Нат
Очень плохой дядя, куратор всех сюжетов и нелюбитель шуток.
ICQ: 562421543
Нина
Кадамирская стерва и куратор дортонских сюжетных веток.
Skype: marqueese_
Анна
Суровый капитан Левиафана и куратор пиратских сюжетных веток.
VK: /monlia
Эдмур
Одинокий рыцарь и куратор северных сюжетных веток.
VK: /moralrat
11 КАНТЛОС - 10 САМИОНОС 844 ГОДА 4x01 Союз двух сердец Edmure Harte
4x02 4x02 Hold the GATES! Edmure Harte

Благодаря усилиям лейфордской и кадамирской армии дракона удается прогнать с кровоточащей земли Дортона. Наступает долгожданный мир. Стефан заключает ряд договоров с мятежными графствами, в том числе с Руаширом, соглашаясь на брак Леонарда Мориа со своей сестрой принцессой Фреей. Он и не подозревает, что главная опасность его самодержавию стоит от него по правую руку. Между тем на Острове Сокровищ пираты находят то, что может полностью перевернуть ход истории...
16.05 Стартует перекличка, которая продлится до 1 июня. Есть два пути - отметиться в ней или добровольно пройти на эшафот.
Вверх страницы
Вниз страницы

DORTON. Dragon Dawn

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » DORTON. Dragon Dawn » ИСТОРИИ МИНУВШИХ ЛЕТ » Лучшее "лекарство".


Лучшее "лекарство".

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

http://s2.uploads.ru/1HT25.gif

Время и место26-ой день элембиуоса, 844-го года, графство Руашир, Неаль

Действующие лицаMordred Lynch, Anna Lavey

ИсторияАнна и доктор Линч отправляются в лавку аптекаря, чтобы Мордред закупил всё необходимое для работы. Но, как оказалось, не только лекарствами и травами торговал неальский аптекарь.

Отредактировано Anna Lavey (24.09.2017 04:10:10)

