Нат
Очень плохой дядя и нелюбитель шуток, по всем вопросам
ICQ: 562421543
Нина
Кадамирская стерва, по вопросам дортонского сюжета
Skype: marqueese_
Анна
Суровый капитан Левиафана, по вопросам пиратского сюжета
VK: /monlia
Эдмур
Одинокий рыцарь, по вопросам дортонского сюжета
VK: /moralrat
Аликс
Девушка-загадка, по любым вопросам.
VK: /imlemon
11 КАНТЛОС - 10 САМИОНОС 844 ГОДА 4x01 Союз двух сердец Freya Whistler
4x02 4x02 Hold the GATES! Edmure Harte

Благодаря усилиям лейфордской и кадамирской армии дракона удается прогнать с кровоточащей земли Дортона. Наступает долгожданный мир. Стефан заключает ряд договоров с мятежными графствами, в том числе с Руаширом, соглашаясь на брак Леонарда Мориа со своей сестрой принцессой Фреей. Он и не подозревает, что главная опасность его самодержавию стоит от него по правую руку. Между тем на Острове Сокровищ пираты находят то, что может полностью перевернуть ход истории...
17.06 Обновился сюжет! После удалений освобождено 6 графств!
31.05 Сегодня последний день переклички! Успейте написать пост!!!
Вверх страницы
Вниз страницы

DORTON. Dragon Dawn

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » DORTON. Dragon Dawn » ИСТОРИИ В РЕАЛЬНОМ ВРЕМЕНИ » 4x01 Союз двух сердец


4x01 Союз двух сердец

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

http://funkyimg.com/i/2GZqp.pngThe purpose of all wars is peace
4x01 Союз двух сердец
[indent] Благодаря усилиям лейфордской и кадамирской армии дракона удается прогнать с кровоточащей земли Дортона. Наступает долгожданный мир. Войска двух графств отправляются по домам, чтобы залечить раны, а король Стефан, возвратившись в Скарборо, наконец-то находит время для того, чтобы утихомирить  пыл двух близких сердцу женщин. Между тем, визит к королевскому двору наносит недавно овдовевший граф Руашира Леонард Мориа, который после событий на свадьбе с Илэйн Уилтшер, окончательно потерял доверие короля. В приемной Стефана Леонард просит Его Величество освободить плененную королевскими войсками на свадьбе сестру в обмен на флаг перемирия и абсолютную лояльность. Стефан же, посоветовавшись со своими соратниками, выдвигает ему ряд условий, среди которых значится освобождение всех пиратских пленников из числа подданных Дортона, которые сейчас находятся в Руашире, а также немедленный запрет пиратам швартовать свои корабли в бухтах Руашира. Договор двое мужчин подписывают на бумаге, а гарантом их дальнейшего сотрудничества является решение выдать засидевшуюся без мужа принцессу Фрею замуж за Леонарда. Стефан, желая убедиться в лояльности графа Руашира своими глазами, настаивает на том, чтобы свадьбу сыграли в Скарборо. В королевском замке мгновенно вспыхивают приятные предсвадебные хлопоты, а Стефан не жалеет денег на роскошное празднование свадьбы единственной сестры.
[indent] Наконец, наступает долгожданный день. В Скарборо съезжаются именитые лорды и леди, и замок наполняется разговорами, которые не очень то приятны молодоженам. Гости свадьбы хорошо помнят, как грязно и бесчестно воспользовался своей племянницей дядя нынешнего короля, Норвос Злой Клинок, а теперь "второсортную" принцессу выдают за одного из самых желанных женихов Дортона. Пересуды так сильно задевают пылкий нрав Леонарда, что он, кажется, настроенным решительно на то, чтобы совершить очередную глупость. Лишь бы от этого не пострадали дорогие цветочные композиции убранства главного зала Скарборо.
[indent] Что ж, в светских празднованиях королевства, все остается по-прежнему. Ах, эта свадьба...

Время и место3 самионос, 844 года
Скарборо, Оштир

ОчередностьNathaniel Richmond, Freya Whistler,  Stephan Whistler,  Leonard Mauriat, Evie Mauriat, Liam Richmond,  Edmure Harte, Alyx Vance,  Odilia Rivers, Reginald Whistler, Nissa Amber, Arthur Rivers, Atelard Drake

► Время ожидания поста - 3-ое суток, после которых очередь переходит к следующему игроку. Тот, кто не успел написать пост вовремя не должен ждать круг, чтобы сделать это - он может написать его вне своей очереди.
► Мастер эпизода Nathaniel Richmond. Мастер эпизода будет уведомлять в ЛС о вашей очереди писать пост каждый круг.
[SGN].[/SGN]

