Нат
Очень плохой дядя и нелюбитель шуток, по всем вопросам
ICQ: 562421543
Нина
Кадамирская стерва, по вопросам дортонского сюжета
Skype: marqueese_
Анна
Суровый капитан Левиафана, по вопросам пиратского сюжета
VK: /monlia
Эдмур
Одинокий рыцарь, по вопросам дортонского сюжета
VK: /moralrat
Аликс
Девушка-загадка, по любым вопросам.
VK: /imlemon
11 КАНТЛОС - 10 САМИОНОС 844 ГОДА 4x01 Союз двух сердецFREYA WHISTLER
4x02 4x02 Hold the GATES! Edmure Harte

Благодаря усилиям лейфордской и кадамирской армии дракона удается прогнать с кровоточащей земли Дортона. Наступает долгожданный мир. Стефан заключает ряд договоров с мятежными графствами, в том числе с Руаширом, соглашаясь на брак Леонарда Мориа со своей сестрой принцессой Фреей. Он и не подозревает, что главная опасность его самодержавию стоит от него по правую руку. Между тем на Острове Сокровищ пираты находят то, что может полностью перевернуть ход истории...
28.06 Делайте ваши ставки, господа! Первое казино в Дортоне ждет своих гостей!
25.06 Прими участие в лотерее и конкурсе!
17.06 Обновился сюжет! После удалений освобождено 6 графств!
31.05 Сегодня последний день переклички! Успейте написать пост!!!
Вверх страницы
Вниз страницы

DORTON. Dragon Dawn

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » DORTON. Dragon Dawn » ИСТОРИИ В РЕАЛЬНОМ ВРЕМЕНИ » 4x03 Остров сокровищ


4x03 Остров сокровищ

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

4x03 Остров сокровищ

[indent]Пираты - известные авантюристы. Практически все, без исключения. Когда на бордель "Русалий Хвост" было совершено нападение фанатиков, после драки  с мертвого главаря нападавших был снят диковинный медальон. Вероятно, таинственный медальон с загадочными символами и вязью на нем так и остался бы просто красивой безделушкой, если бы Анна Лавэй и Мордред Линч не нашли в лавке аптекаря шкатулку, покрытую в точности такими же символами, что и загадочный медальон. Шкатулка оказалась замком, а медальон - ключом, что открыли для команды Левиафана кусок карты.

[indent]Как известно, если есть карта, значит - есть координаты, которые она указывает. Неизведанный доселе архипелаг, где-то в западных водах, судя по всему, являлся приютом несметных сокровищ. Именно туда, невзирая на все грядущие сложности и опасности, и отправился Левиафан во главе с капитаном Лавэй.

[indent]Но, как выяснилось, команда Левиафана были не единственными охотниками за затерянной наживой. Половина той самой карты оказалась в руках Дьярви Скаригарая, капитана фрегата "Химера". Будет ли это кровопролитная битва за несметные сокровища в забытых богами руинах, или обе команды, усмирив гордыню, сумеют договориться и действовать сообща? Каждый знает, что неизведанные земли полны диких тварей, а древние руины - потаенных смертельных опасностей, да и сокровища, сокрытые там, могут оказаться чем-то неожиданным.

Время и место19 эдриниос - 15 кантлос 844
архипелаг в Западных водах

ОчередностьMordred Lynch, Anna Lavey, Dyarvi Skarigarey, Jack Price

► Время ожидания поста - 3-ое суток, после которых очередь переходит к следующему игроку. Тот, кто не успел написать пост вовремя не должен ждать круг, чтобы сделать это - он может написать его вне своей очереди.
► Мастер эпизода Anna Lavey. Мастер эпизода будет уведомлять в ЛС о вашей очереди писать пост каждый круг.
[SGN].[/SGN]

0

2

- Земля!
Крик из «вороньего гнезда» заставил всех свободных от работ и вахты пиратов поспешить на нос «Левиафана», чтобы своими глазами убедиться в близости долгожданного острова и еще более долгожданных сокровищ. Первая часть плана похода к неизвестному архипелагу вот-вот должна была завершиться успехом. Все это время корабельный лекарь старался не думать о том, что будет дальше. Нет, способностей к сглазу он за собой не наблюдал, но и загадывать наперед не любил и порядком отвык.
- Четыреста девяносто один, четыреста девяносто два, - Мордред терпеливо считал всплывающие на поверхность снадобья пузырьки, хотя ему не меньше прочих хотелось выскочить на палубу и до рези в глазах всматриваться в сверкающую под солнцем поверхность моря, стараясь разглядеть сушу, -  четыреста девяносто девять, пятьсот, - он подхватил закопченный горшок тряпкой и быстро снял с огня. Когда отвар калганного корня немного остынет, его нужно будет процедить и раздать всем нуждающимся.
Признаться, лекарь и сам потихоньку пил отвар. Месяц эдриниос выдался  жарким и даже в относительной прохладе трюма солонина начала портиться, а пресная вода  быстрее обычного становилось затхлой. Джок обрезал совсем уж завонявшие куски и хорошенько проваривал остальное, да и пираты были привычны к подобной еде. Тем не менее животами периодически маялась большая часть команды, включая и лекаря. Собственные страдания Линч  успешно скрывал, не желая выслушивать насмешки. Над лекарем если и подшучивали, то  беззлобно. Но гордость Мордреда  предпочитала, чтобы шуток не было вовсе. Его работа на корабле была вовсе не такой легкой и чистой, как представлялось со стороны.   К тому же  он почему-то оказался полным бездарем в обращении с саблей. Во время плаваний и долгих стоянок его брались подучить и не однажды -   для пользы дела и  общего развлечения. Развлечение всякий раз получалось на славу, а вот пользы – ни на грош. 
А это плавание с самого начала получилось опасным и хлопотным. Началось все с пассажирки, которую капитан и квартирмейстер взяли на борт. Дама точно была из благородных и знатных. Достаточно было увидеть, как она себя держит. Происхождение и привычки не спрячешь под плащом. Расплатилась она, должно быть щедро, потому что ей выделили отдельную каморку, вернее, закуток на юте, где она и проводила почти все время. А на палубе появлялась не иначе, как в сопровождении Маклауда. Это Линч знал точно, потому что когда попробовал предложить леди свое общество в этих коротких прогулках, был послан боцманом по предельно краткому, хоть и анатомически невозможному маршруту.
Капитан условилась доставить пассажирку в Лейфорд, но до Лейфорда они не добрались.  Вернее, добрались, но уже без леди на борту. Близ берегов Кадамира «Левиафан» нагнали и окружили полдюжины      дортонских боевых кораблей. По правде, у Мордреда душа в пятки ушла, он уже почти приготовился снова повстречаться с пеньковой веревкой. Конечно, он знал, на что подписывается, поднявшись на борт пиратского корабля, но пожить еще хотелось. Пираты поспешно вооружались, на оружейных палубах готовили пушки, абордажная команда поднялась на квотердек, пока «Левиафан» разворачивался боком и уже готов был дать первый залп в безнадежном бою. 
И в этот момент флагманский корабль дортонцев поднял белый флаг – предложение переговоров. Условия были простые и ясные. Капитан «Левиафана» передает им свою пассажирку, а дортонцы уплывают и забывают, что  встретили пиратов в этих водах. В какой-нибудь балладе непременно отыскался бы благородный пират, грудью вставший на защиту прекрасной леди, попавшей в беду, но капитан Лавэй жила не в балладах. Так что пассажирку усадили в подошедшую с флагмана шлюпку, а пираты вздохнули с облегчением. Какое-то время у Линча вертелся на языке вопрос, вернули ли даме хоть часть платы за проезд, но это был не тот вопрос, который следует задавать вслух капитану или боцману.
- Наконец-то! – отвар был процежен через рединку,  и на этом возня  была закончена. Линч, морщась, отхлебнул пару солидных глотков горького маслянистого  варева и поспешил присоединиться к остальным и полюбоваться на появившуюся на горизонте коричнево-зеленую полоску острова. Это зрелище видел он не в первый раз, но впервые это было что-то по-настоящему неизведанное и интересное.

+3

3

[indent]Половина карты, что была в руках у Анны, могла показаться многим затрепанной мазней криворукого "картографа", но этот клочок, кем-то бережно завернутый в шелк и спрятанный в украденной у аптекаря шкатулке, буквально жег капитану руки. Она все вглядывалась в выцветающие чернила, в рваные очертания береговой линии, в плотные штришочки рельефа местности и смутные, пока еще не представшие глазам ориентиры, помеченные крестами, и вспоминала Лупоглазого Кастора. Его выпученный, лихорадочный взгляд, свисающую с подбородка слюну и трясущиеся руки, когда он рассказывал, как он и его команда чуть не сгинули в неизвестных водах. Учитывая, что медальон, открывший хранилище с куском карты принадлежал именно Кастору - не к этому ли острову он вел свой корабль? Не в этих ли водах их настиг штиль, и они лежали в дрейфе, сходили с ума и прощались с жизнью?

