное. Его тело. Я летела как мотылёк на свет/огонь, чтобы обжечься, а потом и вовсе превратиться в маленький пепел. Надо потом подумать на тему «чего больше всего боюсь», но сначала досмотрю этот прекрасный сон. Во сне мне хотелось, как можно сильней и плотней прижаться к рыцарю. Уткнуться носом в его шею и сделать глубокий вдох.
Начав в очередной раз ёрзать, я открыла свои глаза и тут же встретилась со взглядом рыцаря. Мой сонный мозг еще плохо соображал, но осязание чётко давало понять, как близко я нахожусь к Харту. И как не пристойно обнимаю, чуть ли не лежу на нём сверху. Мои глаза расширились, а щёки быстро начали краснеть. Мужчина осторожно положил меня на спину, а я моргая смотрела на шкуру над головой, пока рыцарь попытался отстраниться, но размеры палатки не позволяли этого сделать, поэтому мы лежали плечом к плечу. Он повернулся на бок, а я снова моргнула, пока остатки сна медленно уходили прочь. «Ничего не было», - повторила его слова в своей голове, повернулась к мужчине спиной, подложив под свою голову руку.
    - Как жаль. – Вырвалось, из меня сожалением. И только потом, моё лицо покраснело еще сильней. Эти два слова просто сорвались с языка, а должны были оставаться в голове / мыслях. Подождите, я еще не проснулась окончательно. Закрыв глаза, начала считать до пяты, решив, что это сон. Чуть повернувшись к рыцарю, видела, как он почти дрожал, сдерживая собственный смех. Значит всё это не сон, а я ночью вновь начала «распускать руки», потому что тело желало тепла. Его тепла. Он обнял по-дружески, а я пока не знала, как реагировать. То ли посмеяться, то ли нахмуриться. И всё же улыбнулась. Проводила его молчаливым взглядом, оставшись одна, ощутила прохладу наступившего дня снаружи и резко съёжилась.
    Выбралась, спустя десять минут. Поправила свою одежду, кое-как расчесала свои короткие волосы пальцами и направилась к ручейку, чтобы умыться окончательно проснуться. Ледяная вода как всегда подействовала как нужно. Вытерла лицо об рубаху, которую потом заправила в штаны и в очередной раз затянула их, чтоб те не спадали. Все-таки они были велики мне, но не очень сильно. Вернувшись, рыцарь уже готовил оленину, а мой рот наполнился слюней от простого желания – поесть. Села рядом с Хартом, но не так близко, оставляя между нами немного «свободы». Солнечные лучи отчаянно пытались пробиться сквозь тяжёлые тучи, а ветер хоть и стих, но было достаточно прохладно, чтобы по телу прошлись мурашки.
    - Какая переменчивая погода в этих краях. То жара, то резко холод. – Начала я, лишь бы не ощущать эту отвратительную тишину между нами. Я привыкла к твоему голосу/разговорам, поэтому не хочу ощущать/слышать это безмолвие.
    - Выглядит аппетитно и пахнет так же, – я облизнулась, - что надо сделать, чтобы на нашем пути больше не попадались не нужные люди? О, и что вы будите делать со шкурой?