+1

2

Макушка лета  выдалась  небывало жаркой и здесь, в Руашире, и ближе к полудню город и  порт погружались в сонное оцепенение. Солнце палило нещадно с выгоревшего до белизны небосвода, даже ветер не приносил облегчения, путался среди бесчисленных мачт, застревал в свернутых парусах и засыпал, не добравшись до палуб и причалов. Потому работы в порту и начинались задолго до рассвета.
«Левиафан» завершил свою миссию, начавшуюся как скорбную, а закончившуюся донельзя странно. В Олдене капитан Лавей вместе с мистером Харрисом лично сопроводила пиратского барона на берег – к  немалому облегчению всей команды.  Бунт капитан и квартирмейстер задавили в зародыше, но недовольство присутствием на борту «мертвяка» никуда не делось, пусть и вслух пираты высказываться более не рисковали.
Вопреки извечной своей любознательности лекарь даже не стал навязываться  в сопровождающие. Удовольствовался своей ролью врача, еще раз сделал Флинту перевязку  и, тем более,  не рискнул подслушивать и подсматривать.  В таких случаях у него  теперь  начинали зудеть шрамы на спине, напоминая о том, что все имеет свою цену. И любопытство – тоже. Вот не хотел он знать, что же на самом деле случилось с Флинтом, и почему он выжил. Хотя не должен был.  То есть, конечно, хотел. Но приставать с расспросами  и высказывать свое мнение больше того, что уже сказал – не стал. Пусть это случится само собой, между делом и при благоприятных обстоятельствах.
На память матросам остался здоровенный деревянный ларь, а лично Мордреду – ворох окровавленных тряпок. Со стиркой пришлось подождать до выхода в открытое море. Благо, Линч еще на Сент-Массоне откопал-таки среди своих записей рецепт «мыла моряков». Оно  в самом деле отлично пенилось и отстирывало  в морской воде.  Однако покупать кокосовое масло в тех количествах, чтобы получившегося мыла хватило для стирки,  оказалось дороговато. Мордред поэкспериментировал и вполне удовлетворился результатом, затем преподнес капитану несколько кусков в качестве подарка, кусок оставил себе и еще припрятал   парочку про запас. До случая пополнить запасы в Кадамире, где выращивали  кокосовые орехи и торговали ими,  копрой и собственно, маслом и где оно должно было стоить гораздо дешевле.
Из Олдена «Левиафан» отправился в Неаль и там должен был задержаться на несколько дней. Капитан планировала пополнить запасы провианта и пресной воды, команду отпустили на берег.   Мордред же с рассвета возился  на камбузе. Джок хоть и признавал за лекарем определенный поварской талант и умение из ничего состряпать нечто съедобное не только на первый, но и на второй укус, считал, что на одном камбузе двум хозяевам не бывать,  и не забывал «присматривать» за тем, что творил в котле лекарь. Тем более, что Мордред периодически пользовался камбузом для варки своих мазей и Джок хотел быть уверенным, что в котле кипит именно похлебка, а не средство от лишая. Случались... накладочки. Один раз. Да и то, пострадавшим себя посчитал лекарь. Перетопленный чистейший говяжий жир с  тимьяном, мятой, отваром валерианы и ромашки, случайно выплеснутый Джоком в общий котел, по его мнению,  пошел супу только на пользу. Во всяком случае, никто из команды не жаловался, и  похлебку выхлебали за милую душу.     
Покончив с готовкой, отловив юнгу и приставив его к чистке котлов, Линч составил перечень необходимых снадобий, которые следовало прикупить, и отправился к капитану, чтобы предупредить об отлучке, обговорить сумму, ну, и выяснить степень нынешнего к нему доверия. В смысле, отпустят его с золотом на берег одного или придадут сопровождающего, охранника и конвоира в одном лице.
Список снова был порядочный. При нападении на Сент-Массон сам «Левиафан» и его команда не пострадали, а вот на берегу творился ад кромешный. Линч, давший клятву Гильдии, не мог остаться в стороне. И пока он, не покладая рук,    старался хоть как-то облегчить страдания раненых и обгоревших при пожарах, то меньше всего думал, что расходует лекарства, предназначенные для матросов «Левиафана». Тогда ни капитану, ни старпому об этом он не сообщил, не до того было, потом завертелась история с ожившим Флинтом, а теперь Мордред готовился к возможной расплате. Впрочем, он легкомысленно считал, что в худшем случае ему придется возместить убытки из своей доли. Правда, это означало угодить в долговую кабалу, но он все равно не собирался в ближайшее время бросать работу на «Левиафане».
Мастер Харрис отбыл на берег по корабельным делам, а капитан находилась в своей каюте. Линч вежливо постучал, осведомился, можно ли зайти и, получив разрешение, вошел.
- Доброе утро, капитан. Мне нужно ваше разрешение, чтобы отправиться на берег.  У меня заканчиваются некоторые снадобья, - он положил на стол исчерканный его почти нечитаемым почерком листок, - Я знаю, что закупал их совсем недавно, но после нападения дортонского флота на острове было много тяжелораненых и я истратил почти все запасы «Левиафана».