+3

2

Когда-то отец Натаниэля в мимолетном разговоре признался своему сыну, что в замке Скарборо он ощущает себя как дома, а в Рич Хилле как в гостях. Молодой виконт тогда лишь посмеялся, мол, отец, проводи ты в Лейфорде хоть половину времени от того, что ты проводишь в Оштире, и от этих ощущений не осталось бы ни следа. А сам тогда подумал, что, будучи графом, никогда не покинет своих территорий без особой надобности, пусть проблемами государства занимается король, а граф должен сидеть на своем месте и решать проблемы своего народа.
Как же он тогда ошибался! Нет, совсем не в том, что проблемы своего народа нужно решать, а в том, что эти проблемы - единственные его проблемы. Чем старше становился Натаниэль, тем большую ответственность чувствовал на своих плечах. Сначала это было лишь одно графство, потом весь Запад перешел под его патронаж, теперь ему необходимо было быть в курсе проблем всего государства. И не сказать, что молодой, но уже самостоятельный король так отчетливо нуждался в его помощи и советах, однако лорд Ричмонд всегда упрямо лез в самое сердце самого важного вопроса. Быть может, он начал превращался в своего отца? Не хотелось бы...
Оштир едва ли мог назваться красивым городом. Вот, например, богатый Олден или пряный Тарудант могли бы конкурировать с пейзажами Ричтауна в сердце Натаниэля Ричмонда, но не столица. Он не любил бывать здесь. Здесь люди казались ему излишне лицемерными и услужливыми, наглыми и ленивыми. Сюда, словно крысы на тухлое мясо, сбегались те, кто желал легких денег и наживы, славы, построенной лишь на одном обмане. Едва прибыв в Скарборо, Натаниэль сразу убедился в этом, едва успев выйти в город по своим тайным делам: городской меняла пытался обменять золото горожан на вычеканенные из непонятного грязного металла феллы с изображенном на аверсе гербом Ричмондов. Конечно, те, кто хотя бы раз в своей жизни видели монеты, выпущенные в монетном дворе Ричтауна, в жизни бы не поверили в подлинность того, что предлагал людям меняла. Однако вычеканенный на монетах герб внушал всем искреннее доверие, простой люд верил, что лев - символ качества, а граф Лейфорда удивлялся тому, как меняла еще не попался в руки королевской стражи или не был избит народом за обман. Было бы у него время на это, мужчина обязательно бы воздал вору по его заслугам.
Этим ранним утром у Натаниэля были другие планы, и ему необходимо было поспешить, чтобы успеть к началу церемонии, что сегодня должна была состояться в верховном Криптонисе. Сегодня он, можно сказать, выдавал еще одну свою дочь замуж. Именно так хотелось думать Ричмонду о принцессе Фрее, нежной белокурой девушке, которой по воле Творца была уготована непростая судьба. Она всю свою жизнь страдала от мужских рук и как никто нуждалась в верном, порядочном и преданном муже. Станет ли им Леонард Мориа, балагур и приспешник пиратов ? Ричмонду хотелось бы в это верить... но жизненный опыт научил его, что так, как хочешь никогда не бывает.
Натаниэль не знал, как относится сама принцесса Фрея к предстоящему браку, поскольку у них совсем не было времени, чтобы откровенно поговорить, но хотел, чтобы этот день запомнился ей чем-то особенным. Лишь только поэтому он вышел в нелюбимый его сердцу город, пройдясь по самым неблагополучным кварталам и встретившись с мастером Геббельсом, который в аккуратном свертке преподнес ему очень хрупкую вещь. Отдав за нее баснословные даже для самого Ричмонда деньги, вместе с нею он направился обратно в замок, прямо в покои Фреи.
- Ваше Высочество! - когда фрейлины принцессы пропустили его в покои, Натаниэль осторожно вошел, увидев перед собой блистающую Фрею и не поверил своим глазам, - вы прекрасны! - отчего-то сейчас принцесса напомнила Нату его жену, Анну, когда та тоже шла под венец... к нему. С большим трудом он отогнал мысли о недавно погибшей Анне, сделав пару шагов навстречу принцессе.
- Прошу прощения, что побеспокоил вас, но я очень хотел подарить вам подарок до начала. Эта вещь наверняка вам знакома, и я очень хочу, чтобы вы надели ее на церемонию, - Натаниэль взглянул на аккуратную диадему на ее голове, и совершенно точно понял, что то, что находится в его руках, будет выглядеть во много раз лучше. Аккуратно распечатав сверток, он показал его содержимое принцессе, - это диадема вашей матери. Фрея, когда вы с братом и матерью в спешке покидали замок много лет назад, когда ваш дядя узурпировал трон, эта диадема осталась здесь,
в Оштире. Многие годы она была потеряна, но я отыскал ее, чтобы подарить ее вам в день вашей свадьбы, -
сказал Натаниэль, приблизившись и показав в своих руках аккуратную, украшенную большими сверкающими камнями, маленькую корону. Именно в ней появлялась на самых важных праздниках королева Джейн, когда ее муж еще был королем.
- Носите ее как память о своей невероятно мужественной матери! - сказал мужчина и при помощи одной из фрейлин аккуратно положил диадему на голову Фрее. Улыбка озарила его лицо, Натаниэлю в тот момент казалось, что он все сделал правильно.
- Где же ваш брат? Неужели мне придется вести вас под венец? - наконец спросил Ричмонд принцессу, - наверняка, жених вас уже заждался у самого алтаря.