[indent]Наверное, им следовало обыскать труп Кастора получше, глядишь, нашлась бы другая половина проклятой карты. Лавэй была готова биться об заклад, что если у кого и была вторая половина - то только у покойника Кастора. Впрочем, они и без второй половины отыскали заветный путь, предвкушения и надежды подстегивали азарт, но нестись на всех парусах к долгожданному берегу было опасно - кто знает, какое здесь дно и каков берег. Не разведав дно, приближаться к острову было нельзя, поэтому, забрав у Мастера Харриса подзорную трубу и убедившись, что парень на марсе видит верно, повернулась к собравшейся команде.

[indent]- Спустить марселя! Готовить шлюпку на воду! Мастер Харрис, найдите мне шестерых, спустимся посмотреть, годится ли бухта к юго-западу для стоянки.

[indent]- Есть, капитан! Марселя спустить! Шлюпку на воду готовь! - старик Харрис, прихрамывая, спустился по трапу с бака и довольно крякнул, - Ха! Неуж смилостивился над нами бес морской! Бреннан, сюда иди, - крепкая жилистая рука ухватила здоровяка-Бреннана за предплечье, - Ты, О'Рэйли, Боб, Джек и Хью - идете с капитаном. И мастера Линча отыщи. Тоже пущай идет, а то мало ли чего.

[indent]- А доктор нам там на что, мастер Харрис? Он и гресть-то не умеет, небось, - озадаченно хмыкнул матрос.

[indent]- Отыщи, говорю, и не спорь. Он человек ученый, а место это - новое.

[indent]Новое место поражало своей дикой, сочной красотой даже издалека. Зелень, окутывающая  выросшую из пучины землю, казалось, была ярче той, что росла на пиратском острове тут и там. Говорят, что "у соседей трава зеленее", но эти кроны и впрямь были какие-то невероятно изумрудные. Зеленые в синеву, на них хотелось смотреть, и смотреть. А над зеленым пленом возвышалась гора. Красная, словно облитая кровью. Ровная, будто ее насыпали из песка и превратили в камень. Чаша дна просматривалась сквозь искрящуюся рябь воды далеко и глубоко: чистое, белое песчаное дно, из-за чего начало казаться, что остров этот, жгучая лазурь воды вокруг, изумрудная зелень и красная гора - мираж, морок.

[indent]- А дно-то... будто шелковое, как спинка у девки! Чтоб я сдох! Так и хочется рукой тронуть... - радостно заозирался по сторонам О'Рэйли, - Только рыбы совсем не видать. Да и поросли всякой...

[indent]- Коли часто будешь поминать костлявую старуху, накликаешь беду, дурень, - хмуро отозвался Боб, - А то, что рыбы нет - не к добру. Точно не к добру... А ну как вода ядовитая?

[indent]- Искупать тебя там, что ли? Заодно и узнаем, - хохотнул О'Рэйли, да принялся невесть зачем стягивать рваную во всех местах рубаху, явно намереваясь нырнуть в манящую, заигрывающую солнечными всполохами водицу.

+3

4

Кадамир, город Тарудант.

   Будучи беглым военным фрегатом Химера предусмотрительно держалась подальше от крупных кадамирских портов и службы береговой охраны. Сунуться нынче в один из них, и тем опасно искушать судьбу, приближая собственную голову к рукам палача, её капитана вынудило заманчивое письмо от старого, проверенного знакомого. В потёртом, долго добиравшимся до адресата конверте заключалось как раз то, что не могло не заинтересовать Дъярви Скаригарая –  обещание золота, и приглашение в авантюру.
Оставив Химеру под начальством старпома укрытой в одной из диких бухт, подальше от чужих досужных глаз, Дъярви, в небольшом рыболовном шлюпе, в компании одного из местных контрабандистов, поздним вечером добрался к Таруданту. Шустрая лодка высадила пирата на отмель поблизости к берегу, и сразу отчалила.
   Натянув пониже грубый капюшон заношенного плаща, и сделавшись похожим на одного из многочисленных бродяг, которыми кварталы бедняков были заполнены словно дешёвый матрас вшами, кадамирец, быстро передвигаясь по загаженным улочкам разыскал знакомый глинобитный домишко.

   - Надеюсь я не зря полез в это логово жалящих скорпионов, Агарес, и затея, о которой ты писал того стоит, - было первой фразой Дъяра, когда после условного стука он оказался внутри и присел за стол напротив приятеля детства – сына известного Эламского ростовщика Харама Деште, скупердяйством батюшки вынужденного ввязываться в контрабандные махинации, где ему и приходилось иметь совместные дела с пиратским капитаном.

   - Творец с тобой, друг, - суетливо разливая вино ответил хозяин дома, - Я всё понимаю, неужели бы заставил тебя рисковать головой ради какой-нибудь ослиной шкуры? Ты только послушай, мне удалось заполучить обрывок карты, который может привести к настоящему сказочному сокровищу!
Следующие пол часа Дъяр молча цедил вино слушая и удивляясь про себя как стремительно сдал его старый знакомец за каких-то несколько месяцев. Вещи болтались на молодом Деште как тряпки на пугале, смуглая кожа отдавала лимонной желтизной, руки подрагивали, а в густых тёмных волосах, добавляя лба, явно наметились залысины. Не замечая внимательного взгляда моряка Агарес взахлёб рассказывал о старой карте, которая отважившихся смельчаков может привести морским путём к богатствам, которых с лихвой хватит всем вернувшимся до конца жизни, ещё и детям останется.

   - Карту то покажи, - попросил Скаригарай, когда приятель несколько выдохся и принялся жадно заливать вино в пересохшее от воодушевления горло.

Он взял бережно поданный Деште неопрятный кусок, и усевшись ближе к масляной лампе принялся тщательно его рассматривать.

   - Я тебе клянусь, Дъяр, он настоящий! Ты же знаешь мой батюшка, что б порог Творца был ему пухом, хоть и желчный он был человек, ну да речь сейчас не об этом, - Агарес, нервически поблёскивая белками воспалённых глаз, продолжил речь, -  Мой батюшка принимал в заклад старинные вещи, и меня с малолетства заставлял носом водить по каталогами да архивными книгами. Я столько диковинок из разных земель видел, тебе и во сне не снилось! И я точно могу отличить рукописную поддельную фитюльку от старой мастерской работы! Поверь мне, это настоящая карта, ей множество лет – материал, чернила, сама манера изображения – всё прямо таки кричит мне об этом! Твоя Химера – отличное судно, команда послушается, куда бы ты их не повёл, мы с тобой добудем это сокровище, и ты сможешь купить себе весь кадамирский флот и любую аншанскую девку, или десять, что бы они тебе языками сапоги мыли!

   -  Старый Харам давно  отошёл в чертоги Отца? – рассеянно спросил Скаригарай, всё ещё не поднимая глаз от  переплетающихся на карте паутины бледных линий.

   - Неделю  назад, - почему то глухо ответил молодой Деште и осушил кубок одним глотком.

   - Так ты ведь теперь богач, Агарес, так? Зачем тебе рисковать животом, нестись на рога к Лукавому? Да и знаешь, карта может быть и настоящая, но куда мы по ней доберёмся, если ты сам мне с пеной у рта доказываешь, что она древняя до невозможности, а единицы линейного масштаба расстояний и разностей широт могли с тех стародавних пор измениться до неузнаваемости?

   - Не настолько она старая, умник, - сердито отозвался мужчина, - Ей около сотни лет.. И не криви наглую рожу! Расскажу  почему мне рвусь изо всех сил, раз иначе с тобой не сговоришся, а другого сумасшедшего капитана, что бы плыть неведомо куда я всё равно не сыщу, - Агарес достал из под стола новый кувшин с вином и разлил, - Этот кусок карты, - неохотно начал он, - Вместе с сокровищами к которым она ведёт, принадлежат моей невесте. Да, после смерти моего старика я богат, но она уверяет что в землях, куда ведёт карта, насильно изгнали её семью, лишив титулов, наследства и подчинённых территорий, и что не будет ей покоя пока не получит она свою законную долю, а значит не будет и мне. Потому что теперь она, - единственный алмаз моего сердца..

Скаригарай, после такого проникновенного тона так и ждал что молодой Деште сейчас бухнется на колени и начнёт биться лбом о землю  вознося молитвы невесте вместо Творца.

   - Слушай друг, - раздумчиво сказал мореход, - А я ведь и сам слыхал подобную сладкую басню про сокровища от одной шлюшки в Джалеби, и не так давно. Как она выглядет? Эта твоя…

   - Коатлике, - важно уточнил Агарес, - У неё древнее семейное имя.

   - Да к херам кракена мне имя, я спрашивал его буд-то, - нетерпеливо буркнул Дьяр, - Из себя, внешне, какая она? Не меднокожая сухая девка, жаркая, лицо с дичинкой, на пол задницы паук, и косы под седую кошку крашены? Хороший из меня угадчик, а?

   - Посмотришь когда отправимся в море, - неприязненно подобравшись процедил кадамирец.