+1

3

[indent]Капитан уже примерно полчаса как мрачно созерцала исчерканный странными рисунками и едва читаемой вязью округлого мелкого почерка пожелтевшие листья рукописи. Книга (если так можно было называть не особенно ровные листы, перехваченные толстой нитью) была полностью рукописная, с рисунками, формулами и начертанными от руки алхимическими и магическими кругами. Одного беглого взгляда на рукопись было бы, пожалуй, достаточно, чтобы понять, что это был гримуар. Бумага кое-где обтрепалась и даже подгорела, но магические формулы просматривались достаточно четко. Когда Мордред попросился войти, Анна отложила книгу в сторону, но не закрыла: своих интересов от команды она не скрывала, более того, многие знали, что их стоянка в Олдене принесла капитану, помимо дурного настроения, еще и вот эту самую рукопись, с которой Лавэй вернулась на Левиафан едва ли не в обнимку, прижимая к груди, как самое дорогое сокровище. Мастер Харрис как-то за ужином обронил, что эта колдовская писанина – наследие родной матери Анны. Так оно и было в действительности: в заброшенном доме, кроме воспоминаний и доброй старухи Ингрид, которая ходила за Анной в детстве, Лавэй нашла не тронутый грабителями ящик: в ящике было множество вещей, кадамирских украшений и вот эта рукопись, закутанная в платок, и перевязанная лентой, словно дитя.

[indent]- Доброе утро, мастер Линч, - несмотря на тяжелое настроение, довольно приветливо отозвалась капитан и «для вида» взяла из его рук список, половину пунктов которого, сколь бы сильно не старалась, а прочесть так и не смогла. Видимо, у всех гильдийских лекарей это профессиональное: пишут так, что не разберет и Лукавый. Поругать за истраченные запасы Мордреда, может быть, и стоило бы, но в глубине души Анна понимала, что это, пожалуй, и было то малое, чем она смогла бы помочь Сент-Массону, переживающему крайне бедственное положение. Каждому человеку, каким бы диким и одиноким он ни был, обязательно нужно место, куда он может возвращаться. Но все в этом мире имеет свою цену. А лекарства, о которых говорил мастер Линч – имели очень высокую цену.

[indent]- Будем считать это вероятно выгодным вложением в свою репутацию, - ответила Анна, возвращая список лекарю и поднимаясь со стула, - Свое разрешение на закупку необходимого я вам даю. Но ради этого вам придется помочь мне кое в чем, очень важном для меня лично. Взгляните вот сюда, - она подвинула поближе к Мордреду гримуар матери и перевернула страницу, - Я нашла здесь рецепт некоего зелья, судя по контексту, оказывающего очень сильный эффект на состояние сознания… Необходимое, для наивысшей магической концентрации. Назовем это трансом, условно. Я хочу это зелье. – сказала, как отрезала Лавэй, и внимательно глянула на Мордреда, следя за его реакцией.

[indent]Оставшись, очевидно, довольной этой самой реакцией, сквозь улыбку продолжила:
[indent]- Но у моей маменьки, упокой ее душу Лукавый, почерк был немногим причудливее вашего. А у людей с причудливым почерком удивительный талант: они могут разобрать почти все. Поэтому, пожалуйста, прочтите внимательно перечень ингредиентов и включите их в свой список. А после мы с вами отправимся в лавку аптекаря.