+6

3

Двух месяцев не прошло, как лихорадка забрала молодую графиню Руашира, а граф, поспешно снявший траур, уже спешит соединить свою жизнь с ее кузиной. Стоя перед зеркалом в подвенечном платье, Фрея не может отрешиться от мысли, что совсем недавно также прихорашивалась бедняжка Илэйн, а сама принцесса, как сейчас ее фрейлины, помогала невесте расправить кружева на пышных рукавах и разгладить примявшиеся юбки. Теперь Илэйн воссоединилась со своей семьей у престола Творца, а Фрея собирается занять место своей сестры и не может даже оправдаться тем, что брак совершается против ее воли.
Нет, она не спешила замуж, не грезила днями и ночами о светлом и счастливом днем; в прошлый раз ни светом, ни счастьем ее свадьба наполнена не была, как и последовавшая семейная жизнь. И старший брат, обещавший не принуждать ее к новому союзу, слово свое держал и, даже предлагая ей выгодный для королевства и короны брак с руаширским графом, не заставлял ее, а убеждал, пока Фрея сама не согласилась, поддавшись на уговоры и громкие слова о мире и благополучии. Никто из них не упоминал любовь: Фрея уже не верила, что она существует и приносит радость; а Стефан, наверное, по своему опыту знал, что основанные на любви браки приносят куда больше боли и страданий, чем основанные на расчете и выгоде.

Но все же в суете поспешных приготовлений Фрея, погрузившаясь в шумные хлопоты, сама не замечает, как начинает ждать назначенный день с радостью и нетерпением, как очередная примерка платья превращается из нудной рутины в полный волшебства процесс, как увлекается творческой рассадкой вечно недовольных и враждующих гостей на праздничном пиру, как забывает о грусти и беспокойстве и в будущее смотрит с редкой для себя уверенностью. И день свадьбы приближается так быстро, что последние дни перед ней сливаются в одно смутное пятно, и на утро, безропотно позволяя фрейлинам заплетать и одевать себя, принцесса никак не может поверить, что все готово, и постоянно отсылает то одну, то другую девушку проверить цветы в бальном зале или передать новые указания на кухню. Но большая часть ее тревог полна радости; только смутный призрак Илэйн нарушает ее покой и стирает с лица улыбку, но и образ кузины развеивается пылью, когда веселое щебетание ее фрейлин прерывает громкий голос графа Ричмонда.
- Благодарю, милорд, - с яркой улыбкой отвечает Фрея, поворачиваясь к графу.
Еще одна горестная утрата последних месяцев - его прекрасная жена, леди Анна. С невольным вздохом вспоминая о ней и о том, как сияла она на собственной свадьбе, принцесса испытуще вглядывается в лорда Натаниэля, с которым за прошедшие после его приезда дни не успела обменяться даже парой сочувственных слов. Сейчас, пожалуй, не время и не место вспоминать об ушедших и приносить свои соболезнования, но Фрее важно знать настроение близкого ей человека, и именно его она пытается прочитать на лице графа. Но тот как закрытая книга, держит все чувства при себе и улыбается спокойно, не выдавая свое горе.

- Не стоит просить прощения. Вы же знаете, что я всегда рада вас видеть. - Она с любопытством наблюдает за свертком в руках графа и удивленно ахает, когда тот убирает ткань и сияющая в лучах осеннего солнца диадема рассыпает сотни солнечных зайчиков по стенам покоев. - О Творец! Как вам удалось ее найти?
Как помнила принцесса, после побега из Оштира диадема королевы Джейн досталась жене узурпатора Уильяма, Оливии, но Фрея, против своей воли заключенная в замке и вынужденная натужно улыбаться и почтительно кланяться новой тетушке, ни разу не видела украшение на ее голове, будто самозванная королева помнила, что занимает чужое место, и не смела до конца присвоить чужую вещь. Потом след драгоценной диадемы потерялся в суматохе восстаний, свержений и воцарений. После возвращения в Скарборо не найдя свою диадему, матушка, помнится, только коротко посетовала на пропажу и до конца своей жизни не вспоминала о ней, оставив надежду обрести ее вновь и ценя жизни своих детей их наконец обретенное благополучие намного больше любых драгоценностей. Фрея тогда решила, что корона досталась сбежавшим родственникам Оливии, - и тоже промолчала, не желая тревожить едва зажившие раны.
А сейчас любимая диадема матери оказывается на голове дочери в день ее свадьбы, и Фрее кажется, будто сама королева Джейн стоит за ее спиной и нежной рукой поправляет локоны в ее прическе, благославляя и желая счастья.
- Я не могу представить подарка более прекрасного и ценного. - Леди Амелия парой быстрых движений закрепляет диадему на прическе принцессы, и Фрея порывисто подается вперед, в благодарном поцелуе касаясь щеки графа. Пусть лорд Натаниэль не приходился ей родственником по крови, но Фрея готова была называть своим отцом скорее его, нежели безумного короля; и его присутствие рядом в день ее свадьбы, его поддержка и благословение  - подарок не менее дорогой, чем бесценная диадема. - Она будет напоминать мне не только о моей храброй матушке, но и о вас тоже. Спасибо, милорд.