+1

132

Ее многозначительное "жаль" затерялось в треске костра и навсегда осталось загадкой для сира Харта. Жаль, что разбудил бы? Конечно, нет. Если бы Аликс попыталась так сострить, то это самая неудачная шутка за всю неделю. Старательно отгоняя от себя мысли о том, что именно имела ввиду Аликс, Эдмур сосредоточился на олене.
Хорошо, что он позаботился о разделке накануне. С утра его обуревала лень, а мысли о дальней дороге ввергали в уныние. Хотя, казалось бы, отчего? До Оштира рукой подать! Но проблема была в том, что они значительно отошли от курса, и теперь им придется поплутать, чтобы выйти на главную дорогу. Эдмур со знанием дела нанизывал мясо на выструганную ветку и крепил его над костром, пока Аликс собирала вещи. Хорошо бы ей и палатку разобрать. Краем глаза наблюдая за ее передвижениями, он резко повернулся к ней лицом, когда она оказалась совсем близко. Он и забыл, какая она рослая. Почти с него ростом. Расправив плечи, чтобы казаться выше и статней, он ответил:
- Со шкурой? Пожалуй, распоряжусь, чтобы тебе сшили из нее подкладку на плащ. Да и плащ нужен новый. Тот, что принадлежал твоему брату - уже никуда не годится, он тебе не по размеру.
И кивнув в сторону плаща, сиротливо ютившегося у входа в палатку, он вернулся к готовке. Они по прежнему ничего не знали о том, как сложилась судьба несчастного Алекса Вэнса. Но оценивая их нынешнее положение и близость Оштира, Эдмур оценивал их шансы оправдаться как плачевные. При дворе обязательно будут задавать вопросы, и что же он скажет? Нет, сир Харт решительно не хотел оправдываться за всё это, пусть лучше Аликс сама все поведает. А это неплохая идея: дать ей возможность рассказать королю о тех бесчинствах, что творятся в ее семье. Только вот как он проведет ее во дворец?
По мимо насущных, весьма сложны мыслей, Эдмура угнетала ужасающая пустота, образовавшаяся в его сердце. Вернее, кое-что там было, но он больше не находил там место для той, кто ждала его в столице. Он совсем забыл думать про леди Виолу. Возможно, когда он вернется, она будет уже замужем. А его обвинят в непристойном поведении. Эдмур продолжал упорно нанизывать мясо, кусок за куском, пытаясь не думать ни о чем, но все же кое-что вспоминал: Аликс беглянка, а он ее защитник, ей необходимо в Оштир, дабы добиться королевской благосклонности. Но какого рожна он вписался в эту историю, Эдмур так и не звал.
- Ладно, пора ехать. - сказал он, когда они закончили завтрак. На Эдмуре был наряд из простой ткани, доспехи он решил пока спрятать, ведь к обеду должен был разыграться дождь. Мужчина нахмурился и сдвинул брови, оглядев свою спутницу. Она тоже выглядела сегодня скромно и походила на жену фермера или прислуживающую в таверне девушку.
Шло время, и путники медленно тащились по дороге. У Эдмура болела голова, ныли от неудобной позы во сне ноги, а в желудке медленно переваривалось мясо. К тому же, мужчина перебирал в голове всевозможные варианты, что ему делать с Аликс, и от этого становилось все тревожней. В какой-то миг он даже почувствовал себя клятвопреступником, пытающимся укрыть беглянку, но быстро отбросил эту мысль. "Возможно, я поступаю не правильно, но виноватым себя не чувствую."
Утро потихоньку склонялось в полудню, пошел, как и ожидалось, мелкий моросящий дождь. Эдмур мечтал только об одном - укрыться от этой противной непогоды. Он натянул плащ на лицо, но и это плохо помогало. Каждая капля, ударяющая по голове, отзывалась ужасной болью. Он пытался сообразить, сколько километров они уже проехали, и как давно оставили позади проселочную дорогу. Двигаясь по наитию, они сменяли один путь за другим, сворачивали с одной тропики на другу. Сир Харт упрямо делал вид, что знает, куда идти, но на самом деле это было не так. И как только дождь зарядил не на шутку, они вышли на широкую, хорошо утоптанную дорогу. Теперь Эдмур не сомневался, что эта дорога была главной, ведущей в Оштир, однако, все еще был до конца не уверен. Из-за дождя темнело быстрее, чем обычно. И вдруг, они заметили слабый мерцающий свет в сумерках, медленно приближающийся к ним. Эдмур остановил свою лошадь и замер. Через минуту его отпустило: он услышал скрежет телеги, проехавшей мимо них, и разобрал слова фермера, явно стремившегося попасть домой до ненастья:
- Здрав будь, хоспода! - приподняв шляпу, крикнул им добродушный мужичок и промчался мимо. - Ну и льет же!
Эдмур подождал, когда свет фонаря на телеге не исчез, снова отправился в путь. Он старался не дрожать от холода, и не мог поверить своему везению, когда за поворотом заметила огоньки таверны, приветливо мерцавшие сквозь пелену дождя. Вот они, примостившиеся сбоку от дороги теплые желтые огни, льющиеся из окон. Похоже, что это была небольшая гостиница в которой останавливались телеги или богатые путники, в которой скорее всего часто гостил простой люд вроде фермера, который только что проехал мимо них. Почему-то это очень обрадовало Эдмура: в таком месте они смогут безопасно переждать дождь. Он тревожился, что из-за головной боли не сможет пережить непогоду, и решительно направился вперед. Но за десять шагов от входа в таверну, заметил корявую надпись: "МЕСТОВ НЕТУ". Как же им туда попасть?
Отдаленные зловещие раскаты грома придали сиру Харту решимости. Он спрыгнул с лошади и побрел вперед, оказавшись перед крепкой дверью входа. Не решаясь постучаться в наглухо закрытые двери, он подозвал Аликс:
- Аликс, подойди! - Внезапно таверну осветила яркая вспышка света - очередной раскат грома. Если его могут и не впустить внутрь, то перед несчастной промокшей девушкой точно не устоят. Хотелось верить, что Аликс сможет изобразить бедное заблудившееся существо, которое нуждается в помощи. - Постучись ты.
Впрочем, Эдмур заметил, что ей не придется притворяться, она действительно выглядела не лучше его. Он проследил, как девушка постучалась в дверь. Та открылась почти мгновенно, словно кто-то ждал стука. Пока они стояли в дверях, пытаясь подобрать нужные слова, перед ними появилась кряжистая пожилая женщина  и внимательно всматривалась в дождь. Космы седых волос выбивались из-под белого, но явно застиранного платка, а полную талию опоясывал цветастый фартук. Увидев Аликc, она собрала свое полное недовольное лицо в морщины и брюзгливо изрекла:
- А, так это ты? Мы тебя уже заждались! Сколько раз нужно повторять - приходи вовремя! А это еще кто с тобой, провожатый? Ладно, заходите...
Эдмур открыл было рот, чтобы возразить, что их приняли за кого-то другого, но желание попасть в сухое теплое место взяло верх. Он легонько подтолкнул Аликс внутрь и сам зашел за ней. Старуха втащила их в теплую светлую кухню.  Зал таверны была большим удобным помещением с черными от дыма разводами на потолке и безукоризненно вымытым каменным полом. Глядя через плечо Аликс, Эдмур заметил, молоденькую девушку и мальчика, которые вовсю трудились в дальнем конце зала, возле очага, в котором на вертеле поворачивалась огромная коровья нога. По-хозяйски разглядывая стройную, забрызганную грязью фигурку Аликс, хозяйка нахмурилась.
- Какой от тебя будет толк, дылда? - в ее бледно-голубых глазах зажегся неприятный огонек. - Небось, работала на спине, да? Ладно, приступай к делу, некогда прохлаждаться. У нас полный дом голодных гостей. А ты?
Она обернулась к Эдмуру и обвела его взглядом.
- Если ты ее брат, то можешь быть спокоен. Здесь ей не будет нужно раздвигать ноги. Работа приличная, платим хорошо. Знай только подносы вовремя разноси...
- Боюсь, вы ошибаетесь… Мы не...
- Гляди, какой здоровый. Кузнец чтоль?
Вдруг Эдмур осенило. Стать тем, за кого их с ходу приняли? Всего на одну ночь?
- Да, кузнец, мил хоспожа! - попытался он изобразить здешний акцент, как у фермера.
- Ну так и чудно. Отправляйся на конюшни. Наш-то, Нико, опять зАпил! Всё какую монету заработаешь... У нас тут в "Черной свинье" есть чем поживиться...
Эдмур кивнул. Возможность скинуть с себя мокрую одежду, даже если перед этим придется потрудиться, грела его душу. Он мимоходом подошел к Аликс и шепнул ей на ухо:
- Подыграй ей. Переждем здесь дождь и уедем.
Головная боль начинала постепенно отходить.