   - Чего чего?, - вытаращившись недобро переспросил Скаригарай, отставляя недопитый кубок, - Ты хочешь сказать что эта, окрутившая тебя ушлая девка, которая любому  сосала за пару фелов по первому свисту, поволокётся с нами на край света на моей Химере?

   -  Это непременное условие, - нагнув голову упрямо как баран заявил Агарес, - Карта принадлежит Коатлике, и без неё к сокровищам нам всё равно не пробраться!

   - Ну я знал, что от блядин много какой залуподряни можно подцепить, но что б ещё и размягчение мозга до говна, - первый раз вижу, - обозлился Дъяр, - Ищи ка ты друг, для своего ахуительного путешествия другого напарника по идиотизму.

   - Не торопись, капитан, а то успеешь, да не туда куда думал.

   Стоявший уже в дверях Скаригарай обернулся, но не столько из за слов, сколько из за тона приятеля детства. Губы Деште кривились, с них срывались истерично глуповатые смешки. Руки дрожали и постоянно тёрли друг друга, словно их хозяин пытался смыть с  них без воды что то очень липкое и противное.

   - Ты что, гнилостная душонка, накаркал  про меня бравой страже?

Агарес, продолжая хихикать закивал головой, но увидев что Дьяр потянулся к ножу поспешил упредить:

   - Ещё не совсем, но они поблизости. Так что садись, капитан, может всё таки договоримся.

Скаригарай артачиться не стал- неспешно уселся обратно за стол.

   - Может и договоримся, вино то ещё есть? Доставай… друг.

   Шесть кувшинов спустя раздор между бывшими приятелями казался забытым, на столе валялись кости, россыпи монет и не подписанный договор, было не до него – шла игра на доли будущего богатства. Радостная лихорадка Агареса уступила место хмельной слабости, он едва ворочил непослушным языком и всё пытался в чём-то оправдаться Дъяру. Когда темнота южной ночи окончательно сгустилась, а масло в лампе выгорело почти до донышка, сын растовщика проиграл мореходу в кости и своё будущее богатство и кусок загадочной карты и свою меднотелую невесту.

   - Пришибить бы тебя, шакалий сын, - мстительно пробормотал сомлевшему Деште Скаригарай, пряча свёрнутую карту за пазуху, - Да чую ты и так на этом свете сильно не задержишься, и девка твоя самолично кишки тебе на шею намотает. Прощай, хворый, гадкого утра.

   Отыскав лестницу на второй этаж,переместившись с неё  на крышу, Дъярви, совсем немного покачиваясь, перебираясь с дома на дом, благополучно выбрался из лабиринта сонных крыш, и дождавшись в условном месте проводника, уплыл к стоянке Химеры. Спустя неделю чёрно красный фрегат, загрузившись больше чем обычным грузом провизии, отправился в открытые море в одному Лукавому и своему капитану известном направлении.

Ядовитое море, несколько недель спустя, окрестности неизвестного архипелага.

   Насмотревшись на буйство зелени под сверкающим солнцем и промерив глубины вдоль береговой линии нанесённой на обрывок карты экипаж Химеры отправился дальше, огибая незнакомую землю и углубляясь в отсутствующую на карте область.
Вид покоящегося в дрейфе тёмного галеона, внезапно развернувшийся перед идущего левым галсом фрегатом моментально нарушил идиллически безмятежное настроение, мягким коконом  окутавшее кадамирцев под очарованием окружающих красок.

   - Ого, да у нас тут братья по человеческому разуму обретаются, - присвистнул Скаригарай, разглядывая в подзорную трубу Левиафан.

   - Какие же это братья? Клянусь сердцем шторма, самые настоящие морские проходимцы, - хмуро отозвался Самшир, заслоняясь ладонью от слепящего солнца и вглядываясь, - Конкуренты на наше золото.

  - Лукавый с тобой, чудак человек, да нет там никакого золота, заколебал ты меня с ним уже  хуже тухлой селёдки, - проговорил Дьяр в сотый раз. Препирательства на тему существует ли драгоценный клад посреди моря длились между капитаном и старпомом на протяжении всего нелёгкого пути с переменным успехом в зубоскальстве. Главный помощник Скаригарая сразу истово уверовал в несметные чужеземные богатства и ни в коем случае не желал отказаться от своей мечты.

   - Зато есть места для удобных стоянок, и вот здесь нам конкуренты не нужны. И такой здоровый корабль сейчас нам тоже никуда не впился, на дно ему прямая дорога, - отвернувшись от галеона Дьяр начал раздавать команды, готовясь провести атаку. Не сбавляющая хода, быстро режущая острым носом Химера ощетинилась начищенными жерлами пушек. Канониры подкатывали книппеля, готовили порох, пыжи и вёдра с водой, марсовые разбежались по своим местам и застыли в ожидании.

   - Капитан, видел?, - старпом указал рукой на качающееся в волнах пятно, -  Там шлюп этих пришлых, да плывёт как то боком, словно квелая, видать сносит течением, и прямо под нас и и втащит, как подмасленных.
- Ага, видел, - осклабясь ответил Дьяр, снова приставляя к глазу трубу и рассматривая борящихся с волнами людей на вёслах, - Одни щепки от них после нашего киля останутся, да ворох кровавых тряпок, а кто целым вынырнет- отправиться в гости к акульему богу, вон плавники его отродьев маячат.
Вглядываясь в стремительно приближающееся утлое  судёнышко капитан вдруг скрипнул зубами, помянул нехорошим словом чью то лукавую мать и бросился к штурвалу, оттолкнув старпома.
   Чёрно красный корпус летящего полным курсом фрегата резко привалился к ветру, и взметнув солёную пенистую волну ушёл в крутой бейдевинд левого галса, пытаясь миновать захваченный течением шлюп.

Свернутый текст

Перемещение лодки  в морском пространстве  согласовано с ГМ эпизода (:

Отредактировано Dyarvi Skarigarey (05.12.2017 09:22:49)

+4

5

Всё время плавания Джек находился в радостно-возбуждённом состоянии. Ну, всё время, не занятое изнурительным трудом, рутинной скукой или тем сложным спектром ощущений, которые причиняла еда. Просто удивительно, сколько в мире было способов приготовить пресное разваренное мясо. В остававшиеся после всего этого полчаса он как раз и занимался тем, что предвкушал предстоящее событие. Подумать только, настоящие сокровища. В том, что касалось пиратов, Джек придерживался мнения, что нынешние пираты уже не те. Вот раньше они пиратствовали со стилем – закапывали клады, тратили время на то, чтобы нарисовать карту, а потом запрятать её кусочки по разным частям света по тщательно спланированной схеме, а время от времени пускались в плавание на край света и сражались с морскими чудовищами. То ли дело современное поколение - работает спустя рукава, все деньги спускает в борделях, совсем не заботясь о своих последователях, а единственным морским чудовищем, с которым он сталкивался, был их кок.

Поэтому он с величайшим воодушевлением воспринял новости об их новом плавании, и теперь протолкался в первый ряд на носу, желая как можно получше разглядеть остров и не стесняясь раздать пару тычков локтями тем, у кого было другое мнение по поводу распределения мест.

Остров был самым обычным островом. Во всяком случае, никаких охраняющих сокровище диких племён, древних руин или хотя бы маленького лабиринта он не заметил. Сначала Джек слегка разочаровался, но потом смекнул, что только последний идиот станет прятать клад на каком-то заметном и бросающемся в глаза острове, куда все примутся ломиться просто чтобы как следует налюбоваться им. Нет, конечно, заурядность этого места была практически железным доказательством того, что они на правильном пути.

Окончательно он воспрял духом, когда услышал, как Харрис каркает его имя среди тех, кому предстояло первыми туда отправиться. Впрочем, он бы и сам вызвался. Всяко интересней, чем слоняться по кораблю и ждать. К ним ещё зачем-то подрядили и доктора, к которому Джек относился с отдалённой доброжелательностью, как большинство людей относятся ко всем докторам мира: люди они полезные, конечно, и уважаемые, но это же не повод быть с ними на короткой ноге. Он даже похлопал его по плечу, пребывая в благодушном настроении.

- Не переживай, док. – Сказал он дружелюбно. – Может, найдёшь там новую травку какую-нибудь, то-то тебе будет радости.

На спектре образованности Джек находился где-то за чертой, отмечающей пятилетних детей, единственным научным методом признавая инструмент Все Же Знают, а потому всех учёных причислял к одной единой и неделимой категории людей, занимающихся абсолютно одним и тем же. Все они, по его мнению, проводили слишком мало времени на свежем воздухе, были сами не свои до колб и странных жидкостей, постоянно пялились на звёзды и куски камня, а также страшно гордились умением писать, как будто записав мир словами на листе ты надеваешь на него ошейник. В результате он достаточно смутно представлял, что должно казаться Линчу интересным, но подозревал, что там наверняка будут числа или новый порошок, который можно засыпать в колбу и быть в восторге от происходящего.