Невеста теперь совсем готова; Фрея бросает еще один взгляд в зеркало, любуясь обретенной драгоценностью, и снова улыбается графу.
- Я не буду против, если вы станете моим посаженым отцом, - искренне отвечает Фрея на его беспокойство. Но он волнуется напрасно: звук решительных шагов предупреждает о появлении короля, и оставившие наконец в покое принцессу фрейлины склоняются в поклонах, пропуская Стефана к сестре.
- Милый брат, мы уже испугались, что ты вовсе не придешь, и начали искать тебе замену, - смеется принцесса. Жених, пожалуй, действительно заждался. Но ему торжество тоже не в новинку, и вряд ли он переминается у алтаря с ноги на ногу в пылком юношеском нетерпении. Потому Фрея не спешит и не видит никакого греха в небольшом шутливом разговоре.

+5

4

Илэйн не заслужила подобной судьбы. Бедное, хрупкое, невинное дитя! И зачем она только настаивала так упорно на самом скором бракосочетании? Она была столь юна, что и год, и два никак не повредили бы ни ее юности, ни нежной, не распустившейся еще красоте. Зато, она была бы жива.
Как сильно бы это не уязвляло его самолюбию, Леонарду пришлось признать: в смерти своей юной жены повинен только он. Это не разбивало ему сердце (и осознание подобного только усугубляло доселе незнакомые стыд и чувство вины), но ранило душу и беспокоило во снах. Илэйн этого не заслужило. Каждый из его рубцов – лекарь до сих пор плотно перебинтовывал грудную клетку Леонарда под рубашкой и сюртуком – был заслужен, пусть позже они со Стефаном и нашли общий язык. Смерть Илэйн – нет. Как Его Величество могло быть жестоко к собственной крови? К невинному ребенку? Неужели он думал, что девчонка могла догадываться хоть о чем-то? Что Леонард бы стал посвящать дитя, которое столь долго держал в отдалении, в перипетии пиратских договоренностей и истинную судьбу Иви? Чертов жестокосердечный дурак. Леонард не мог представить, что Илэйн заперли в темнице и отказывали ей в любой помощи без ведома ее владетельного брата. Едва ли тот представлял себе всю серьезность ситуации; скорее надеялся надавить на самого Леонарда, – и, стоит признать, это должно было сработать – а потом стало слишком поздно.
Но сейчас – не время злиться. Время веселиться и праздновать, и пить, и танцевать; время собирать камни.
Фрея. Сегодня – ее время.
Едва ли ее первый брак можно было назвать хоть сколько-то приятным. Принцесса никогда не делилась со своим любовником тем, что делал с ней первый супруг, но едва ли это было приятно или, по крайней мере, не омерзительно. И день ее первой свадьбы тоже вряд ли был днем радости и счастья. Стоило позаботиться об этом сегодня – по крайней мере, в знак уважения к молодой супруге. Уважения и любви. В отличии от братских, едва ли не отцовских чувств, которые граф Мориа испытывал по отношению к своей первой супруге, принцесса вызывала у него куда более широкий спектр эмоций. Это были и желание, и страсть, и нежность, и желание защитить… пожалуй, если допустить возможность существования такого чувства, как любовь, то Леонард испытывал по отношению к Фрее именно его. Это было еще одной причиной, по которой он не стал настаивать на соблюдении приличествующих ситуации сроков траура. После той, первой, неудачной свадьбы, у них не было ни одного шанса остаться наедине и поговорить друг с другом, и Мориа не хотел тратить еще больше времени. Удивительное лицемерие; наверняка, добрая половина двора догадывается, что они стали любовниками уже давно, но встречи их все равно приходили в бдительном обществе фрейлин.
-Передайте мне печать. – он тянет руку к своему слуге. Специально ко дню свадьбы, из Руашира привезли Большую графскую печать; на самом деле, никто не использовал этот медальон размером с женскую ладонь на тяжелой, толстой цепи именно как печать, Леонард предпочитал практичные вещи роскошным. Это был символ его власти, знак, переданный отцом… знак, который он передаст сыну. Он бросает взгляд в зеркало – в последний раз – и направляется в зал торжества. Там, у алтаря, его уже ждет священник.
Фрея скоро будет.