+1

133

Это утро отличалось от всех предыдущих. Или мне просто так казалось? Оно было более спокойное, как если бы я желала насладиться каждый песочной секундой отодвигая мрачное время как можно дальше. Спокойно ходила по нашему лагерю, собирая вещи и не спеша готовясь вновь ринуться в путь. Каждое движение было медленным и спокойным. Ноздри щекотал запах мяса, от чего живот урчал с каждым разом сильней и громче. Кое-как собрав волосы и завязав их на макушке, начала одевать кожаный нагрудник. Боже, что не так? Почему я так медлю, словно делаю это в первый раз. Снимала и надевала по несколько раз, на этой недели тем более, а сейчас то выглядит так, будто впервые держу его в своих руках. Глубокий вдох-выдох. Благодарю мысленно мужчину, что он не стал мне помогать, а просто дальше готовит мясо. Спасибо, что не видишь как заливаюсь румянцем, вспомнив в какой позе проснулась впервые раз, пока ты не положил меня на спину.
    - Мне всё не по размеру, кроме меча. – Бубню себе под нос, пока верчу в руках меч с ремнём и думаю, с какой стороны хочу, чтоб он весел. Привыкла ощущать его вес с лева. Так и сделала и он вновь оказался слева, а бедро будто скучало по этой тяжести. Накинула на плечи, уже свой, плащ. Погода обещала дождь, а ветер то и дело покачивал деревья. Собрала свои те самые «букеты» и кинула их в огонь пока тот совсем не потух. Позавтракала держа при себе всякие слова лишь потому, что мужчина казался очень задумчивым и мне просто не хотелось его беспокоить. Скажи, что тебя беспокоит? Какие мысли посещают твою голову заставляя то хмуриться, то быть мрачнее самой тёмной тучи на этом небе? Что тебе так угнетает.
    Шаг за шагом я ехала за рыцарем через все эти деревья, накинув на голову капюшон и следя за ним пристальным взглядом. А еще голова болела, словно наливались свинцом, боль то усиливалась, то резко прекращалась. Ещё одна причина, почему я чуть ли не сверлю его спину свои взглядом. Сейчас была та самая дорога, на которой мы оба молчали. И никто из нас не стремился заговорить первым. Мне бы лучше думать о будущем, а не смотреть на него таким взглядом и вспоминать, как хорошо просто лежать с ним рядом. Как я буду скучать по его голосу. Шумный вздох слетел с губ, когда мы вновь сошли с одной тропинке на другую. Иной раз я хотела спросить, а знает ли он куда ехать, но в очередной раз лишь открыл рот, а потом закрыла. А тут ещё начался мелкий дождик. Противный дождик. Он не капал, а явно желал пробить мою голову своими каплями. Тряхнув головой, сгорбилась и сильней сжала в руках поводья. Я вновь была без перчаток, поэтому мои пальцы быстро стали холодными. Небо было плотно затянуто одной большой тучей, которая грозилась выплеснуть на нас не только дождь. Только не гроза. – Подумала я, недовольно втянув воздух через ноздри. Остановившись рядом с ним посмотрела на рыцаря с интересом и немым вопросом «что случилось?», однако через минуту я услышала скрежет телеги и естественно посмотрела в ту сторону, откуда доносились звуки.
    Кивнула порезавшему мужчине, хотя он вряд ли заметил это сквозь стену такого ливеня. Мы поехали дальше, а я уже не раз замечаю, как рыцарь дрожит, но всячески пытается скрыть тот факт, что его тело пробил холод. Что уж говорить обо мне. Моё тело то и дело дрожит, а зубы вот-вот будут стучать друг о друга.
    Этот проклятый дождь вымыл из меня всякое чувство радости при видя таверны. Я лишь хотела поскорей оказаться внутри. Да я чёрт возьми промокла и нуждаюсь в тепле. Остановившисься перед таверной, последовала за Эдмуром. Под ногами не приятно хлюпала грязь. Чихнула, шмыгнув носом. Наверное, если посмотреть на меня со стороны, то я выгляжу не самым лучшим образом, и похожа на девушку, измученную этой ужасной погодой. Первый раскат громка вырвал из моего рта писк и заставил тело слегка подпрыгнуть на месте. У меня достаточно страхов, вот вам еще один: меня пугает гроза и гром. Только я не забиваюсь в угол как испуганная мышка, а стараюсь не обращать на это внимания, правда порой это получается очень плохо. Сейчас же, я стою, и стараюсь сохранить спокойствие. Коротко киваю рыцарю. Подхожу к двери и протягиваю руку чтобы постучать. Стучу. От этой погоды, костяшкам пальцев было не очень приятно биться об эту деревянную дверь. Всё же мои руки жутко холодные. Ещё один чих, как дверь быстро распахнулась после моего первого стука. Как если бы нас там ждали. Только вид у встречающей было не самый добрый, а скорей недовольный. Я даже ничего не сказала, а старуха уже недовольно раскрывает свой рот. От её речей я было готова открыть рот, чтобы возразить и сказать, что она ошиблась, однако решила промолчать. Взглянула на рыцаря, который подтолкнула меня внутрь. О боги! Тепло. Внутри было, так тепло не смотря на стольких посетителей и эту обстановку. Но мои кости // тело было безумно радо этому теплу. А потом я прошла за старухой в светлую кухню. Там пахло едой, от чего мой рот наполнился слюной. Но потом она опять заговорила и её слова // голос звучали как будто мне кто-то решил ножом пройтись по ушам и спине. Дылда. – Проговаривал в своей голове. Мне не нравилось это слово, но она была правда. Я была высокой, с чёрной копной волос, которые сейчас были короткими. Я прикусила свой язык, чтобы не ляпнуть ей в ответ оскорбление. Одно моё не верное слово, и мы вновь окажемся на улице. А мне этого не хотелось. Мне не хотелось видеть, как из-за моих слов рыцарь бы вновь дрожал от проклятого ливня. Мне не хотелось, чтобы он был на меня зол. Поэтом я молчала и пропускала не очень приятный слова мимо ушей. Да и потом, она просто ошиблась и всё это никак меня не касается.