Уже в шлюпке, привычно и механически налегая на вёсла, Джек задумчиво смотрел на кровавую гору, огромной макушкой торчащую над островом, и вполуха слушал возникшую перепалку. Как ему казалось, О’Рэйли годился как раз в основном на то, чтобы проверять, ядовитая ли вода, и это могло бы стать пиком его полезности в карьере, но тут он заметил неладное и тяжело положил руку ему на плечо.

- Подожди, дурак. – Сказал он тоном человека, охотно готового указать на то, какую промашку ты допустил и не скрывающего своего удовольствие от ситуации. – Течение видишь какое? Утащит, будешь потом вплавь до корабля добираться, если в море не вынесет.

Он посмотрел за спину О’Рэйли и застыл с вдумчивым выражением.

В последний раз, когда он смотрел на это самое море, там было гораздо меньше чужого фрегата.

- Капитан. – Сказал он таким же вдумчивым голосом. Это был голос человека, столкнувшегося с большим объёмом информации, в сути которой он пока ещё до конца не разобрался, но уже пришёл к выводу, что добром это не кончится. Причём он был настолько спокойным, что поневоле заставлял встревожиться и начать искать подвох – что могло заставить человека так тщательно убирать из речи все намёки на панику. – Капитан, корабль.

Джек попытался прикинуть, куда их принесёт течение. Он готов был поставить последнюю монету на то, что уже знал ответ, но заставил себя выкинуть его из головы и на всякий случай проверить, мысленно прикинув скорость и курс их шлюпки и неизвестного корабля, этой пары, в которой соотношение массы, численности и опасности было значительно смещено в одну из сторон.

Он выиграл сам у себя одну монету и отчаянно налёг на вёсла, пытаясь развернуть шлюпку.

+3

6

[indent]Корабль, мгновенно похитивший все внимание Анны, казался смутно знакомым. Впрочем, так можно было сказать про любой корабль, который Лавэй видела хотя бы один раз в порту Фого, но не про "Химеру", чье имя врезалось в память. Красно-черный фрегат, возникший, будто бы, из ниоткуда, знали многие, даже не видя его ни разу "живьем". Про Химеру много болтали. Невероятно маневренная и быстроходная, словно сам Лукавый дует ей в паруса. Команда - сплошь кадамирцы, чье второе имя - жестокие безумцы. Молва любила "Химеру", вероятно, слишком сильно, потому что рисовала и корабль, и саму команду кем-то, с кем и впрямь лучше не встречаться. Но если черно-красный фрегат, покусившийся на их остров, и был той самой Химерой - эту встречу капитан Лавэй ждала долго. Жаль только, что состоится она при нынешних обстоятельствах...

[indent]- Навались, парни! Меньше сотни ярдов до берега! - гаркнула Анна, с удивлением отмечая, что корабль их обходит стороной. Она суетливо достала из-за пояса небольшое зеркальце, чтобы дать команду тем, кто был на Левиафане. Три сигнала через короткий промежуток - двигаться к бухте и не стрелять.

[indent]- Капитан, течением сносит прямо под фрегат! - Боб, казалось, уже начинал отчаиваться, и был готов бросить весла, да сигануть в воду, чтобы вплавь добраться до изумрудного берега, - Слишком мало весел! Не вывернем!

[indent]- Вывернем. Навались ещё! Ещё! - перекрикивая плеск воды и страх, снова рявкнула Лавэй, срывая голос. Проклятое течение, казалось, здесь только усиливалось, делая какой-то зигзаг. Шести пар весел и впрямь было мало, необходимо было что-то сделать. Лавэй выглянула за борт, чтобы посмотреть, как лежит на дне песок. Необходимо было понять, с какой стороны бить волной по борту, чтобы выпутаться из проклятого течения, словно из силков Лукавого.

[indent]- Весла под планширь! Держаться крепко!!!

[indent]Наверное, это большой подарок судьбы, матери и Лукавого, что Анне досталось умение "разговаривать с водой", как называла это мать. От умение шептаться с пламенем или землей, в этой ситуации,
было бы куда как меньше толка. Лавэй, рискуя вывалиться из шлюпки, наклонилась за борт,
и погрузила обе ладони в толщу воды, пытаясь мысленно "ухватить" энергию стихии, и заставить подчиниться.
[indent]Волна, ударившая шлюпку по левому борту, оказалась чересчур сильной (Лавэй явно перестаралась), и не только вытащила посудину из течения, но и вынесла, перевернув, почти на самый берег. Отплевываясь от соленой воды и переводя дыхание,  Анна вброд выбралась на берег. Кажется, руки-ноги были целы, клинки все еще в ножнах на поясе, кусок карты - под доспехом. Только зеркальце, с помощью которого она могла посылать сигналы на корабль, было утеряно.

[indent]- Вот те на те, я чуть в штаны не наделал, - сквозь нервозный смех признался Хью, выползая на берег вслед за капитаном, и отжимая от воды свою длинную рыжую шевелюру, - Наши все живы? - отдышавшись, спросил Хью, и принялся озираться по сторонам.

+3

7

По Химере, лёгшей в дрейф, прокатился приказ отмены атаки и начали готовить шлюпки. Дьярви, стоя на квартердеке со своими офицерами, намётанным глазом обозревал задраенные порты Левиофана, оценивая серьёзность его огневой мощи.

   -  Пять человек вахтенных, со мной на берег, остальные снаряжают вторую шлюпку. Перепроверьте оружие и всё для лагеря, дожидайтесь сигнала, Калиб, остаёшься за главного, - Скаригарай хлопнул по крепкому плечу невысокого штурмана, низколобого и серьёзного, - Уведи корабль глубже в пролив, и пока не дадим с берега знак, никто что б не расслаблялся и пузыри носом не пускал, Лукавый знает, до чего мы там договорился. Самшир, ты со мной.

   Команда, только что беспрекословно готовая наброситься на численно превосходящий галеон, так же дисциплинированно и споро принялась выполнять новые распоряжения своего капитана, привыкнув слепо доверяться его решениям. Крупные корабли не редко бывали жертвами Химеры. Убаюканные чувством ложной безопасности, внушённое слоновьими размерами собственного корпуса и значительным экипажем, они надменно следили за одиноким пиратским фрегатом, не ожидая открытия боя. Расстояние таяло -  морской хищник налетал вихрем, наносил прицельно громящие удары, и разворачивался, уходя от рявканья пушек, пользуясь своей маневренностью и музыкальной работой опытной команды с парусами. Случалось, что добыча оказывалась не по зубам, и тогда Химера не чуралась стремительного бегства, но в большинстве случаев Лукавый благоволил кадамирцем. Схватка могла завершиться после первого же залпа, или затянуться –  зависело от того, насколько был благоразумен капитан галеона, и сколько трусливой крови приходилось на его экипаж. Сговорчивость в выкупе настраивала пиратов на благодушный лад, а сопротивление раззадоривало жажду бойни – тогда они быстро грабили тонущий корабль, забирая самое ценное, и оставляли щедрую трапезу акулам, не заботясь о побеждённых.
Нападение на Левиафан, было рисковым но не безнадёжным делом. Оглядев своих офицеров Дьяр почувствовал невысказанный вопрос, им было любопытно, что заставило их бесшабашного капитана отказаться от схватки.

   - В шлюпке была женщина, она морская ведьма, - негромко и внушительно произнёс Скаригарай, - Такие держаться за жизнь с остервенением диких камышовых кошек, и настолько вероломны, что способны мстить даже после смерти. Их надо наблюдать и использовать…А если бить, то в самое уязвимое место - насмерть. Тем более, - продолжал мореход обычным тоном, спускаясь с квартердека, - Нам предстоит обогатительная прогулка в глубь острова, и заботливые руки не отнесут нас туда в паланкинах, трогательно обмахивая опахалами от малярийных мух, - офицеры шли следом, матросы приостановили работы, скаля в улыбках зубы на разглагольствования своего вожака, - И компания таких же морских бродяг как мы, а судя по кораблю и обветренным маргинальным рожам, глазеющим на нас с палубы, галеон принадлежит  славному береговому братству воров и пиратов, может оказаться совсем не лишней среди ядовитых клыков и когтей доморощенного животного царства - ведь только морскому богу доподлинно известно  что за фантастические твари тут обитают.

Шлюпка с семью кадамирцами отошла от дрейфующей Химеры, и удачно проскочив тихий виток коварного течения, чуть не испортившего день людям с Левиафана, ткнулась брюхом в мелкий песок на расстоянии мили от Анны и её компании.

   - Самшир и Маракс идут со мной. Молча и с умным видом, руки держат на саблях, на бабочек и цитрусы не отвлекаются, - распорядился Скаригарай, - Альхаг, командуешь остальными - готовьте сигнальный костёр, присмотрите место под временный лагерь, друг друга из вида не терять, в нашу сторону головы регулярно поворачивать, - всем всё понятно? Шевелимся тогда.