+7

5

Поджав губы, покорно терпела издевки королевского двора, включающие в себя: модное неповоротливо платье, сковывающее движения, замысловатую прическу, укладка которой занимала не менее часа и пудра, от которой хотелось чихать. Еще со времен проживания в родном Неале юная леди противилась подобному этикету и прожив десять лет на пиратском острове не могла и представить, что ее вновь будут засовывать в этот мешок из ткани и тянуть волосы щеткой, закалывая так высоко. У Мориа не было иного выхода, ведь она была гарантией хорошего поведения своего брата, а любовь к нему не могла позволить ей совершить малейшую оплошность. Говорят, что это чистое и искренне чувство приносит много бед – скорее всего так оно и есть.
Поправив складки на юбке вышла из предоставленных ей покоев – ведь теперь она сестра сегодняшнего жениха. Да, именно жениха. Ее брат вновь примеряет на себя этот титул, ведь молодая Илэйн скончалась. Иви невероятно потрясла эта информация, несмотря на то, что они не были близко знакомы, девушка успела проникнуться к сестрице симпатией. Не так давно стало известно, что новой супругой ее братца станет сестра короля – невероятная честь для не такого уж знатного рода Мориа, но этот союз стал частью договора между королем и графом Руашира против пиратства, против новой семьи Иви. Она успела свыкнуться со своей участью пиратки, даже больше, ей безумно нравилась корабельная жизнь и островная, находила ее полной приключений и опасностей, а последнее было словно наркотик – невероятно тяжело жить без риска, не почувствовав его хотя бы раз. Ей не удалось обсудить данный договор с братом и узнать стремится ли он соблюдать его, ведь в таком случае ей придется сделать выбор: муж или брат. Эти мужчины были горячо ей любимы: за время заключения в столице Иви обнаружила, что испытывает сильное чувство по отношению к Тристану, а может это была всего лишь привычка и привязанность за долгие годы совместной жизни.[float=right]http://s3.uploads.ru/UbJxK.gif[/float]
Девушка не была религиозной, слишком много смертных грехов приняла на себя ее душа за последнее время, да и на острове Фого своя вера – в богатство, алкоголь и разврат. Причем всем подобный расклад приносит неимоверное счастье. До Творца там никакого дела нет, поэтому Иви позабыла множество обрядов и обычаев, не зная как правильно вести себя на свадебной церемонии, спряталась в тени в крипте среди толпы знатных гостей. Пыталась казаться невзрачной, что удавалось с блеском – никто не обращал на нее особого внимания.
Спустя несколько минут в крипте появился Леонард в новом одеянии, подчеркивающее цвет его глаз. Иви подавила в себе желание резко сорваться с места и налететь на брата, продолжая скрываться в тени, словно преступница, коей, впрочем, являлась. Брат остановился у алтаря и взор гостей обратился ко входу в крипту, в ожидании что вот-вот оттуда появится невеста в свадебном наряде под руку с самим королем, но шли секунды и даже минуты, а в дверях ни малейшего намека на появление Фреи. Ожидание томило, сложив руки на груди Иви принялась рассматривать свои замысловатые туфли, но тут же расслабила руки после того, как на нее удивленно уставилась пожилая женщина – видимо этот жест был несколько простолюдинки, леди, кажется смыкают руки в районе талии. Что же, она не воспитанная леди, поэтому вновь сомкнула руки на груди, наплевав на весь этот идиотский дворовой этикет. Эти люди были всего лишь людьми, как и те, что стоят за стенами крипты и замка, за пределами городских стен; просто первым повезло родиться в благородной семье с достатком и занять почетное место в обществе.

+5

6

[indent] Человек не может знать всего и сразу, не может учесть всех переменных. Найти решение проблемы для того, чтобы в будущем она была лишь ситуацией, и принять его – пожалуй, это было не так уж и просто даже для самого Стефана. Во всяком случае, Его Величество полагал, что со временем он увидит еще больше пользы от протянутой руки в дружественном жесте графу Руашира, который с этих пор станет именоваться королевским зятем. Однако порой не так уж и просто следовать разумным словам разума; червь сомнения и недоверия неизбежно продолжает подтачивать твою решительность, ставя под сомнение все то, что еще недавно разум выстраивал в ровную следственно-логическую цепочку, а сердце радовалось возможному мгновению покоя.
Этим днем король вновь вернулся к размышлениям о том, что Колесо Фортуны вновь сделало свой новый виток, и на этот раз не без его участия.
Но… не слишком спешным было ли его решение?
А может быть, придя в тот вечер к Фрейе, которой обещал уже однажды оберегать ее от нежелательного брака, он был слишком настойчив в своих доводах, что сестра сдалась под их натиском?
С этими мыслями накануне вечером Его Величество завалился на постель в своих покоях, надеясь, что теплое вино и одеяло к утру окончательно прогонят даже тень сомнений. Вот только этого не случилось. Припоминая себе отрывки фраз, Стефан все же прогнал тень своего сомнения, а вместе с ним и гнев – на себя, на новообретенного родственника, которого нынче вознаграждает, словно смирившись с тем, что тот вел (ведет?) лихие дела за тенью у всех с пиратами. Этот день должен был принадлежать прекрасной жемчужине короне, которую он вверяет в руки своего вассала, на которого пока еще он рассчитывает. И пускай жизнь доказывает молодому королю, что в мире нельзя рассчитывать ни на кого, кроме себя, он продолжает упрямо цепляться за свои юношеские идеалы, от которых сейчас было бы слишком просто отречься.
Размеренные шаги короля в сопровождении верных рыцарей королевской гвардии давали знать о его приближении к покоям Ее Высочества всему крылу, в котором те расположились. На его лице читалось беспокойство – кто знает, может быть, отцы ощущают подобное чувство, когда выдают своих дочерей замуж, до последнего сомневаясь в том, что будущее, предопределенное ими, будет истинным счастьем для них? Задать такой вопрос своему верному и первому соратнику Стефан так и не решился. Впрочем, как и не озаботился он тем, чтобы спросить его о тех чувствах, которые испытывал он сам, выдавая свою дочь за него. В последнее время голову Стефана посещало слишком разных мыслей, в которых он искал способ сделать жизнь в Дортоне безопаснее для его жителей, как бедных, так и более состоятельных…
- Моя дорогая сестра! – расставив руки в приветственном жесте, Его Величество улыбнулось широкой белозубой улыбкой, что едва ли скрывала его серьезность. Он знал, что будет в ответе, если Фрея будет несчастна в этом браке. – Ты – прекрасна, словно весенний цветок! – добавил он комплимент сразу, нисколько не лукавя. Ее Высочество, безусловно, была прекрасна – стоило отдать должное тем, кто порхал вокруг нее с самого утра.
- Лорд-хранитель, вы опередили меня, - по-доброму упрекнул он своего тестя, отношения с которым в последнее время не были простыми. Мильстоун и Ее Величество делали свое дело.
Поймав ладонь своей сестры, Стефан улыбнулся озвученной ею шутке: - Как ты могла подумать, что я не приду и не отведу тебя к тому, кого я выбрал тебе в мужья? – удерживая ладонь принцессы за кончики пальцев, он изящно поднес их к своим губам. – Ты ведь знаешь, как я тебя люблю, сестра. И я надеюсь, что ты не станешь сбегать из Скарборо в Руаршир – здесь твой дом, и я хочу, чтобы ты в нем оставалась. Хотя бы первое время, - сделавшись более серьезным, добавил Его Величество, после чего наклонился к уху своей сестры, чтобы напомнить ей то, о чем он уже говорил ей как-то: - Если он тебя обидит – хватит одного твоего слова.
Отстранившись от принцессы, Стефан перевел взгляд на графа Ричмонда, а затем снова на свою сестру. Он знал, чего те ожидали, и не собирался медлить: - Ее Величество присоединится к нам на банкете. А теперь, пойдем?