    - Да, кузнец, мил хоспожа! – Я прикрыла рот рукой подавив смех. Как же смешно было слышать от него эти слова смешанной с пародией акцента этой старухи. Она кажется не заметила, что он пытается изобразить здешний акцент. Может ей было всё равно или её ушки были немного глуховаты?
    Я проследила взглядом за рыцарем, ничего не сказав. Когда он скрылся и оставил меня с этой женщиной, моё тело тут же напряглось. Главное не начать полыхать от слов этой старухи. – Прошлось в моей голове, и я дала себя указание стать ещё более спокойной и не обращать на неё внимание. А точней на её слова.
    - Что ты смотришь. Принимайся за работу! – Злобно прорычала она почти возле моего уха.
    - Конечно. – Ответила я ей, сняв с головы плащ. Женщина недовольно хмыкнула, увидев полностью моё лицо.
    - Приступай, я скоро приду забрать приготовленную тобой еду. – Поправив свою одежду, она вышла, прихватив с собой кувшин наполненный чем-то почти до самых краёв.
    Оглядев кухню, начала закатывать рукава, сняв сначала плащ, кожаный доспех и меч. Положила в один угол, чтобы никто не увидел и не нашёл. В камине горел огонь, который что-то готовил в большом котле. Там что-то варили, но я не могла определить по запаху что именно. Слишком много всего смешано. Какая-то похлёбка, в которую накидала овощи и немного зелени. А цвет не располагал к желанию попробовать это варево.
    Я не знаю сколько прошло времени, и что делает сейчас рыцарь. Но я надеюсь, что он сидит в том зале со всеми и просто греться после своей выполненной работы. В это время я стояла и месила тесто, чтобы сделать пирог с яблоками. Я стояла и была очень задумчивой, поэтому не замечала, что происходит вокруг и как ко мне сзади подошёл какой-то мужчина. Его лапы легли на мою талию, а в нос ударил отвратительный запах алкоголя, смешанный с чем-то еще. От неожиданности чуть не подпрыгиваю на месте, но быстро разворачиваюсь к незнакомцу. Он улыбался, был пьяный и просто начал лапать. Я выставила вперед руки, начав отталкивать от себя.
    - А ну убрал свои руки. – Он наклоняется, желая поцеловать или еще что, а моё тело в ту же секунду отворачивается от него // лица и пытается вырваться.
    - Да ладно тебе, ты же это так часто делала…- Грязь льётся из его рта, а я пытаюсь сдержать всякие позывы рвоты. Слишком сильно воняет. Убрав одну руку, и заведя за свою спину, нащупала скалку, которой недавно начала раскатывать тесто. Сначала ударила его коленом точно между ног, а потом тут же зарядила скалкой по голову. Мужчина взвыл от боли упав на пол держась за своё хозяйство. Отбегаю от него в сторону, на достаточное расстояние.
    - Пошёл вон! – Кричу ему. И судя по его выражению лица и словам, которые потоком льются из его рта, и он видимо не понимает, что связался не стой девушкой. Он думает, что я какая-то девка, которая раздвигает ноги за жалкие гроши. Встаёт на свои пьяный ноги и просто кидается на меня. Никогда не думала, что у пьяных может быть столько силы. Я просто не была к этому готова. Скалка с характерным ей звуком падает куда-то в сторону и вот я лежу на полу, а этот мужик нависает надо мной и пытается схватить за запястья. Я сопротивляюсь. Мысленно прошло, чтобы сейчас пришёл сир. Я не хочу применять магию, чтобы снова видеть, как кто-то умирает в огне. Да и потом, слишком вымотана и устала из-за этой погоды.
    Пыхтя, я веду борьбу, и каким-то образом мои руки хватают его голову, начав давить большими пальцами его глаза. Он орёт. А я рычу и часто дышу. Хочу выдавить ему глаза, но отпускаю и скидываю с себя, он продолжает орать. Быстро переворачиваюсь на живот на четвереньках отхожу от него в сторону своего меча. Вот уже встаю, но мужик хватает меня за ногу, и я резко падаю на пол, ударяясь о каменный пол. Он продолжает говорить ужасные вещи. Смотрю на него через свою плечо, переворачиваюсь на бок и ударяю его свободной рукой. Он взывал. Такое ощущение, что градусы в его крови быстро куда-то смылись. Я вновь переворачиваюсь и делаю попытки встать на ноги и добежать до меча, который лежит в углу в плаще.
    - Не трогай меня, а то убью! – Ору ему с пылкой угрозой, которую могу воплотить в реальность. А ему смешно от этих слов.
    Сир. Где же вы. Не уж то мне сейчас нужно выполнить свою угрозу, но у меня осталось не так много сил для этой борьбы. Мой рыцарь. Где ты.