+1

4

Вопрос с  истраченными лекарствами решается как бы мимоходом и без последствий для Мордреда, чему тот очень рад. Взамен капитан просит об услуге, но это услуга из тех, какие любознательный лекарь готов оказывать в любое время. Конечно же, он наслышан о таинственном трактате, а старший помощник как-то обмолвился вскользь, что книга принадлежала матушке капитана, ведьме не из последних. А тут такой случай заглянуть в нее.
- Позвольте взглянуть? – Линч, не отрывая жадного взгляда от разворота гримуара, нашаривает позади себя табурет, подтягивает его поближе,  садится и моментально с головой уходит в загадочный мир рецептов и формул, вчитывается в мелкий витиеватый почерк.
Чтобы там не говорила Анна, разобрать текст оказывается не так просто. Еще и потому, что над названиями компонентов приходится поломать голову. Вот, к примеру, «одурь-трава». Что это за растение? А какая разница между «бешеной ягодой» и «бешеной травой»? Понятно, что растения имеются в виду разные. Что-то такое вертится в голове, но ошибиться никак нельзя. Обычное съедобное или лекарственное растение так не назовут.
- Я сейчас вернусь, - говорит Линч, - мне неизвестны некоторые упоминающиеся здесь названия и я хочу посмотреть, не записал ли я их раньше.
В медицинских трактатах по траволечению использовали только научные названия растений, известные узкому кругу посвященных,  и сейчас лекарь в очередной раз мысленно похвалил себя за предусмотрительность. Бродячая жизнь быстро учит не задирать нос, а внимательно смотреть по сторонам и прислушиваться к тому, что говорят вокруг. Мордреду просто было интересно, как называют одни и те же растения на севере и юге, востоке и западе. Разве не забавно, что засахаренный «ирный корень», столь ценящийся в Кадамире как экзотическое лакомство – самый обыкновенный аир, которым в Вустерлинге зарастают болота.   
Для того, чтобы спуститься в трюм и вернуться обратно уже с записями, ему потребовалось совсем немного времени. Линч увлеченно зашуршал своими драгоценными листочками. Не менее драгоценными для него, чем ведьмовская книга – для Анны. Для кого другого это была кипа разрозненных заметок, но сам лекарь ориентировался в них безошибочно.
Белая гладкая бумага стоила дорого, пергамент – еще дороже и Линч покупал шершавую толстую желтоватую бумагу с отслаивающимися волоконцами, щепочками и нитками. Получалось дешевле, а если нарезать на восьмушки и писать меленько и убористо – вовсе экономно. Чернилами на такой бумаге  писать было непросто, перо цеплялось за неровности, брызгалось, оставляло кляксы или даже ломалось, а вот тонко очиненным угольком  – очень даже удобно. Потом он переписывал самое важное набело, уже на хорошую бумагу, но масса записок так и оставалась набросана полустершимся углем или палочками из черного свинца*.
- Ага! – обрадованно воскликнул он, - Нашел. Вот. «Бешеная ягода» - это красавка, а «бешеная трава» - белена. Тогда… - он забирает свой список обратно и быстро принимается писать, бормоча про себя:
- Сок плодов дурмана один гран, сок белладонны два грана… сок белены полтора грана, настой болиголова, хмм… четыре грана,  настойка аконита – один гран… смешать с растопленным медвежьим и барсучьим жиром, взятых в равных долях…
Он поднимает голову и смотрит на Анну с некоторым подозрением.
- Капитан, вы точно не собираетесь никого травить? Каждый из этих ингредиентов смертельно ядовит и вызывает галлюцинации. Видения, - привычно поправился он, - А к чему  здесь любисток? – Мордред в задумчивости наматывал на палец падающую на лицо  прядь волос, - Любисток, любисток… - лицо его светлеет, - Свежий сельдерей и любисток полезно есть при ночных судорогах.  А все эти травы как раз и вызывают судороги.
Закончив переписывать составляющие снадобья, он поднимает голову и безапелляционно заявляет:
Если вы собираетесь опробовать это зелье на себе, то только в моем присутствии. Если вы от опиума чуть не умерли, от этой адской смеси с вами что угодно случиться может. А здесь еще и доза указана приблизительно. Ваша матушка рассчитывала ее для себя, а не для кого другого.

*одно из названий графита

+1

5

[indent]Анна внимательно, словно опасалась и слово вставить, вслушивалась в слова Мордреда, и все еще пыталась взвесить в своем сознании, готова ли она к таким рискам ради пользы, о которой знала, точнее, которую осознавала не так уж и ясно? Мать была очень сильной ведьмой, если верить слухам. Да и детские воспоминания Анны, которые, конечно же, были ностальгически субъективны, рисовали ее именно такой: сильной, мудрой, могущественной... едва ли не всезнающей. С другой стороны, мать, такая сильная и мудрая, не сумела спасти тогда от пиратов ни маленькую Анну, ни даже себя: Лавэй отчетливо помнила, как ее мать схватили по рукам и ногам, истыкали ножом, перерезали глотку, а потом задрали юбку.
[indent]Вероятно, в этот момент неприятные, подернутые густым туманом пережитого воспоминания отразились на лице капитана: такой внимательный и наблюдательный человек, как Линч, заметил бы, что она волнуется и колеблется. Не успев состряпать "хорошую мину при плохой игре" вовремя, капитан притворно кашлянула и отвела взгляд. Линч был прав: риск слишком велик, чтобы слепо бросаться в омут с головой. Но и возможность такую нельзя было упускать: сейчас как никогда ей нужна сила и знания тонкого мира духов. Иначе ее игра в противостояние с Флинтом так и останется игрой. Рыжему засранцу с летающей огнедышащей тварью и ручной ведьмой необходимо что-то противопоставить.