   - Дьяр, нас семеро, - заговорил азартно верзила старпом, отведя капитана в сторону, - И там семь, из них двое – худосочный щенок и подстилка всерьёз не идут. Давай нагрянем и просто повяжим их, к анусу кракена? А потом будем диктовать любые условия на дальнейшую дорогу, ведь нужны же им их головы на плечах? Или ты не выдумал что видел ведьму?

   - Ну во-первых не выдумал. Во-вторых, - подпишут они любой договор пока мы будем им зубы расшатывать, а дальше что? – Дьяр машинально свернул и прикурил самокрутку, но затянулся всего раз - под палящим солнцем горячий шершавый дым драл горло не хуже дешёвой перцовой настойки, - Потом они явно будут хуевато к нам расположены, и попытаются изощрённо расквитаться за обиду при первом удобном случае. Сделав его для нас неудобным. Ты сам разе не так бы поступил? Предлагай уж сразу порубить их в капусту, на какую русалью звезду нам огорчённые убийцы за спиной? Мы на переговоры идём, исправь зверскую рожу на задумчивую.

   - Я думал ты приврал ребятам малёх, а сам просто пожалел смазливую кралю топить, - пожал плечами старпом, - Но коли она правда ведьма, то тем более надо всем идти, а то может ты на переговоры, а они сейчас шушукаются  как нам вонючим колдовским песком глотки заткнуть.

   - Приговорённый к верёвке не сгорит и не утонет, - беззаботно ухмыльнулся Дьяр, - Слушай, брат, да ты трусишь что ле? Ну так иди, эбонитовые палочки на костёр собирай, я с Мараксом быстрее обернусь, он хотя бы не гундит на ходу с перекошенным от постоянного недовольства хавалом.

   Последняя издёвка возымела действие- старпом заткнулся и угрюмо затопал следом чуть приотстав.
Что бы не печься под жгучим солнцем кадамирцы ушли в тень нерешительно подступающего на отмель леса. Жёсткие клеёнчатые листья, густо изумрудные, среди пучков красных колючек, чешуёй простирались с веток деревьев, образуя постепенно густеющую, шатровую крону. Здесь под ногами ещё шуршал песок в перемежку с торфом, а дальше в лес чернела устланная травами маслянистая земля, плелись карамельные лианы и хрипло перекрикивались птицы с цветочным оперением.

   Анна и её люди, оттащив лодку что бы не унесло приливом, скрывались от зноя оприходовав сухой поваленный ствол. Кто сидел, кто облокотился, кто задумчиво слонялся по близости, ковыряясь щепкой в зубах. Они, несомненно видели, что к ним направляются незваные гости, которые, как известно, могут быть хуже Ричмондов.

   Трое заявившихся кадамирцев были одеты практически одинаково, в привычный наряд мореходов – кожаные штаны, рубахи, сапоги, все тёртое, ладное. Деталью их пряной родины были широкие цветастые пояса, а указанием шального образа жизни – по тяжёлой абардажной сабле, заткнутыми за них, по паре ножей на каждого, да особенный перелив блеска в глазах, характерный для людей привыкших к дыханию смерти в лицо. Вившаяся по клинку и рукояти мастерская чеканка единственно чем могла выделить Дьярви.

   - Как вам нынешние морские воды, господа плавающие путешествующие? – не чинясь и не напрягаясь  придумать остроумного начала беседы заговорил Скаригарай как только оказался напротив Анны и сидящих рядом с ней матросов, - Я с товарищами специально совершил небольшую прогулку, что бы пожелать вам доброго дня, и поинтересоваться какого фалоса кракена вы оказались на этом берегу? Вдруг наши интересы окажутся в сомнительной близости.

   Тон кадамирца был расслабленный, но глаза цепко оббежали всех возможных противников, задержавшись на Анне. Зрение не подвело капитана, выхватив из памяти давно забытое лицо, а с ним и голос, запах, паутину волос и красный морок мятого шёлка. С такой ясностью и неоспоримостью мелких деталей, словно Самайн был десять дней назад, а не десять лет. Лукавый правда знает на удачу или беду.

Свернутый текст

Привал Анны и компании согласован с ГМ эпизода (:

Отредактировано Dyarvi Skarigarey (31.01.2018 09:09:16)

+3

8

- Грёбаный О’Рэйли. – Сказал Джек, и это были его первые слова, после того как он откашлялся от вонючей морской воды и сделал большой глоток воздуха. Сложно было сказать, в чём конкретно он обвиняет по большей части непричастного к произошедшему человека, но Джеку нужно было куда-то направить свой гнев, и он вцепился за первую возможность, которая пришла ему на ум.

Когда их лодку потащила непонятно откуда взявшаяся волна, Джек не сразу сориентировался, и продолжал ещё какое-то время панически грести веслом по воздуху, с некоторой задержкой соображая, всегда ли вода находилась сверху и насколько обычно для лодочных прогулок вылетать из лодки вверх тормашками.

Закончить мысль ему помешал чувствительный удар о мягкий песок дна, а потом что-то ещё приложило его сверху, Джек принялся барахтаться, вынырнул на поверхность, кто-то заехал ему по лицу сапогом, он рванулся куда глаза глядят и выбросился на берег, жадно хватая ртом воздух, как доисторическое чудовище, решившее впервые попробовать что-то новенькое и взглянуть на сушу.

Только тогда он смог придти в себя, с некоторым усилием сконцентрировавшись на происходящем, и понял, что до сих пор сжимает в руках весло, надёжно укрыв его телом, как будто именно оно нуждалось в спасении больше всех. Хотя в их сработавшейся паре Джека и весла только один из партнёров был деревянным и непотопляемым, и это был не Джек.
Именно тогда, переполняясь чувствами, Джек выпустил их на волю единственным способом, который смог придумать, как следует выругавшись.

- Грёбаный О’Рэйли. – Проклял он его и только потом оглянулся. Вдруг предмет его ненависти утонул, что будет большим подарком для всей сферы мореплавания в целом. Но нет, сукин сын был в полном порядке, сидел себе на берегу и пытался вытряхнуть воду из уха. И Джеку начинало казаться, что это именно от него он получил по лицу не так давно.

Переведя дух, Джек поднялся и принялся приводить себя в порядок, что в основном заключалось в мрачном потряхивании конечностями в попытках вытрясти воду. Толку от этого, конечно, было немного. Промок он до нитки, так что оставалось только сушиться на солнце, которое, к счастью, не жалело усилий и грело что надо.

Усевшись подальше от кромки берега, Джек прищурился и стал разглядывать корабль, который чуть не стал их погибелью. Не было никаких сомнений, что его хищный силуэт несёт дурные вести для их экспедиции. Особенно тревожно стало на душе, когда от корабля отделилась небольшая шлюпка и направилась в сторону острова.

- Кадамирцы. – Сказал, ни к кому особо не обращаясь, Джек. Сняв один сапог, он вытряхнул из него воду и маленького краба, который тут же с крайне осуждающим видом заковылял прочь. – Конечно это проклятые кадамирцы. Как бы в драке сохнуть не пришлось.

Уже позже, когда они перебрались в тень, а кадамирцы пристали к берегу и неторопливо шли к ним, Джек с напускным невозмутимым видом сидел на поваленном дереве и смотрел за приближающейся компанией вдумчивым взглядом профессионала, который всегда готов к тому, что встреча закончится поножовщиной. Их было семеро, но Джек всё же казалось, что силы в случае чего будут неравны.

- Одно слово, капитан. – Негромко сказал он, когда кадамирцы были уже совсем рядом. Достав маленький метательный нож, который, к счастью, не унесло при их кораблекрушении, Джек принялся флегматично метать его в песок у себя под ногами. Не было нужды уточнять, что последует за этим одним словом и что это вообще за слово должно быть, это было понятно и без того.