Отредактировано Alyx Vance (08.10.2017 17:19:55)

+1

134

Мужчина над Аликс открыл свой большой неопрятный рот и хотел было издать громогласный крик победителя, как вдруг замер. Его  белесые глаза выкатили наружу, затем медленно закрылись, и, простонав что-то невнятное, горе-насильник свалился с ног прямо на пол. Прямо за его спиной стоял Эдмур. Он держал в руках увесистый подсвечник, и растерянно глядел на Аликс. Затем, убедившись, что девушка еще жива, и вроде совсем невредима, он поставил подсвечник, а сам уперся руками в края стола.
- Я вижу, ты уже успела завести друзей...
Вскоре, стало очевидно, что либо рыцарь не слишком сильно замахнулся, либо не собирался убивать пьяницу. Ибо из под стола донесся уже знакомый слабый стон. Это было ошибкой. Мужчина нехотя оторвался от столешницы и присел, заглянув по стол. Кажется, живой. Дышит. Но глаз не открывает... Эдмуру брезговал прикасаться к пьяному животному, отчего даже не пытался потянуться за оружием. Ладно уж, пусть живет. Учитывая, что сам Эдмур и его спутница сегодня не собирались здесь помирать.
Оружие, кажется, при нем не было, увесистым боров. Можно было взять его за ноги и отволочь в ближайший погреб, чтоб никто не хватился, но и этого делать совершенно не хотелось.
- Давай, - скомандовал он Аликс, поднявшись на ноги, - соберись. Пошли отсюда.
Он протянул ей руку. Как так получилось, что им и здесь, в этой безопасной, теплой таверне, удалось наследить? Впрочем, никто не станет горевать об одной пьяном крестьянине.
Когда всегда час назад Эдмур покинул кухню, его отправили прямиком на конюшни, где он даже и не думал приступать к своим обязанностям конюха. Старуха не обманула - гостей в таверне и вправду было полно. По крайней мере, их лошади занимали все свободные стойла, некоторые уже мирно спали, другие шумно вздыхали и трясли грязной гривой. Где-то между ними затерялась Серебрянка. Эдмуру не составило труда найти ее и проверить, с целости ли их вещи. С собой в конюшни старуха дала ему немного хлеба и сыра. Учитывая, что с собой было много свежеприготовленного мяса, Эдмур чуть не подавился собственной слюной. Осталось только дождаться, когда ужасная боль оставит его голову. Правильно ли он поступил, оставив Аликс там одну? Однако, он успокоил себя тем, что вряд ли у него был выбор. Мужчина скинул с себя прилипший к телу плащ и обтер лицо и шею. Затем немного порылся в вещах и извлек оттуда сухие вещи Аликс. Возможно, она тоже захочет переодеться. Еще минуту мужчина уделил своим длинным грязным волосам: собрал их в хвост. Так просто пол часа. Голова прошла. И Эдмур поймал себя на мысли, что уже скучает по Аликс. Ничего дурного ведь не случится, если он просто проведает ее? Проверит, как она там утроится? Позовет поужинать с собой. Конюшня, конечно, не такое уютное место, как хозяйская кухня, однако...
Нервозно сминая в руках плащ, Эдмур немного помедлил. Может, всё же лучше остаться здесь и понадеяться на то, что Аликс хватит ума не в лезть в... На этой мысли он больше не сомневался, и решительно покинул конюшни. Оказалось, что не зря...
Когда он спустился на кухню, то первым делом, что бросилось в глаза, это странная тишина. Он бесшумно вошел внутрь и заметил, как какой-то мужик, будто голодный волк, пытается накинуться на несчастную испуганную Аликс. Куда делись остальные работники кухни? Недолго думая, он схватил первое, что попалось под руку, а именно, увесистый кувшин с пиво, и с размаху ударил нападающего по голове
***
- Пойдем, - повторил он и протянул руку, - на конюшнях нас никто не найдет.
Он приготовил для нее не только сыр и хлеб, но и положил на тарелку большой кусок несравненного жареного мяса и захватил кувшин темного пенистого пива. Прислушиваясь к дождю, хлеставшему в стены дома, и к редким отдаленным раскатам грома, Эдмур радовался, что они внутри, в тепле.
- Ты в порядке? - наконец, спросил он. Вдруг сквозь шум дождя они услышали крики, ржание лошади и поняли, что кто-то приехал. Продолжать разговор не было времени, к тому же, Эдмур был уверен, что девушка невредима. Он видел, как она самолично разобралась в тремя охотниками!