[indent]- Я понимаю вас, мастер Линч. И я с вами даже, пожалуй, согласна. Не ныряй в водоем, пока не прощупаешь дно... Старая и не лишенная мудрости поговорка, которую я знаю с детства, - Лавэй невесело усмехнулась, машинально поглаживая пальцем пожелтевшие, обтрепанные страницы материного наследства, - Если нам удастся закупить необходимых ингредиентов с запасом - мы испробуем зелье в малом количестве на...  - Анна запнулась, будто бы примеряясь к возможной реакции бывшего медика гильдии на ее слова, - ...на ком-то, в ком заподозрим хотя бы зачатки магической силы. Возьмем четверть дозы, что указана в гримуаре. Если все пройдет гладко, столько же приму я. Дозу зелья будем увеличивать понемногу, пока не достигнем оптимальной. Знаете, мастер Линч... Немалую часть своей жизни я провела в Кадамире, - словно меняя тему, другим тоном проговорила Анна и поднялась со стула, - Прислуживала на гладиаторской арене, - медленно, будто раздумывая над каждым последующим словом, она отодвинула ящик, и достала оттуда туго набитый кошель, затем взвесила его на ладони, - Мастер игрищ частенько потчевал своих гладиаторов ядом, даже не подмешивая его в пищу или в вино - это была, своего рода, их обязанность - принимать яд из рук хозяина. Сперва совсем мало, лишь капля на язык, потом доза постепенно увеличивалась. И, шутка ли, спустя некоторое время отравить их клинком ли, или стрелой, или подмешав яд в пищу - было практически невозможно. Воистину, человеческое тело порой вовсе не так хрупко, как кажется поначалу, не правда ли, Мордред? - Лавэй протянула кошель Линчу, а гримуар матери, бережно, словно догорающую свечу, боясь лишний раз тряхнуть, положила в тот же самый ящик, откуда прежде достала кошель, и надежно заперла.