+3

9

Грести лекарь умеет лишь чуть лучше, чем фехтовать, потому если можно без него обойтись – обычно обходятся. Но даже напрашиваться на остров изнемогающему от любопытства Линчу не приходится, Бреннан отыскивает его и говорит, что мастер Харрис велел идти к шлюпке и отправляться на берег.
И поначалу все складывалось как нельзя лучше. Солнце отражалось в воде так ярко, что слепило глаза, остров манил изумрудной зеленью и обещанием несметных сокровищ, а вода была прозрачной, как самое дорогое стекло. Линч, щурясь от пляшущих по воде бликов,  разглядывал то остров, то словно выглаженное неумелой хозяйкой  - складка на складке - песчаное дно и в пол-уха прислушивается к вечному паникеру Бобу.
Но счастье длится недолго. Ровно до тех пор, как  Джек заметил чужой корабль.   Нет, вначале возле берега обнаружилось слишком сильное течение, потом появился фрегат, потом   шлюпку начало сносить в аккурат под нос чужого корабля…
- Навались, парни! Меньше сотни ярдов до берега! Вывернем. Навались ещё! Ещё!
- Линч! – гаркнул Бреннан, сидевший на банке сразу за Хью и не тративший время на политесы, - не хлопай ушами, берись  за весло на пару   с Рыжим.
Прозвучало это как нельзя вовремя – лекарь как раз начал впадать в тихую панику. А тут вместо того, чтобы сползти на дно шлюпки и зажмуриться, пришлось быстро хвататься за шершавую, чуть влажную от вспотевших чужих ладоней рукоять и грести изо всех сил, чувствуя, как течение так и норовит выдрать весло из рук.
Он сидел спиной к капитану и не видел, чем именно она занята. А когда прозвучала команда,  замешкался, не сообразив вовремя, куда девать весло и где этот самый планшир, когда все вокруг завертелось.  Невесть откуда взявшаяся высокая волна ударила в борт и конкретно, в лопасть его весла,  лодку потащило вперед, а сам Линч летучей рыбкой  выпорхнул из шлюпки, в первый и в последний раз продемонстрировав на практике правило рычага в полевых, то есть в морских условиях. 
Летел он недалеко, вода оказалась теплой и неожиданно жесткой. С перепугу лекарь забарахтался, глотнул горькой воды, зачерпнул руками песок и обнаружил, что собрался тонуть почти что на берегу, где глубина – ему до колена. Кашляя и отплевываясь, он выбрался на берег, по пути определив в виноватые фрегат, его чортова капитана и клепаную команду, с наслаждением живописав их  интимную жизнь с крысоухими зайцами и вшивыми жеребцами. К тому времени, как он оказался на песке, пыл и фантазия  подиссякли, зато пришло осознание того, что этот Творцом забытый островок – не порт в Неале и случайно тут никакой корабль не окажется.
Первым делом Линч проверил свою драгоценную сумку. Все в порядке, все цело. Вторым – огляделся и быстро пересчитал своих. Третьим – убедился, что два ножа в потайных ножнах в рукавах остались на месте. И засапожный кинжал  на месте. А он еще не хотел покупать эти сапоги, все казалось, что голенища тесноваты.
- Все живы, - сообщил он скорее, чтоб не молчать, - И все целы.  Не ядовитая здесь вода, - это уже нарочно для Боба, - а что  водорослей нет, так  течение вон какое сильное.
Сам Линч  ободрал щеку о подвернувшийся на дне камень и из ссадины  сочилась кровь. Он вылил воду из сапог, стащил ставший тяжелым дублет и попытался его выкрутить, но быстро плюнул на это дело и  остался в тонкой сорочке. 
- Что-то многовато здесь становится народу для никому не известного островка, которого и на простых картах-то нет. Да еще в тот момент, когда мы здесь оказались? - негромко высказал он вслух свои сомнения.
Шлюпку маленькая команда  вытащила на берег и расположилась подальше в тени. Вот так спокойно сидеть и смотреть на приближающихся кадамирцев Линч не мог и бродил вокруг, то нервно заплетая липкие от соли волосы в куцую косичку, то поправляя манжеты сорочки, закрывавшие ножны.  Да, он боялся. Ничего хорошего кадамирские гости не сулили. Вели они себя слишком уверенно для троих против семерых, а самообладания умелого бойца Мордреду не хватало. Он и бойцом-то не был.   И сразу вспомнилось, что у Анны на руках только половина карты. То есть вторая половина где-то до сих пор спрятана.

Отредактировано Mordred Lynch (06.03.2018 21:10:30)

+3

10

[indent]- Что-то многовато здесь становится народу для никому не известного островка, которого и на простых картах-то нет. Да еще в тот момент, когда мы здесь оказались? - Доктор Линч примерно повторил то, о чем думала Лавэй, не выпуская из внимания Химеру, да спущенную оттуда шлюпку.
[indent]- У меня есть только два ответа, Линч. Либо у этих стервятников есть вторая часть карты, либо они все это и устроили, чтобы перерезать нам глотки. Только вот какой им с этого прок?
[indent]- Знамо дело! Прирезать команду и перетаскать с Левиафана пушки! - сердито сплюнул на песок О'Рэйли, - Все знают, что наши пушки  - одни из лучших.
[indent]- Пальцем в небо, О'Рэйли. Почем им знать, что сюда придем мы, а не какое-нибудь корыто? Дело не в пушках, только если они самолично не надели амулет-ключ на шею Лупоглазому, потом отправили его поджигать чертов бордель, и не подсунули аптекарю шкатулку с нашей картой. Скорее всего, их точно так же принесло сюда за золотом...

[indent]Тем временем, трое кадамирцев неторопливо, даже вальяжно приближались, словно они тут хозяева.
[indent]- Одно слово, капитан, - негромко проговорил Джек, и его метательный нож глухо воткнулся в песок под ногами.
[indent]Ответом для Джека стал короткий кивок и цепкий, сосредоточенный взгляд. Жаль, что люди еще не нашли способа разговаривать взглядами так, чтобы было понятно безо всяких сомнений и разночтений каждое движение брови, века, каждой морщинки. Тогда бы Джек услышал, что, в случае драки, брать надо именно Скаригарая. Брать, но не убивать. Нож к горлу подставить, возможно, даже кровь пустить. Но без капитана команда - что рыба без головы. Помашет-помашет хвостом, да и сдохнет.
Вот он, капитан "Химеры", Дьярви Скаригарай. Угольно-черные волосы кое-где посеребрила легкая седина, лицо подобветрилось, черты заострились. Взгляд, будто бы, стал тяжелее и злее. Впрочем, это тогда он смотрел на нее, как кот на сметану, когда они не были должны друг другу ничего, кроме хорошего траха и золотого дракара. Или почти ничего...
[indent]Анна поймала себя на паскудной мысли, что ей не хочется доводить это дело до резни, только потому что это - Скаригарай. Стой здесь, перед ней, и ухмыляйся эдак нагло кто-нибудь другой, она давно бы выпотрошила "конкурентов" на ее золото как рыбок. Впрочем, сперва бы узнала, каким гребаным ветром их сюда притащило, больно уж любопытно. А любопытство - это хуже, чем голод плоти, если его не удовлетворить, оно будет разъедать твои мозги до самой смерти. Узнать, как их сюда занесло, и уж потом бы точно выпотрошить как рыбок, даром что это кадамирцы, которых учат махать ножами прежде, чем те познают радости рукоблудия.
[indent]Что скрывать - она его хорошо помнила. И это ее бесило. Бесило, что вдруг, непонятно по какой причине, ей не хочется решать дело по-старинке. Очевидно, повисла довольно долгая пауза, и, Лукавый знает чем думая (вероятно, задницей, что упорно нарывалась то ли на приключения, то ли на хорошую взбучку), вылез вперед Хью:

[indent]- Наши интересы почти наверняка окажутся в близости, кадамирец, только если тебе не интересно прогуляться на фаллос к кракену. Тогда уж вряд ли.
[indent]- Хью, я разве давала тебе слово? - холодно прервала рыжего Анна.
[indent]- Простите, капитан. Больно уж рожи их самонадеянные бесят. Но я молчу, молчу.
[indent]Анна перевела взгляд с Хью на Скаригарая.
[indent]- Капитан Скаригарай, какая неожиданность, - с нарочитой язвой в голове начала Лавэй, - Мы здесь по делу, детали которого я вам сообщать не намерена до тех пор, пока вы не поведаете, какого рожна здесь нужно вам. Я бы, на вашем месте, с вашим вооружением поостереглась ходить так далеко от Фого.

***
[indent]Весь экипаж Левиафана сейчас, бросив все, повылезал на верхнюю палубу и окружил Мастера Харриса, который, будто сроднившийся с подзорной трубой, молчаливо и напряженно наблюдал за происходящим на берегу.

[indent]- Мастер Харрис, давайте жахнем по ним хорошенько. С пятидесяти ярдов мы их фрегат в щепки разнесем, вот увидите, матушкой клянусь!
[indent]- Нельзя, Клаус. Капитан дала команду не стрелять. И мы не будем нарушать приказ. Во всяком случае, пока.

[indent]Черно-красный парусник и группа людей на пляже не остались незамеченными не только на Левиафане. Прямо за густыми пальмовыми зарослями за чужеземцами наблюдало десять пар густо подведенных углем черных глаз. Лица и тела наблюдавших были вымазаны толстым слоем какой-то зеленой краски, что превращала их силуэты в неотделимые от лиственного месива очертания. Один из наблюдавших, очевидно, главный в этом небольшом отряде (во всяком случае, судя по количеству татуировок и перьев, украшавших его мускулистое тело), молча завис с поднятой вверх рукой... Прямо рядом с ним сгорбившись в три погибели, замер другой туземец, с причудливой трубкой, сделанной из ребристого ствола какой-то диковинной поросли. Бог весть чего ждал этот туземец, но, кажется, в отличие от пиратов, они разговаривать с нежданными гостями были не намерены...

ГМ

если кто-то хочет поНПСить туземцев - вперед и с песней) можно все, кроме убийства персонажей и нпсов пиратов

+2

11

На выходку рыжего юнца Скаригарай и ухом не повёл, продолжая утюжить глазами вызывающее лицо Анны, в обрамлении змеями рассыпавшихся по плечам мокрых прядей.