+5

7

[indent]Свадьба - праздник не для всех. За всем внешним лоском Скарборо стоял огромный труд замковых слуг, за возможностью принять в стенах большое количество знати - повышенные меры безопасности, муштра стражи и инструкции, записанные на немалых размеров свитке.  Значительную часть там занимало то, как следует себя вести с высокородными гостями, принявших в себя непомерную для их тел дозу алкоголя и ощущающих удаль с бравадой. Всё же, не стоит позволять знати вести себя подобно черни, когда те машут кулаками в кабаках. Кто знал, чем могла закончиться эта свадьба.
[indent]Лиаму по-своему повезло. Ему выпала честь сопровождать короля во время церемонии. Сейчас он, вместе с частью гвардейцев, шёл по коридору за королём, а мог бы сейчас быть ещё одним декоративным элементом возле крипты или быть приставленным к королеве.
[indent] В честь события Лиаму пришлось принять парадный вид - гладко выбрить лицо, перестав быть похожим на пса, надеть кольчужные доспехи и повесить на спину золотистый плащ, даже запах от него, как от настоящего дворянина. Из дворняги он внезапно перевоплотился в породистого, с той лишь разницей, что таковым ему нужно быть от начала и до конца свадьбы, пока гости не разъедутся по домам. А там он вернётся к своим обычным делам, не отвлекаясь на мысли о том, не отстегнулся ли плащ и не испортит ли он кому аппетит своим лицом.
[indent] Мужчина не знал лично участников "торжества" - ни с графом, ни с принцессой ему не доводилось проводить душевных разговоров, а потому ему было глубоко всё равно на то, что стояло за их решением. Для себя он давно решил, что браки в высшем свете, это более крепкий договор, не больше. К счастью, по долгу службы ему не грозило обременить себя глубоко несчастной с ним в браке женой. Сейчас ему нужно было только выполнить свою работу - следить за безопасностью монарших особ и заодно присматривать за гостями, надеясь на то, что те не будут искать беды на свои головы. В чём Лиам не был до конца уверен - горячие головы явление внезапное и непредсказуемое.
Шаги гвардейцев равномерным гулом разносились по стенам крепости. Шагающие в унисон бойцы грохотали не хуже камнепада в горах.  [indent] Чеканя шаг и придерживая меч в ножнах за навершие рукояти, Лиам думал о том, что как хорошо, что в таком виде им не приходится воевать в открытом поле. Конечно, они могли воодушевить армейцев и вселить ужас в сердца врагов, но что-то ему подсказывало, что на деле могло быть совсем иначе. Именно поэтому такой их вид не на каждый случай, а только для особых дней, как этот.
[indent] Когда король скрылся за дверью покоев леди Фреи, Лиаму оставалось только выстроиться возле двери вместе с остальными. Не вламываться же им внутрь. То были просто покои члена королевской семьи, а не переговорная. А пока он с остальными ждали, пока дверь снова откроется и гвардейцы своими бронированными ногами снова начнут грохотать.