+1

6

- Я еще при первом знакомстве сказал, что вам со мной очень повезло, капитан. Лекарю гильдии купить у аптекаря  все необходимое и даже больше трудности не составит. Все эти травы  в очень малых дозах применяются в лечении некоторых болезней, а все сколько-нибудь успешные  практикующие врачи  не занимаются сами заготовкой необходимых ингредиентов
«Успешные» здесь означало не столько имеющие обширную практику, сколько берущие за лечение куда больше, чем пару грошей. Мордред не уставал благодарить собственную въедливость и любознательность, заставлявшую его рыскать по лесам и лугам в поисках нужных трав даже во времена денежного благополучия. Как пригодились навыки тогда, когда пришлось  полагаться только на себя и свои познания в ботанике.
На слова капитана он выразительно приподнимает брови, недоверчиво хмыкает. А чего он ждал от пирата?  Сама мысль о том, чтобы опробовать смертельное зелье на постороннем человеке не вызывает у него укоров совести. Давно уже не вызывает.
Осталось только найти того, у кого есть капелька магических сил и кого будет… кхм… не очень жалко в случае неудачного эксперимента. Лично у  меня нет ни малейших способностей к колдовству!
Он склоняет голову набок, внимательно всматривается в лицо Анны. Капитан отлично владеет собой, но тень волнения все же проскальзывает в выражении глаз. Линч вспоминает грубые шрамы у нее на спине. Только прислуживала?  Впрочем, это те чужие секреты, которые лучше не знать – целее будешь. На пиратском острове он слыхал немало историй о капитане Анне Лавэй.
- Возможности человеческого тела до сих пор не изучены до конца. Человек таит в себе множество тайн и загадок,  - тянет лекарь и непонятно, относится это к ядам или к внезапному откровению Анны, - Вас тоже приучали к ядам? Если да, то это может стать еще одной проблемой. Насколько я понимаю, чтобы добиться транса, нужно  этой мази самую малость меньше, чем  чтобы отравиться.   
- К растительным ядам возможно выработать устойчивость, - точно так же медленно, словно снимая каждое слово с полочки и тщательно его взвешивая, произносит Линч, - Не скажу за гладиаторов, а среди аристократов встречаются такие, кто принимал сам и заставлял принимать членов семьи крохотные дозы яда. Часто помогало избежать отравления, иногда – вымирали целые семьи, если врач ошибался с дозой в пилюле, случайно или намеренно.
Он провожает гримуар тоскливым взглядом влюбленного, расстающегося с предметом своих воздыханий. Но приятная тяжесть кошеля несколько сглаживает горечь расставания. На лицо лекаря возвращается привычная  лукавая полуухмылка.
- Вы пойдете со мной, капитан? Недалеко от порта мэтр Робер держит   неплохую аптекарскую лавку.

+1

7

[indent]- Разумеется, я пойду с вами, мастер Линч. Ваши красивые глаза все еще не стали поводом доверять вам  безоглядно сумму в двадцать дракаров, - Анна кивнула на кошель, и двусмысленно усмехнулась, -  Впрочем, не стану лукавить, нынче деньги меня волнуют куда как меньше возможности покинуть каюту и побывать в интересном месте, - ей вдруг показалось, что эта шутка о недоверии, все-таки, была не очень удачной: во-первых, не доверять человеку, спасшему твою жизнь, было довольно тяжело. Во-вторых, Мордред уже стал одним из ценнейших членов команды, а потому, пожалуй, не заслуживал уколов капитанского остроумия. Лавэй вышла из-за стола, и отворила дверь, предлагая Мордреду выйти первым, - Идемте, Линч. Не будем терять драгоценное время. Я слышала, на время свадебных гуляний многие торговые лавки будут закрываться раньше, чтобы уберечься от пьяных зевак, возжелавших во хмелю покуралесить на улицах города. Мастер Харрис? Мастер Харрис!!!

[indent]- Я здесь, капитан. Вы покидаете корабль? - отозвался на ходу Харрис, грузно, чуть прихрамывая, направляющийся в сторону Линча и Анны.

[indent]- Да, мы с мастером Линчем отправляемся в лавку аптекаря, чтобы пополнить запасы. Нужно ли взять что-то для вас?

[indent]- О, нет, капитан. Спасибо. Все, что нужно, чтобы унимать мою боль - это бутылка доброго рома, да повязка, пропитанная коровьей желчью. Линч знает свое дело, - старик добродушно подмигнул Мордреду и по-свойски похлопал по плечу.

[indent]- Хорошо. Остаетесь за главного. Выберите десятерых вахтенных из тех, кто остался и давно не стоял вахту, остальные парни пускай идут в город, проветрятся.

[indent]- Так точно, капитан, - по-военному отсалютовал Харрис, а потом, уже тише, добавил, - Вам бы тоже проветриться, капитан. Не спешите слишком. Все равно будем стоять, по меньшей мере, дня три. А Неаль - очень красивый город, один из самых красивых, в которых мне доводилось побывать. Тут есть на что поглядеть.