   - Охотно верю, -  в тон  Лавэй ответил кадамирец, которого единственно чем можно было задеть, так это небрежным эпитетом его драгоценной Химеры, -  Я бы, на вашем месте, с вашими людьми, даже на соседский курятник, хозяева которого перепились всем двором в усмерть, не стал палкой замахиваться. Как вам посчастливилось сюда добраться  - ума не приложу. Не иначе капитан Лавэй  самолично ручками гнали под кормой волну денно и нощно, зычным ведьминским криком распугивая с дороги акул да рыбачьи шаланды, - грубость фразы улыбка Скаригарая то ли смягчала, то ли подчёркивала.

   Самшир мысленно выматерился, хребтиной чуя, как переговоры отчётливо приобретают форму шара и катятся к неведомым хуям. Раздражающая манера Дьярви наглеть при обострении ситуации и с удовольствием ходить по лезвию ножа, увлекая за собой команду, была им хорошо изучена, не раз обругана с глазу на глаз, но всё без толку. После окончания передряг Скаригарай только лыбился и на все попытки  воззвать к благоразумию твердил "Да не бухти, друг, мы ведь живы." Старпом не сомневался, что рано или поздно выходки капитана заведут их всех либо на виселицу, либо прямиком в чертоги Лукавого, но кадамирец, как и Дьяр отдавший Химере больше пятнадцати лет жизни, не собирался мирным образом лезть в могилу.

   Переместив небрежным жестом ладонь с пояса на рукоять сабли Самшир сделал вольный шаг в сторону, оказался ближе к матросу балующемуся игрой с ножом и песком.

   - Вряд ли ваше дело, - принимать солнечные ванны, - взгляд кадамирца скользнул по тонкой коже на шее Анны, насколько позволил ворот её рубашки. В продолжении линии ему помогло его пылкое воображение, и отменная на мелочи память, которую сейчас Дьяр с удовольствием послал бы под хвост акульему богу. Уж слишком она мешала вытравить стойкое, как личный аромат кожи, очарование Анны, и смотреть на неё как на заурядного конкурента в гонке обогащения между кораблями морских разбойников..

   - А моим ребятам это и вовсе не к чему, - Дьяр медленно двинулся, сокращая расстояние, - Так что думаю не ошибусь, сказав, что мы с вами здесь по одному и тому же загадочному делу.

Притаившиеся среди буйной зелени туземцы, сами не уступавшие зеленью тел древесным лягушкам, ждали сигнала своего вожака, но тот медлил, о чём то раздумывая. Вытащив из за пояса свою духовую трубку он молча вручил её одному из сородичей, а потом, прижавшись губами к самому уху, указал в кого стрелять. Точно такие же наставления получил и первый, уже изнемогающий от сложной позы стрелок.

   - И по этому, -  Скаригарай продолжал беспечно приближаться к Анне прогулочным шагом, словно к доброй знакомой, а не к ведьме с парой смертоносных кинжалов  за поясом, - Почему бы вам не пойти с нами? Один заинтересованный и нехороший человек божился мне покровом Творца, что сокровища, укрытые в недрах горы – огромны. Но ведь надо ещё добраться до них.

   За беззаботным монологом кадамирец подобрался к Лавэй на расстояние вытянутой руки. В его мнимой расслабленности стало прорисовываться напряжение опытного хищника, готового напасть, настойчивый взгляд пытался выловить подспудные мысли из омута ведьминых глаз.
   Но проясниться намерениям Скаригарая было не дано, - резкая колючая боль, прилетевшая к нему невидимкой и чёрный шип, воткнувшийся сбоку в шею Анны, рычагом повернули напряжённый момент, отправляя пиратскую экспедицию по новому, хитро вывернутому пути.
Дьяру показалось что он с размаху угодил в ледяную плотную воду. Онемение поразило тело почти мгновенно, безжалостно, всеохватно. Кадамирец успел только увидеть, как закатив стекленеющие глаза падает на тёплый песок Анна, и сам потерял сознание.

   Две первые цели были поражены, туземец украшенный синими перьями быстро наводил своих стрелков на выбор следующих. В несколько минут всё было кончено – сказалась необычность и быстрота нападения. На здоровяка Самшира понадобилась пара выстрелов, и он успел ещё прорычать грязное ругательство, и запустить в вероломные заросли нож, но, уже слабея никого не задел. Выбравшись из своего природного укрытия, под торопливые гортанные окрики вождя аборигены  спешно принялись затаскивать иноземцев в густину ароматно влажного леса.

Свернутый текст

Тела трупов павших под горячим солнцем согласованы с ГМ и их хозяевами.
P.S. Кто как и чем словил ядовитую занозу расписывайте сами Ж)

Отредактировано Dyarvi Skarigarey (23.03.2018 04:56:54)

+2

12

Обмен колкими любезностями перешел в некое подобие переговоров. Если можно так назвать происходящее. Обе стороны настороженно следили друг за другом, капитан кадамирцев произносил неглупые слова, но Мордреду очень не нравилось, как он смотрел на Лавэй и как подбирался все ближе и ближе.  Лекарь встал за спиной О’Рэйли и  скрестил руки на груди, положив ладони на рукоятки метательных ножей. Все равно скрытые ножны скрытыми уже не были – тонкое полотно намокшей сорочки просвечивало и не скрывало ножен на предплечьях.
В том, чтобы объединиться было разумное зерно, но как знать, не пожелают ли кадамирцы после прирезать  партнеров. Идти  плечом к плечу с тем, кто в любой момент воткнет нож в спину,  представлялось неуютным. 
И кто знает, чем бы закончилась недружеская беседа, если бы болтливый кадамирец не  закатил бы глаза,  и не начал вдруг заваливаться на песок… точно так же как свалилась вниз лицом  капитан – и Линч успел заметить крохотный черный шип, воткнувшийся ей в шею. Он уже вытаскивал нож, как  почувствовал укол пониже уха  - оставшийся на ногах долговязый лекарь торчал  среди сидящих пиратов как самоцвет в пупке у кадамирской танцовщицы. Пальцы разжались, по телу разлилось оцепение, мышцы словно налились ледяной водой, руки и ноги стали тяжелыми и непослушными  и Мордред, отключившись,  свалился ничком.

Линчу снилось, что он лежит в провисшем гамаке в трюме «Левиафана». Корабль попал в штиль, припасы и воду приходится экономить и во рту пересохло от жажды. Дико хочется пить, в трюме жарко и душно, да к тому же вокруг марширует отряд злобных карликов и со всей дури лупит его по голове молотками… Сознание вернулось сразу и резко, будто черную шторку в мозгу отдернули. Лекарь открыл глаза и тут же зажмурился снова, тщетно надеясь, что сон продолжается. Иногда бывает так: просыпаешься и понимаешь, что все ужасное и жуткое, что происходило с тобой,  было всего лишь сном. А иногда, вот как сейчас, просыпаешься и понимаешь, что это ни черта не сон.  Тут и память вспомнила о своих обязанностях и услужливо подсунула картинки того, что произошло на берегу.
Мордред снова приоткрыл глаза. Теперь осторожно осматривался сквозь ресницы, стараясь не показать, что очнулся. С добрыми намерениями таким манером в гости не приглашают. Попробовал пошевелиться и выяснил, что связан  так крепко, что уже не чувствовал ни рук, ни ног. Но ножны с него, похоже, сняли.
Находился он  на краю деревни. Во всяком случае,  для себя Линч так назвал скопище крытых широкими листьями хижин. Пленников никто не охранял. А любовь к экспериментам с всевозможными обезболивающими, усыпляющими и галлюциногенными эликсирами и привычка если не все, то многое из них пробовать на себе, оказалась сейчас Линчу на пользу. Или нет, тут как посмотреть. В сознание он пришел первым из всех пиратов. Остальные все еще спали или были без сознания. С одной стороны от Мордреда лежала капитан, с другой – тот самый кадамирец, что состязался с ней в остроумии. Ни одна, ни второй умирающими не выглядели и  дышали спокойно. Хотя, если честно, именно сейчас лекарь предпочел бы лежать между кем-нибудь еще. И все втроем они лежали в низкой клетке из бамбука, выглядевшей довольно хлипкой, хотя какая разница, если обкручен веревками как копченая колбаса. Сквозь прутья виднелся ряд таких же клеток, в которых Мордред разглядел остальных матросов с "Левиафана" в том же положении, уж здоровяка О’Рэйли и рыжие волосы Хью он опознал точно. Наверно, и кадамирцы были там же.
Солнце садилось, а ведь когда они добрались до берега, время шло едва к полудню. Это ж сколько времени они были в отключке? Ну почему, почему самые интересные снадобья Линчу всегда приходилось испытывать на себе в принудительном порядке,  и рецептом с ним делиться никто не собирался?!
Насколько он мог видеть, оружие у них отобрали, а из одежды оставили только штаны и рубашки. И судя по беспорядку в одежде Лавэй – обыскивали пиратов тщательно и с немалым интересом. Кстати, грохот, снившийся ему, продолжался и наяву. Линч завозился, запрокинул голову и обнаружил его источник. Барабаны. Между хижинами виднелось пустое пространство, на котором толпились аборигены. Заходящее солнце слепило глаза и подробности рассмотреть было сложно, Линч видел лишь двигающиеся в ритме причудливой барабанной дроби силуэты. А вот позади пляшущих людей ему удалось рассмотреть то, что ему совсем не понравилось. Три высоких столба, увенчанных черепами. А за ними вздымалась та самая кроваво-красная гора, которую они видели с корабля. Только теперь она была совсем близко, буквально нависала, закрывая половину неба,  и солнце скатывалось за нее. И вблизи гора напоминала, - лекарь поежился, чувствуя, что по спине ползет противный холодок, - уродливый череп с темными провалами на месте глаз, носа и раззявленного в ухмылке рта.
- Капитан! – позвал Мордред. Верней, попытался позвать. Во рту пересохло,  и язык едва ворочался во рту. Жутко хотелось пить. Лекарь представил себе лимон, его кислый вкус и ароматную желтую горькую корочку, сглотнул набежавшую слюну, смачивая горло, и прохрипел уже громче.
- Капитан! Да проснитесь же, пока из нас тут барбекю не приготовили!
Он заерзал и забрыкался, чтобы хоть как-то восстановить кровообращение. Ненароком пнул кадамирца, которого Лавэй называла "капитан Скаригарай".