+2

135

В каждой истории есть моменты, когда прекрасную даму спасает рыцарь. Сейчас было почти так же, только немного не так как привыкли рассказывать дамы или читать в своих книжках. Словно услышав мои мысленные крики о помощи, мужчина появился на кухне и отправил насильника в руки к «без сознания». Я всё еще лежала на полу и как только левый мужик рухнул на пол, повернулась на бок и взглянула на рыцаря. Давайте на чистоту – я безумно рада его видеть. А про то, что успела соскучиться пока его не было, просто промолчу и засуну ЭТО куда-нибудь подальше. Скажем в чулан моих девичьих тайн. Тяжело дыша, я перевернулась на спину, прикрыла глаза всего на три секунды. Мне нужно было несколько секунд, чтобы успокоиться. Хотя бы своё дыхание.
    - Я вижу, ты уже успела завести друзей... – Почему-то его слова меня повеселили и не сдержавшись, начала смеяться. Нет, ну вправду, если посмотреть со стороны, вся эта ситуация очень даже забавляла. Хоть из мыслей не ускользнуло «а он мог меня убить».
    - Это мой тайный воздыхатель. – Сквозь нервный смех, говорю Эдмура, приподнявшись на локтях и взглянув на рыцаря с безумной улыбкой на лице. Но улыбка резко пропала, когда где-то из-под стола донёсся мужской стон. Уж лучше бы он сдох. И то, что он всё ещё живой, меня слегка огорчило.
    - Мне стоит оторвать у него волосы, а позже проклясть, - бубню себе под нос, пока рыцарь не протянул мне руку, - с большим удовольствием. – Как только вложила свою руку в его и поднялась на ноги, резко убрала свою ладонь, словно обожглась. Ладно, мне просто нравится, как он держал меня за руку, хоть и длилось это не долго. Эй, а можно еще разок?
    - Мне нужно извиниться? – я подняла на рыцаря глаза и попыталась улыбнуться невинной такой улыбкой, мол, я тут вообще не причём, - в очередной раз.
Натянув на себя по-быстрому то, что было снято, дабы не мешало выполнять приказ той дамочки. Я смахнула грязь с кочанного нагрудника и довольная проследовала за рыцарем.
    - Пойдем. - Он вновь протянул руку и я не раздумываясь ухватилась за неё, как за нечто особенное. И мне пришлось спрятать свою довольную улыбку, начав покусывать нижнюю губу.
   - Да хоть в лес. Только подальше от этого. – Последний раз взглянула на кухню, которая сейчас стала еще отвратительней. Как и люди, которые тут работали.

[indent] Хоть в конюшне и не было тех удобств что в таверне. Однако тут было куда спокойней. Даже этот запах не сильно волновал, нежели та гроза и гром над крышей. И каждый раз, когда она там сверкала и разрезала небо на части, я вздрагивала. И рыцарь это мог спокойной ощутить, ведь я сидела рядом и касалась его плеча своим. Держала тарелку одной рукой, которая как назло трясло. Не так, чтоб сильно и всё же. Я быстро закинула кусок сыра в рот, а потом туда полетел кусок мяса. Я ела так, словно меня не кормили несколько дней.
       - Да. – Говорю с набитым ртом.
    - Если бы не ты, я бы вряд ли сейчас бы разговаривала. – Смотрю на рыцаря и вновь улыбаюсь. Улыбаюсь потому, что сейчас сижу рядом с ним. Потому, что живая. И я никогда не устану его благодарить всякий раз за своё спасание или еще за что.

    - Этот дождь и дорога утомили меня, поэтому он так легко поймал меня, да и я решила не использовать свои силы, а то бы домик сейчас полыхал. – На последних словах слегка хихикнула. Вновь закинула в рот еды, чувствуя, как голод отступал, а усталость только усилилось.
    - Вам тоже надо поесть, - снова раскаты грома и яркая молния, а я опять вздрогнула, - ненавижу. – Бубню себе под нос, недовольно насупившись.
    - Там кто-то приехал? – Спрашиваю у Эдмура, слыша ржание лошадей и чьи-то громкие голоса.

Отредактировано Alyx Vance (25.10.2017 20:39:45)