[indent]Анна ничего не ответила старику, только тихо усмехнулась, да покачала головой. В этом был весь мастер Харрис - будучи старшим помощником, и неукоснительно соблюдающим все приказы подчиненным ( даже те, с которыми его мудрость была не согласна), Харрис умудрялся давать Анне отеческие наставления и проявлять почти родительскую заботу, и, шутка ли, эти наставления и эта забота были для капитана, порою, даже более ценны, чем неукоснительная исполнительность.
[indent]Спустившись по трапу на причал, Лавэй осмотрелась: в Неале она была впервые. Видела много раз на картинках, да из окна своей каюты. Но стоять на причале, а после - идти вглубь города, Анне еще не доводилось.

[indent]- Ну что же, мастер Линч. Раз вы знаете здесь мэтра Робера и его лавку, наверняка вы здесь уже бывали, и не раз? Прав ли мастер Харрис в том, что Неаль - один из самых красивых городов?

+1

8

- О, я надеюсь, однажды мои глаза покажутся вам красивыми настолько, что вы без опаски доверите мне и двадцать, и даже сотню дракаров, - беззаботно отзывается Мордред. Он ничуть не в обиде. К тому же повод ничуть не хуже других, чтобы прогуляться по городу с красивой женщиной. О том, что Анна Лавэй не только его капитан, но и женщина он старается не думать лишний раз. Но и не забывает.   
- Ром не по моей части, а во всем остальном всегда к вашим услугам, мастер Харрис, - не остается Линч в долгу. Умелый лекарь, благодаря легкому нраву, он сумел если не подружиться, то поладить со всей командой.
Мордред первым спускается на причал. Если Неаль и был наполовину разрушен драконом флинтовской ведьмы, здесь, в порту ничего не изменилось. Все та же деловитая суета, тот же шум и гам, запахи дерева, смолы, соли и рыбы и снующая во все стороны толпа матросов, торговцев, грузчиков, мастеровых  и прочего портового люда. Знай, береги ноги, голову и кошелек.
- Однажды, капитан. Я бывал здесь однажды.  Прожил  с месяц два года назад. Потом пришлось уносить на север ноги, пока не оборвали руки. И признаться, тогда я не очень обращал внимания на местные красоты. Хотите, проверим, что отстроили раньше, крепостную стену или рыночную площадь?
Да, близко к старому городу лекарь старался не соваться, но в порту и на окраинах, где и находил тогда себе пациентов, он ориентировался довольно уверенно. И безошибочно вывел Анну к улице, ведущей от порта вверх, свернул в сторону и довольно скоро остановился у  чистой, солидно выглядящей лавке с символом Гильдии на вывеске. Линч и не скрывал, что кроме профессионального, у него имеется еще и личный интерес посетить именно этого аптекаря.
- С мэтром Робером  я учился в Гильдии целителей, мы ровесники и почти земляки. Он в свое время решил, что ему лучше удается готовить снадобья, а не применять их. И тогда, два года назад только он поверил, что я не нарушал законов Гильдии, - это было почти правдой,  в Неале всерьез перепуганный  лекарь сидел тише травы и ниже воды, как мышь под веником, потому и продержался так долго.
- Я уверен, что у него в лавке найдется все, что нужно. А кроме того он балуется   продажей всяческих диковинок и редкостей, которые скупает у моряков. У него всегда найдется, на что посмотреть. Так что вы не заскучаете, пока мы поговорим о делах. Но вот магией он не занимается и амулетами не торгует даже втихую, - говорит словно между делом.
- И раз мы оказались поблизости от Суфолка, я хочу отправить домой с оказией письмо. Хоть мой родной городок далеко от Олдена, но я все же беспокоюсь.
Мелодично звякнул колокольчик, извещая хозяина о посетителях. В лавке после солнечного жаркого дня оказалось прохладно, сумрачно и пахло странно: смесь аромата трав, пряностей и еще чего-то непонятного, но довольно противного. Похоже пахло от самого Мордреда после того, как  он занимался изготовлением настоек, мазей и микстур.