+4

8

Едва только Натаниэль успел выслушать шутку Фреи о Стефане, в покоях Ее Высочества тут же появился сам король. Его одежды сверкали не хуже свадебного наряда сестры, а улыбка блистала даже ярче. Похоже он был рад этому союзу: тому, что наконец нашел для сестры хорошего жениха или тому, что наконец сумел подружиться с Руаширом? Сам же Натаниэль никогда не жаловал Леонарда, относясь к нему с опаской, однако воспринял весть о свадьбе как должное. Если их союз с Фреей действительно будет успешным, это несомненно пойдет на пользу укреплению власти Стефана.
- Ваше Величество, - поприветствовав вошедшего Стефана, Натаниэль поклонился королю, не глядя тому в глаза. Последнее время мужчины не слишком ладили друг с другом, Ричмонд предпочитал обходить короля стороной, так как не желал общаться с ним, но сегодня ради Фреи готов был закрыть глаза на разногласия.
- Я решил сделать Фрее свадебный подарок до начала церемонии. Это диадема вашей матери, мой король. Я нашел ее, вставил потерянные камни и полностью восстановил ее былую красоту, чтобы она украшала голову вашей сестры в этот знаменательный день, - сказал Ричмонд, улыбнувшись. В прочем улыбка эта была довольно натянутой, и Стефан не мог не заметить этого.
Натаниэль сделал вид, что не заметил уточнение Стефана по поводу появления на празднике Арианны, и, понимая, что стал лишним в этой комнате сказал:
- С вашего позволения, я вас покину, - сказал Ричмонд, поклонившись Стефану, а затем принцессе Фреи и быстро покинул покои. Едва он стремительным шагом вырвался из покоев принцессы, он тут же заметил своего кузена Лиама, который теперь состоял на службе у Его Величества и был королевским гвардейцем.
- Лиам! - несмотря на то, что они были кузенами, виделись они довольно редко. Натаниэль все время передвигался по стране по политическим делам в то время как Лиам Ричмонд практически всегда был возле короля, однако в виду последних событий у них была возможность пообщаться вдоволь, - Держишь службу? Так держать! Приглядывай за девушкой в белом, - сказал кузену Ричмонд и, сопроводив все усмешкой, ушел по коридору к лестнице.
В зале торжества уже кипели последние приготовления. Священник переминался с ноги на ногу, гости возбужденно осматривались и гоготали, всюду слонялись дети и молодые девицы. В густоте этого великолепия Натаниэль заметил Ниневию, которая была окружена своими слугами, которые отчетливо выделялись темной кожей на фоне всех остальных. Натаниэль сопроводил взглядом всех и каждого, в особенности этого варвара Набу, который двумя днями ранее не хотел пускать его в покои женщины. Хорошо, что Террону Оронту все-таки удалось уговорить негра впустить его, иначе настроение Натаниэля сегодня не было таким легким и радостным. Ниневия, кажется, действительно могла вернуть его к истоку прежней жизни.
Ричмонд вновь вернул свой взгляд к алтарю и теперь наблюдал за графом Мориа, который в гуще людей высматривал вовсе не свою невесту. Так кого же? Сопроводив взгляд Леонарда, Натаниэль увидел девушку, которая чувствовала себя здесь явно не в своей тарелке. Конечно же он понял, что это никто иная, как внезапно воскресшая леди Мориа, которую Стефан теперь держал пленницей в своем замке. Ни секунды не колеблясь, мужчина тут же направился к ней,
- Прекрасная леди Мориа, - своим вечно надменным голосом произнес граф Лейфорда, - почему же вы стоите так далеко? Родственникам молодоженов положено стоять в первом ряду, - сказал граф, поклонившись девушке.
- Позвольте вас проводить, ведь я как раз направляюсь туда? - несмотря на то, что мужчина предлагал свою помощь, в его голосе не чувствовалось ни капли радушия или доброжелательности. Он словно кричал: "будь осторожнее" или "знай с кем имеешь дело", однако у Иви сейчас вряд ли была возможность воспротивиться его предложению.
Натаниэль зашагал рядом с молодой женщиной мимо всех гостей, и взоры невольно были обращены на них:
- Так значит вы живы, миледи? Все королевство скорбило о вашей пропаже, - сказал Натаниэль, - мой брат, известный в ваших местах как капитан Флинт, тоже прикинулся мертвым для своей семьи, чтобы служить пиратству. Так значит, ход этот довольно банален? - спросил у Иви Натаниэль, лукаво улыбнувшись.
- Я видел, как леди Аншан собственноручно метнула кинжал в его сердце, однако вскоре выяснилось, что он не умер и после этого. Теперь же я получаю новости, что капитан Флинт мертв бесповоротно и полностью. Его девять пиратских жизней кончились? Или через несколько месяцев он снова заставит наше королевство сравнять с землей этот чертов остров? -  чем больше говорил Натаниэль, тем более груб становился его голос. Теперь стало понятно окончательно, что он не настроен на дружелюбный разговор с этой женщиной. Встреча взглядами с Леонардом заставила Натаниэля поубавить свой пыл, однако даже он не в силах был помешать правосудию над преступниками. Странно лишь было то, что Иви по-прежнему носила свою голову на плечах.
- Встаньте здесь, миледи... - сказал граф, заняв место прямо рядом с ней в первом ряду, - сейчас появится ваш король.