+1

136

Аликс задала самый очевидный вопрос, но стоило ей закончить, как сир Харт закрыл ей рот рукой в перчатке и медленно подтолкнул в сторону, так, что очень скоро она оказалась прямо на спиной рыцаря. Мужчина осторожно вглядывался в летний мрак. Ночь. Пускай и непогода, но кто сейчас выходит на улицу? Должно быть, очередной путник заехал переждать дождь. И отправился прямиком на конюшни.
Ночная таверна является убежищем для всех и каждого: для мирных путешественников, в страхе пережидающих темное время суток вдали от опасных людей; те самые опасные люди, грабители и разбойники, которые сидят в тени, скрывая ножи под плащами, ожидая мирных путешественников; для существ, не являющихся ни теми, ни другими, и вообще, скрывающие свои личности.
Тихо. Так тихо, что слышно, как мотыльки цепляются хрупкими крылышками за ночную прохладу, принесенную ливнем. Эдмур сегодня слишком осторожничает. Некое необъяснимое чувство заставило его попятиться к стене конюшни, спрятав девушку за свой плащ. Оба они погрузились в тень. Тень - самая верная подруга.
Тихо.
Скрипит вывеска, гуляет ветерок. Сквозь маленькое грязное оконце видно, как медленно и лениво плывут тяжелые свинцовые облака по ночному небу. Но сир Харт все еще стоит, боясь пошевелиться. Интуиция заставляет вслушиваться в тишину, ведь он совершенно точно что-то слышал, ему не могло показаться. Ночью в таверне не может быть так тихо. Крысы в мусоре, храпящие пьяницы, грязные собаки - всё это составляло ночную симфонию подобных мест.
Как будто отвечая на немые вопросы Эдмура, тишина внезапно прервалась. Шаги. Торопливые шаги человека, которые не могло приглушить даже сено под ногами. Мимолетно колеблющаяся тень рядом - это определенно конь. Невольно выполняя роль конюха,  Эдмур должен был выйти вперед и помочь незваному гостю, но что-то внутри твердило: стой! Обожди.  Еще не время.
Шаги между тем раздавались все громче и громче. Человек шел с улицы, как раз с того места, где стража пропускала гостей. Сир Харт замер и еще больше слился с тенью. Опасность ленивым призраком кружила над его головой. 
Но едва человек показался из-за ворот, как заметил его и быстрым шагом стал приближаться. Он вел за поводья. Человек приближался. Высокий, хорошо, можно сказать богато, одетый, рука лежит на рукояти приличного меча. Эдмуру не составило труда определить, что такое оружие не купить у простого кузнеца. Должно быть, незнакомец служит важной шишке. Может быть, барону или даже графу.
Облака вновь заволокли унылую луну и редкие звезды, и к полной тьме добавилась тьма кромешная. Эдмур, как не старался, всё еще не мог разглядеть лица лица спешащего к нему. Наконец, мужчина поравнялся. И даже не заметил стоящую в тени Харта девушку. Или сделал вид, что не заметил. На секунду показалось, что мужчина хочет протянуть конюху руку, но вскоре в руке можно было разглядеть пузатый кошелек. Эдмур повел плечом. Нет, он не какой-нибудь слуга, чтобы принимать подачки из рук господ. Но что-то ему подсказывало, что сейчас не время дергаться, и даже глубоко дышать.
- Позаботься о нем... - кинул мужчина в сторону вороного, не по погоде спокойного коня. - Это очень ценное животное, так что не спускай с него глаз.
В ладонь Эдмура опустился увесистый кошель. Он перевел взгляд на своего щедрого благодетеля, и тот учтиво улыбнулся. Лунный свет отразился в его холодных голубых глазах. И Эдмур замер, леденея от ужаса. Из тьмы на него смотрело бледное-молочное лицо с такими светлыми волосами, что казалось, его череп совсем лысый. Узкие голубые глаза сияли зловещим лукавым светом. Его голос звучал как урчание влюбленной кошки. Угольно-черный силуэт обрамлен дорогим дорожным плащом.  Последний раз Эдмур видел этого человека много лет назад, но готов был поклясться, что он не изменился ни на секунду с того дня. Это всё еще был по отцовски внимательный и харизматичный сир Ластер Винко.
Сир Харт постарался успокоить дыхание. Мужчина напротив всё это время не заметил того, что скрывалось за спиной конюха, но если бы девчонка шевельнулась, если бы хоть на миг шевельнулась или хотя бы задышала громче, то была бы тут же разоблачена и порвана в клочья. Легкая добыча. Глупая смерть. В очередной раз ей очень повезло.
В темном углу по соседству пискнула крыса, за ней другая, Эдмур невольно покосился туда, но быстро осекся, что за его спиной прячется девушка, и встал смирно. Похоже, сир Ластер тоже это заметил. В счастью, луна вновь скрылась, и он ничего не мог разглядеть, но раздраженно переспросил:
- Что ты там прячешь?
И попытался заглянуть за плечо конюху. Эдмур невольно отстранился назад и запнулся обо что-то тяжелое и увесистое. Это был кувшин, что он захватил с кухни. Сосут с глухим звуком упал и разбился, мутная темно-желтая жижа растеклась у ног конюха и рыцаря. Последний от неожиданности чуть не подпрыгнул. Затем брезгливо поморщился и молча прошел мимо. Видимо, он решил, что конюх тихонько пьет на рабочем месте, оттого такой скрытный и подозрительный.  Быстрым шагом, не издавая сапогами ни единого звука, сир Ластер направился ко сходу в зал таверны. За открытой дверью послышалось шушуканье. Эдмур замер, вглядываясь в серо-желтую глубь зала. Сир Ластер остановился в дверях, спиной к конюху. Он будто сомневался. Внезапно он медленно повернул голову и внимательно глянул на конюха. Затем прищурил глаза и улыбнулся. Эдмур смотрел на него не отводя глаз, как крыса на гадюку. Сир Ластер зашел в зал и плотно закрыл за собой дверь.

+1


Вы здесь » DORTON. Dragon Dawn » ИСТОРИИ МИНУВШИХ ЛЕТ » be brave.