Две стены были заняты полками, на которых теснился товар. Поближе к прилавку  - всяческие стеклянные и глиняные баночки, пузырьки и горшочки с неаппетитным содержимым, пучки сухих трав и туго набитые мешочки. На полках подальше – всяческие любопытные вещицы, не имеющие отношения к лекарскому делу. С потолка свисало чучело небольшого крокодила. Мордред смотрит на него и негромко насмешливо фыркает:
Мэтр умеет и любит подать себя и свои снадобья.
- Мэтр Робер? Мэтр?! - окликает он кого-то, кто чем-то шуршит и звякает за задернутой занавесью, прикрывающей проход за прилавком.
- Сию минуту, почтенные господа. Сию секундочку, - откликаются густым басом из-за занавески. И хозяин действительно появляется через минуту. Вглядывается в клиентов, щурится.
- Линч! – пухлый кудрявый аптекарь с некоторым трудом протиснулся между стеной и прилавком и обнял Мордреда, которому макушкой доставал аккурат до подбородка, - Стервец ты этакий, безрогий бык тебя забодай, сначала больше года не даешь о себе знать, а потом сваливаешься как снег на голову. Выглядишь лучше, чем в нашу прошлую встречу,  вижу, дела у тебя пошли в гору…  Капитан! – житель портового города, он безошибочно определяет род занятий Анны,  вежливо снимает шапочку и кланяется ей.
- Если вы наняли этого типа на службу, то знайте - он стоит каждой монеты, что вы ему заплатите и немного сверх того.
- Я к тебе по делу, Робер.
- Конечно. Неужели я мог подумать, что ты зашел просто меня навестить, - с ноткой обиды говорит аптекарь.
- Я  ведь пришел именно к тебе не только потому, что ты держишь лучшую аптеку на всем восточном побережье, - Робер всегда был падок на лесть. Линч это знает, и Робер знает, что Линч это знает, - Только сначала все же дело. Мне нужны вот эти снадобья, - Мордред кладет на прилавок лист со списком того, что он собирался купить, - И еще вот эти травы, - сверху ложится еще один – с перечнем ингредиентов для ведьмовского зелья.
Аптекарь внимательно изучает оба списка, бросает короткий внимательный взгляд на Анну, потом на старого приятеля. Может, бывший соученик и не разбогател, одежда у него все такая же потрепанная, зато из глаз исчезло то затравленное выражение, с которым он появился на пороге его дома больше двух лет назад.
- Лицензия ведь у тебя с собой, Мордред? Ты отлично знаешь, что без нее я не могу продать тебе ничего из того, что здесь написано.
- Конечно, - Линч достает из сумки свиток с печатью Гильдии, - Я бы не стал тебя подставлять.
- Тогда обожди, я посмотрю, что из этого у меня имеется. Сегодня было много заказов. К свадебным торжествам готовятся и лекари тоже. Пользовать тех, кто отметит праздник с особым пылом,    - аптекарь скрывается за занавеской в соседней комнате. Линч подходит к капитану.
- Будьте уверены, у него найдется все, что надо.
Он рассматривает безделушки, расставленные на полках. Фигурки из дерева, кости, камня и раковин. Резные коробочки и шкатулочки, изящные стеклянные флаконы всех форм и размеров, некоторые пустые, некоторые – нет. Внимание Линча привлекает бутылочка с густым маслом, в котором застыл маленький скорпион, окруженный мутным облачком.
- Многие верят, что такое масло помогает при укусе скорпиона, - указывает он на бутылочку, - А это что? – снимает с полки стоящую рядом шкатулочку с замысловатым рисунком на крышке и вертит ее в руках, пробует открыть, но шкатулка заперта и ничего похожего на замочную скважину не видно.

+1


Вы здесь » DORTON. Dragon Dawn » ИСТОРИИ МИНУВШИХ ЛЕТ » Лучшее "лекарство".