Отредактировано Mordred Lynch (14.04.2018 11:11:52)

+2

13

[indent]Анна лежала на песке и не могла пошевелиться. Да что там пошевелиться, - даже веки, что сейчас будто свинцом налились, открыть было невозможно. Она лежала на спине, и чувствовала обнаженной кожей каждую колючую песчинку, которая, словно паразит, вгрызалась в плоть, чтобы вдоволь напиться ее крови. Будто бы мало ее крови впитал в себя этот песок, густым зыбким слоем покрывавшим каменное нутро чудовища - подземной арены. Сквозь пульсирующую по всему телу боль, словно сквозь толщу воды, она гулко слышала голоса нишапуровских черномазых ублюдков. Чьи-то толстые пальцы схватили ее запястья, а она не могла пошевелиться, чтобы воспрепятствовать этому. Только жалкие слезы злости и беспомощности прокатились по лицу, разъедая обожженную кожу.

[indent]- Acique acaltica, - гнусаво проговорил первый голос.
[indent]-  Neacomanalo! Neco malmicoaya. - сердито отвечал второй.
[indent]- Hamo! Hualhuicoque nehuiquililozque cu nehmachoya! - прошипел третий.

[indent]Потом были глухие сизые сумерки, из которых пустыми, черными глазницами на нее смотрел какой-то жилистый, голый старик. Бормотал что-то, тряс руками, гремел какими-то побрякушками возле лица, размазывал что-то своими тощими пальцами по ее коже... Может быть, это Смерть?

[indent]- Капитан! Да проснитесь же, пока из нас тут барбекю не приготовили! - голос Линча вывел ее из изнемождающего забытья. Нет, видимо, смерть будет все-таки потом...
[indent]- Л...линч? Что.. - в глотку ей будто песка с арены насыпали, а веки были тяжелы настолько, что под ними ныли болью глазные яблоки. "Я была уверена, что мы уже в чертогах Лукавого", - пронеслась мысль, которую облечь в слова пока что не удавалось, вместо этого Анна прошипела короткую, но ёмкую в своей лаконичности брань. Несколько долгих секунд потребовалось, чтобы теплый кисель в голове прояснился: они все явно вляпались в дерьмовую историю. Клетка выглядела не слишком надежно, зато куда более надежно были связаны все пленники - по рукам и по ногам. Мышцы задубели так, словно они валялись тут связанными уже, по меньшей мере, несколько часов. Впрочем, так оно и было - мучительно красный солнечный диск неизбежно клонился к той самой горе, делая ее еще более устрашающей. Столбы с черепами, доносившийся откуда-то запах кострищ прозрачно намекали, что дело вовсе дрянь.
[indent]- Барбекю? Я им устрою барбекю, сучьи потроха, - прохрипела шепотом Анна и агрессивно заерзала, пытаясь растянуть путы. Однако, с площадными выражениями пока решила притормозить - обидно бы было, если бы неведомые дикари, словно саранча, слетелись бы к клетке и воткнули в нее еще пару таких вот штук, от которых тело коченеет, как у мертвеца. Она постепенно перевернулась на живот, и новый ракурс позволил ей увидеть настоящий подарок судьбы: неподалеку от нестройного ряда грубо сбитых клеток был какой-то маленький пруд. Настолько маленький, что напоминал скорее лужу. Но зато был любовно обложен отесанными камнями, и даже оборудован причудливым ведром. Скорее всего, лужа была подобием колодца, и оттуда черпали питьевую воду. Пресная вода всегда была более податливая, поэтому Лавэй заметно воодушевилась.
[indent]- Слава яйцам Лукавого, - тихо проговорила Анна, покосившись на Линча, - У них тут есть поилка с водой. Сейчас...я... Сейчаааас, - она медленно, словно гусеница, поползла к краю клетки. Со связанными руками колдовать куда тяжелее, поэтому сократить дистанцию было необходимо. уткнувшись лбом в бамбуковый прут, Анна закрыла обожженные веки, и принялась звать. Тихое журчание текущей по сухой земле снизу вверх струи давало надежду. Только узкая полоска влаги достигла прутьев, как Анна кинулась слизывать ее прямо с земли - пить хотелось немилосердно, а жажда, как и голод - очень плохой помощник в попытке бегства. Немного промочив горло, Анна снова покосилась на Линча и, и, как могла, откатилась в сторону, уступая место на "водопое".
[indent]- Мастер Линч, глянь, живой ли там кадамирец? - спросила Анна, только теперь заметив, что в этой же клетке с ними лежит Скаригарай, - Полагаю, споры о наживе следует отложить до лучших времен и слаженно валить вглубь острова, подальше от этих зеленых варваров. Капитан Скаригарай? Если хотите пить, вам лучше подползти сюда. Я не кусаюсь.
[indent]Понемногу собравшись с силами, Анне удалось вытащить из дикарского колодца струю потолще, и, когда воды набежало более менее достаточно, дело оставалось за малым. Мокрые веревки разбухнут, станут толще, и выскользнуть из них не получится - этот вариант был отметен после некоторых раздумий. Зато если вырастить из этой воды ледяное лезвие - то их можно было бы подпилить. Сложность была в том, что это заняло бы много времени, и отобрало бы последние остатки сил.

[indent]На беду, дикари оказались не столь простодушны, и, занимаясь ведомыми лишь им одним приготовлениями к своему варварскому ужину, вовсе не оставили незванных гостей без пригляда. Тощий отрок, лет одиннадцати, не больше, наголо обритый и сплошь покрытый, как и все остальные, толстым слоем зеленой краски смотрел на происходящее ужа довольно давно, и не орал во всю глотку лишь потому, что не мог поверить собственным глазам. А когда на его глазах из приманенной, словно дичь, воды стал вырастать тонкий ледяной кол, он и вовсе под землю провалиться захотел. Но, вовремя справившись с удивлением и смекнув, что луше позвать старших, заверещал из своего неприметного укрытия что есть мочи:

[indent]- Atoyatl tepexitl! atoyatl tepexitl! Motlaloznequi huapahualo! Nahualli apan!

[indent]На его крик сбежалась добрая дюжина дикарей. Мальчишка, наконец, смолк. Анна же, поняв, что теперь смерти точно не миновать, отчаянно стиснула зубы. Но произошло нечто странное. Нечто, чего ожидать они не могли, и не надеялись.
[indent]Один из дикарей, самый старый, подошел к одной из клеток, к той, в которой лежали Анна, Мордред и Дьярви. Клетку открыли, вытащили из нее отчаянно пытавшуюся брыкаться и вопить Лавэй. Спустя мгновение ее путы упали на землю, а дикари приклонили колени. Лишь тот, что был самым старым, стоял прямо, глядя на нее, и говорил, причем, скорее даже не с ней, а с небесами, помпезно воздевая к ним свои морщинистые, жилистые руки в браслетах:

[indent]- Mahuiztihuani nahualli apan. Ne nimitzmati. Ne ho mali,  -  старик, как и все прочие, тоже преклонил колено, и, вдруг, выкрикнул: - ILHUICACIHUATL!
[indent]- ILHUICACIHUATL! - громогласным хором повторили собравшиеся.
[indent]Мальчишка, что был приставлен к пленникам смотрителем, казалось, светился теперь от счастья. Еще бы! Не каждый день из дикого моря бледнолицые мужчины привозят Мать Воды.

+2


Вы здесь » DORTON. Dragon Dawn » ИСТОРИИ В РЕАЛЬНОМ ВРЕМЕНИ » 4x03 Остров сокровищ