оффтоп

В общем, пофиг на всех, начинаем круг заново:) Следующая - Фрея)))

+5

9

В такой важный день Фрея не испытывает положенного влюбленной невесте волнительного трепета, и радость ее приглушена осознанием потерянной свободы, столь ею ценимой прежде. Горьких слез она не льет и планов побега не замышляет, но и от неземного счастья, увы, не светится, во многом принимая происходящее вокруг как должное и неизбежное. Скрашивает ее грусть семья - та, что рядом теперь, та, что незримо присутствует в мыслях и воспоминаниях, и та, что появится у нее вскоре. Пока же Фрея протягивает руки подоспевшему брату и тихо смеется над его шутливым укором.
- Благодарю, милый брат. - Кто-то мог бы отметить язвительно, что невеста отнюдь не юна и похожа больше на близкий к увяданию цветок летний; но в словах брата Фрея подвоха не ищет, и улыбается ярко и светло: - Я рада, что королевские дела не помешали тебе прийти.
Приглашение задержаться в Скарборо ее удивляет. Что это, намерение держать смутьяна под присмотром, не позволяя ему вернуться в родное графство и сеять раздор оттуда? Фрея догадывается, что далеко не все верят в мгновенное превращение графа, вступившего на скользкую тропу измены, в невинного агнца, и ее венценосный брат, переживший слишком много предательств, тоже вряд ли проникся полным доверием к своему будущему зятю. Желание не отпускать графа в его земли вполне оправдано, и Фрея, привыкшая к жизни в столице, не спорит: пусть вопросы политики и доверия - не ее дело, но ей не хотелось бы так скоро покидать семью, погруженную в раздор, и надолго прощаться с дорогим племянником. Кроме того, как бы ни был прекрасен Неаль, который должен стать ее новым домом, принцесса все еще чувствует там тень несчастной Илэйн, совсем недолго пробывшей его хозяйкой, но прожившей там большую часть своей жизни и там же нашедшей раннюю смерть. Потому совсем не стремится Фрея в Руашир, потому довольно улыбается брату:
- Неаль никогда не сможет заменить мне Скарборо, и я с радостью останусь пока здесь, если мой будущий супруг не будет против, - с долей лукавства замечает Фрея, не уверенная, что у сиятельного графа есть выбор. И уже тише, подстраиваясь под тон брата, добавляет: - Разве кто посмеет меня обидеть? Под твоей защитой я ничего не боюсь.
День полнится радостными подарками: сначала потерянная диадема матушки, восстановленная графом Ричмондом; затем - обещание брата, что Арианна к ним присоединится. Фрея довольно кивает, услышав радостную новость: уж не знак ли это их долгожданного примирения, уж не прошла ли наконец тягостная пора супружеских раздоров? Может быть, позже она найдет несколько минут, чтобы поговорить с невесткой; даже если нет, одно ее присутствие на празднике для Фреи будет счастьем.
Суетящиеся фрейлины наводят последние штрихи: расправляют складки платья, для надежности еще одной шпилькой закрепляют диадему, восторженно щебечут, вздыхают с толикой зависти и пестрой стайкой упархивают прочь. Опираясь на руку Стефана, Фрея наконец покидает свои покои. У дверей она приветливо улыбается королевским гвардейцам, верно стерегущим монарха, и под мерный звук их шагов направляется к крипте. Назад - ни буквально, на оставленные покои, где она провела последнюю одинокую ночь, ни фигурально, на всю предшествующую жизнь и особенно на первый, во всех отношениях неудачный брак, - она не оглядывается, и в крипту заходит с мыслями чистыми и светлыми, как и полагается примерной невесте.
Но волнение все-таки охватывает ее у распахнутых дверей крипты. Принцесса чуть медлит на пороге, не решаясь его переступить, но все же через пару секунд шагает вперед по собственной воле, а не по принуждению брата. За склонившимися перед королем гостями с трудом Фрея разглядывает алтарь, а рядом с ним - устало переминающегося с ноги на ногу священника и более терпеливого жениха. Забавно, до свадьбы они так и не успели толком поговорить, не найдя ни одной минуты, свободной от дел и от присутствия ее хихикающих и умиляющихся фрейлин; Фрея может лишь догадываться, какие чувства он испытывает сейчас. Что ж, впереди у них, если Творец будет милостив, будет целая жизнь для разговоров; лишь бы только не выяснить в них такого, что придется пожалеть о клятвах, что будут даны сегодня.
Невесте полагается идти меж гостями, потупив взгляд себе под ноги и размышляя о будущих обетах; но в Фрее положенной скромности не наберется ни на грош, и идет она, гордо распрямившись и не отрывая изучающего взгляда от ждущего ее у алтаря Леонарда. Лишь когда Стефан передает ее ладонь жениху, принцесса нежно улыбается и ненадолго опускает глаза. То ли действительно испытывает волнение и радость, то ли заставляет себя их изобразить - в ее чувствах все так перемешалось, что она сама затрудняется ответить.

+2


Вы здесь » DORTON. Dragon Dawn » ИСТОРИИ В РЕАЛЬНОМ ВРЕМЕНИ » 4x01 Союз двух сердец